Потеплело и отныне
Город стал полянкой.
Вот вспорхнула юбка-мини
Бабочкой-белянкой.
А совсем под боком рядом,
У пивной у точки
Молодые пацанята,
Словно василечки.
У шашлычек вечерами,
Где не слышно лая,
Вьются хачики шмелями,
Живность опыляя.
Лейся ж пиво океаном!
Будьте чипсы в блюде!
И по самым разным странам
Целовайтесь, люди!
Потому что потеплело,
Повеснело, братцы,
И теперь повсюду смело
Надо размножаться.

Я взволнован не на шутку,
Обалдел, как шут.
Всюду бродят мини-юбки,
Топики снуют.
Всюду голые колени
Услаждают взгляд.
Кровь, кипя, бежит по вене,
Жизнь идет на лад.
И бушуют флирта волны,
И в улыбках рты.
Втиснусь я в автобус словно
В конкурс красоты.
Ото всех переживаний
Еду чуть живой,
А душа уже в нирване,
Ах, ты, боже мой.
От растегнутой девицы
Плавлюсь я свинцом.
Повезло же мне родиться
Все ж таки самцом.

Пусть слов не золото, но медь
Швыряю в чаши,
Хочу прожить, хочу пропеть
Без тени фальши.
Травлю, гоню из сердца ложь,
А после снова
За часом час, за грошем грош,
За словом слово
На ежедневный суд и крест,
Души лохмотья,
И обретает слово вес
Моею плотью.

А вчерашние к черту вещи!
Ну, на кой нам они сегодня?
Может, станет немного легче
Или капельку посвободней?
И не то чтобы надоело
Жить по слаженому порядку,
Просто надо же что-то делать,
Чтоб ослабить на шее хватку.
Чтобы словно опять сначала,
Ничего еще неизвестно,
Чтобы в доме свободней стало,
И открылось для танцев место.
Чтоб взахлеб из бутылки лето,
И всю ночь напролет без сна и
После – столько тепла и света,
И чего-то еще, бог знает.

Много дней ли, мало,
Кто считал их вспышки?
Ты войдешь устало,
Как герой из книжки,
Словно из похода,
За руном далеким,
Жаль, что непогода
Подмочила сроки.
Обветшала пристань,
Расплылась дорога.
Облетели листья,
Много раз, так много.
Истончились тени
Памяти болезной.
От прикосновенья,
Не швыряет в бездну.
Мир вокруг не рухнет,
Лег засохшей долькой.
Ну, пойдем на кухню.
Чай вскипел вот только.

Ошалев от потрясений,
И возможности грехов,
Я вполне уже весенен,
Для создания стихов.
Тянут птички на рассвете,
Сладких песен леденец,
Мы им так еще отфетим,
Что поймут, кто здесь певец.
И когда на небосклоне
Грянет майская гроза
Сразу чуть-чего припомним,
Всех, кто столько нам сказал.

От мира ль сего это царство,
Которым владеет поэт?
На наше мещанское "здравствуй"
Он тяжко роняет "Превед".
Срывая с правителей маски,
Плювая на роскошь наград,
Учить заставляет албанский,
И пить окрыляющий йад.
На пошлых мещан непохожий,
Ниспосланный волей Отца,
Он души мирские тревожит,
И жжот он глаголом сердца.
Стезя его вечно терниста,
Обрывист извилистый спуск.
И грязью нетронутый, чистый,
Уходит мессия в Бобруйск.

Не взирая на чины и лица,
(А чего на них еще взирать?)
Я страной своей могу гордиться,
Ведь она мне и отец и мать.
А страна крестьянов и рабочих,
Прочих разных, кто в ней жить не прочь,
Может мной гордиться дни и ночи,
Потому что сын я ей и дочь.
Не найти другой во всей Вселенной
Мне - страны, меня - моей стране.
Мы горды друг другом несомненно,
И собой довольные вполне.
А какие водятся здесь бабы,
За границей – не найти вовек.
Ах, просторы матушки-Зимбабвы,
Где так вольно дышит человек.

Все превращая в силуэт
На фотопленке,
Так падал снег, а может, свет,
Прозрачный, тонкий.
Скользил слезинкою у глаз,
Блестящим стразом.
Наверное, в последний раз,
Ложился наземь,
Где смутно таял чей-то след,
Судьбы предтеча.
И как во сне, и снег, и свет,
Весне навстречу

В складках черного холста
Звезды прятались.
И скользнула вдруг звезда
С неба прямо вниз.
Хоть успел поймать ее
Взглядом искоса,
Но желание свое
Я не высказал.
То ли воздух в горле сух,
То ли мнится мне,
Что несказанное вслух
Сердцу истинней.
Потому что до зари
Ночью этою
Сердце с сердцем говорит,
Слов не ведая.

Плетью бешеной - ветра порыв,
Торопись, мол, никто ждать не станет.
Вслед за временем, камнем с горы,
Задевая соседние камни.
Что успеем еще на лету
Попросить у далекого Бога? -
Я успею еще, я найду,
Подожди, ну, хотя бы, немного.
Хоть минуту. Мне надо успеть
Наконец-то открыто и страстно
Выбрать жизнь для себя, выбрать смерть,
А иначе все было напрасно.
И когда зачеркнутся крестом
Суматошного следа пунктиры,
Дай взойти мне зеленым ростком,
И еще раз насытиться миром.

Земли усталой замер плавный ход,
И в тот же миг, всей тушей косолапо
Качнулось небо тучное вперед,
И Солнце, дрогнув, двинулось на Запад.
Земля вздохнула, чуть прикрыв глаза,
От отдыха внезапного немея.
Смотри – Луна взошла. И кто сказал,
Что неверна система Птоломея?

Есть ощущение, что уже читал что-то подобное, но вспомнить не смог. Навскидку - в интернете - не нашел. Может, все-таки де жа вю?

Дождик маленький и глупый,
Разыгравшийся щенок,
Мне целует щеки, губы.
Я почти уже промок,
С ним играя в догоняшки,
Захлебнувшись от души.
Дождик, маленький дурашка,
Не успевший стать большим.

Воды темнела тишина,
Звезд обволакивая крошки.
В дыханье вечера луна
Легла мерцающей дорожкой.
Казалось, надо сделать шаг,
Отдаться золоту потока,
Чтоб одинокая душа
Быть перестала одинока.
Чтоб не душила сердце мгла,
И отыскались все потери.
Но ветер стих, чернеет гладь,
И далеко надежды берег.

Как долго друг друга ждали мы,
Боясь потеряться в пламени,
А время бежало каплями,
Точило фундамент каменный.
Как редко мы были близкими,
Как сердце сочилось патокой.
А время летело брызгами,
Играя в ладонях радугой.
Осенними шли тропинками,
Сплетали судьбы излучины,
И время застыло льдинками,
Во впадинах глаз измученных.
…………………………
И снова весна нас маяла
Теплом, что любовь оставила.
А время тихонько таяло,
А время тихонько таяло.

Черно-белая картинка
В тонкой рамочке окна,
Полукругло тает льдинкой
В темном озере луна,
Воздух тонок и прозрачен,
Водишь пальцем по стеклу,
Где тихонько небо плачет,
Чуть растапливая мглу.
А по мокрым снежным клочьям,
Как струна, натянут путь.
Отчего ж весною ночи -
Не забыться, не уснуть?
Отчего же в сердце зыбко
И легко от сладких мук.
А луна скользит улыбкой,
Словно знает - почему.

Как хороша моя страна,
Другую не хочу страну,
Ведь родила меня она,
И я в ответ люблю ону.

Сквозь круговерть ночей и дней,
И ночи напролет и дни
Я нежно думаю о ней,
А обо мне в ответ – Они.

Меня томит их жесткий взгляд.
Под этим взглядом я иду
И принимаю горький яд,
Наклав его себе в еду.

Пусть умереть придется мне,
Но будут все гордиться мной,
Ведь отдал я себя стране,
И буду я любим оной.

Упало солнце, вниз по откосу,
Скатилось в бездну, ушло на дно.
На город брюхом ложится Космос.
Так сердцу тесно и так темно.

Неясны мысли, невнятна поступь,
И Ариадна не вьет клубок.
Когда же вспыхнет созвездий россыпь
И станет Космос опять глубок?

Тогда по звездам найдем дорогу,
А нас ищите уж по следам
Быть может, к черту, быть может, к Богу,
И лишь бы только не в Никуда.

Сумерек тень синяя, мутных небес заводи,
Солнце, скользнув каплею, тронет мазком даль.
Грусть моих дней инеем ляжет на дно памяти.
Или водой алою выплеснет слов таль.

Что ж, ты, душа шалая, влажно течешь суриком,
Клонишься над бездною, взглядом скользишь вниз?
Скоро звезда талая в синих взойдет сумерках.
И потечет песнею смутных небес высь.

Ну ладно, сдаюсь.

"Вы выключили частные сообщения. Вы не можете рассматривать или посылать Личные сообщения, пока Вы не включите их, редактируя ваш профайл."

Ну, то что не выключал - фиг с ним. Но включить то как? (то есть где?)