«...Он еле касался клавиатуры: у него было деликатное, изящное туше и старомодно-изысканная фразировка, буквально дышащая мудростью более чем полувекового опыта. Этому музыканту уже ничего никому не надо было доказывать — на своих поздних записях он просто играет (действительно очень просто: за такой кажущейся простотой — колоссальное знание стиля и репертуара, естественным образом исключающее погоню за внешними эффектами). И оказывался всё время там и тогда, где и когда это нужно ансамблю и играемой им музыке.