Плещется над нами
Серое рванье.
Черными крестами
Кружит воронье.
Сумрачно и гибло
Словно в мутном сне,
Только птицы хрипло
Плачут обо мне.
Но тебе не сужен,
Не кори меня.
Ухожу по лужам
Тающего дня.
Дай-то, Бог, не сгину
Без тебя, благой.
Взгляд не жжет мне спину.
Слишком далеко.

Ночь бесонная - гостья редкая,
Вновь торопится, чаем давится.
Исхлестал день глаза мне ветками.
Всё слезятся да закрываются.
Мысли смутные, бесполезные
Кружат без толку, только душу мнут.
Ни черта не пойму в поэзии.
Знаешь, может, оно и к лучшему?

Очень нежная и воздушная.
Жаль, конечно, что слишком скоро
В третьем акте будет задушена
Второсортным тупым актером.
Браво. Бис. На поклоны тело.
После - давка в маршрутке тесной.
А душа уже улетела.
Вместе с песней.

Когда в запое
Многоэтажном,
Могу такое -
Подумать страшно.
Потом с похмелья,
Лежу усталый,
Жив еле-еле
В своем подвале.
В душевном кризе,
Лаская раны.
И лезут мысли,
Как тараканы.
Шуршат их лапки,
Тире и точки,
А я их - тапком,
А я их строчкой.
В совок - и в бездну -
Читайте, братцы.
Вот так полезно
Порой нажраться.

Не свят и не грешен. Но если не мешкать,
Не выть от тоски,
То можно и пешим, то можно и пешкой
До края доски.

Пусть шансов немного, увязла атака,
Противник сильней,
Но, видишь, дорога, прямая, как шпага?
Петлять - не по мне.

Упрямо вперед, а на ваши усмешки
Могу возразить:
Не бог и не черт, а обычные пешки
Проходят в ферзи,

До темного царства, до светлого рая,
Всему вопреки,
И, зная, как часто дошедших до края
Снимают с доски.

Случается - так накроет.
Весь мир кувырком, вверх дном.
И - к стенам цветущей Трои.
И - за золотым руном.
Ведь, как ни уютна заводь,
А все таки жизнь - поток.
С востока летишь на запад,
И с запада на восток.
Захлебываясь в погоне,
В попытке сорвать звезду.
А жизнь по твоей ладони
Протачивает борозду.

Сквозь тишину глухих
Прорвешься все равно,
Когда ты сам стихи,
Когда ты сам вино,
Когда на пир и суд
В свой Гефсиманский сад.
Одни тебя поймут,
Другие не простят.
И град камней в лицо,
И крест маячит. Но
Сквозь темноту слепцов
Ты рвешься все равно.

Будут речи, будет поход.
Будут глаза пусты.
Снова те, кто ведет вперед
Будут сжигать мосты.
Будет небо в дыму, и крик
Заполонивший рот.
Будут флаги. А как без них,
Если приказ вперед?
Если нет нам пути назад,
Ни по какой кривой,
Кроме как через этот ад,
Следуя в ад другой?
И вот так, пока не убьют
Там, на земле ничьей.
А пока что - оркестр, салют,
Режущий вой речей.
Мир качнется с колонной в такт,
Грохнет печатью шаг.
Раз подписан уже контракт,
Значит, иди и ляг.
Значит так тебе суждено
В свете Полынь-звезды.
Небо пахнет уже войной,
Где-то горят мосты.

Волшебный катится клубок -
За ним идти.
Но знает, верно, только Бог
Конец пути.
Переплелись Добро и Зло
В тугую нить.
И столько связано узлов -
Не разрубить

У всей смеющейся Вселенной -
Глаза Твои.
А мне и небо по колено,
Когда в Любви.
И путь любой уже не к Риму -
К Тебе ведет,
Когда повсюду слышу Имя,
И все - Твое.
Когда во всем, что есть на Свете -
Твои черты.
Так Солнце ласково мне светит.
И это - Ты.

По скользким дорогам,
Ах, сколько нас много,
Куда-то идем и идем.
Ни шатко, ни валко,
И мысли вповалку
И всё не о том, не о том.
А кажется - рядом,
Дотянешься взглядом
До неба с плывущей звездой.
Но где та дорога,
Чтоб небо потрогать,
Хотя бы коснуться рукой?
А нам - то, что близко,
Без боли, без риска.
Далась эта нервная блажь.
Испытанной трассой,
Коммерческим классом,
И душу сдавая в багаж.
А как же иначе,
Билет ведь оплачен,
Глаза безнадёжно сухи.
О чем-то поёт под
Крылом самолета
Зеленое море тайги.

Ошалев от забот и шума,
Охмелев с одного глотка,
Лечь в траву, ни о чем не думать,
Наблюдая, как облака
Наплывают волной на запад,
Незаметно смывая зной.
И сливается неба запах
С тишиной.

Не будем Туда торопиться.
Придет неизбежно черед -
Душа растревоженной птицей
исполнит последний полет.
Ладонь разожмется пустая,
Расправится белым крыло,
И примет небесная стая
В свое золотое тепло.

Из белой вьюги, из темной ночи,
Из всех углов
Ловили звуки, ловили клочья,
Обрывки слов.
Забыв про время, про сон и отдых,
Про мира власть,
Одно лишь бремя, одна забота,
И злая страсть.
Ну, что ж такого, когда нам любо,
Как жизни дрожь -
Поймаешь слово, вливаешь в губы,
И жадно пьешь.

Дозу тепла и света
Перехватив заранее,
Я покидаю лето
Не приходя в сознание.
Я покидаю тело
В стойком хмельном азарте.
Контур крошится мелом,
Словно страна на карте.
Я уже - вон из кожи,
Сбросил тряпьем скукоженным.
Где мои крылья, Боже?
Или мне не положено?

Здесь всё в порядке.
Любой вам скажет.
Играем в прятки,
Как в детстве нашем.
Как с лодки крысам,
Бежать не внове.
Кто не укрылся,
Тот и виновен.
Тот и подсуден,
Последним лохом.
Жалеть не будем -
Не та эпоха.
Не тратим силы,
Смолим окурки,
А ночью стылой
Играем в жмурки.
Эй, кто тут лишний?
Жалеть не станем.
Вот месяц вышел,
С ножом в кармане.
Он не промажет.
Но с легким вздохом
Любой вам скажет,
Что все неплохо.

Расстреливаю время тупо.
Куда ни кинешь беглый взгляд -
Дней окровавленные трупы
Вповалку скорчившись лежат.
А цинка щерятся запасы,
В разгаре жаркая страда.
Но я - солдат. Я - по приказу.
Как и всегда.

Как все на свете хорошо
И счастье мнЕ есть, и счастье мнЕ есть
Вчера на улице нашел
Вставную челюсть, вставную челюсть,
Хожу улыбчив и зубат,
И не картаво, и не картаво.
Кто в жизни малому не рад,
А я всегда вот, а я всегда вот.

Клочьями дыма табачно
Стелит под ноги туман.
Ночь в пеньюаре прозрачном
Сводит небрежно с ума.
Влажно коснется губами,
Сердце сорвется в пике.
Словно бы фото на память,
Лист пожелтелый в руке.
Как же дожить до рассвета,
И не расстаять во тьме?
Если прощается лето,
Стало быть, дело к зиме.
Это последняя встреча,
Больше не будет ни дня.
Ночь обнимает за плечи,
Шелком прозрачным дразня.

Ночь глотает жадно звуки,
И в оглохшей тишине
Серебрятся звезд чешуйки
В неба черной полынье.
Месяц косится рогато,
Словно целится в меня.
И откуда-то куда-то
Тянет млечная стерня.
Забирает в небо круто,
За звездой бежит звезда.
В никуда из ниоткуда.
/Всё знакомые места.