День Победы – заноза в глазу русофоба
Однако в наше время ставится под вопрос подвиг советского народа в войне. В частности, Парламентская ассамблея ОБСЕ 3 июля 2009 года в Вильнюсе вопреки протестам со стороны России приняла резолюцию, получившую название «Воссоединение разделенной Европы», в которой возложила равную ответственность за начало Второй мировой войны на нацистскую Германию и Советский Союз. Резолюция требует, в частности, от России как участника ОБСЕ отказаться от демонстраций во славу советского прошлого. Это означает, что надо спрятать Знамя Победы, запретить парады Победы. На основании этого положения не показывать их в Европе в сводках новостей.
ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ, НО НИЧЕМУ НЕ УЧИТ
Принятие резолюции, возможно, объясняется тем, что больше половины депутатов Парламентской ассамблеи, проголосовавших за нее, представляют страны, воевавшие против советского народа на территории СССР вместе с нацистской Германией. Обвинив Советский Союз наравне с III Рейхом в развязывании Второй мировой войны, политики этих стран избавляются от чувства исторической вины своих стран как истинных пособников в начале войны и ее участников на стороне Германии.
Что-то подобное в отношении России уже имело место. В год 400-летия династии Романовых будет уместно процитировать «Книгу воспоминаний» великого князя Александра Михайловича (1866–1933), который приходился дядей русскому царю Николаю II. Он писал, что Александр III часто любил говорить своим министрам: «Во всем свете у нас только два верных союзника – наша армия и флот. Все остальные при первой возможности сами ополчатся против нас». «Горький опыт XIX века, – написал великий князь Александр Михайлович, – научил царя, что каждый раз, когда Россия принимала участие в борьбе каких-либо европейских коалиций, ей приходилось впоследствии лишь горько об этом сожалеть. Александр I спас Европу от Наполеона I, и следствием этого явилось создание на западных границах Российской империи могучих Германии и Австро-Венгрии… Французы, англичане, немцы, австрийцы – все в разной степени делали Россию орудием для достижения своих эгоистических целей. У Александра III не было дружеских чувств в отношении Европы. Всегда готовый принять вызов, Александр III, однако, при каждом удобном случае давал понять, что интересуется только тем, что касалось благосостояния 130 миллионов населения России».
Кто-то может сказать, что это все было в XIX веке, тогда почти все европейские страны были монархиями без дружелюбия к Российской империи. И в современных условиях, когда Европа является демократической благодаря тому, что была спасена от нацистского порабощения фактически только жертвенным подвигом советского солдата, все осталось так же.
Прежде всего Запад стремится лишить Россию как правопреемницу Советского Союза ореола победителя нацизма. Изображением Советского Союза агрессором наравне с Германией навязывается вывод об агрессивности России. Данный тезис был использован при обосновании необходимости расширения НАТО, созданной США «на случай советских посягательств на Европу». Несмотря на клятвенные заверения политиков Запада руководителям бывшего СССР в том, что альянс ни на шаг не продвинется на восток, расширение состоялось и продолжается.
В октябре прошлого года National Interest в статье «Российский гамбит Ромни» писал: «НАТО к западным границам России привели старомодная паранойя Польши по отношению к Москве и неудачные геостратегические решения, которые были приняты в Вашингтоне и Брюсселе при Клинтоне и Буше». В интервью Еuronews в декабре 2009 года советник по национальной безопасности Джорджа Буша-старшего Брент Скроуфорт, говоря о внешнеполитических ошибках, которые допустили США после падения Берлинской стены, указал, в частности, на подталкивание американцами НАТО к расширению на восток, что, по его мнению, явилось унижением России. Дело в том, что после вступления в НАТО многие страны усилили антироссийскую риторику. Кстати, одним из инициаторов резолюции ОБСЕ выступил представитель Литвы. А литовский политик Витаутас Ландсбергис в день вступления его страны в альянс объявил, что теперь она может говорить с Россией на языке силы.
К такому разговору ведется и соответствующая подготовка. Так, НАТО осенью проведет на территории Латвии, Литвы и Польши учения Steadfast Jazz 2013, на которых будут совершенствоваться действия сил быстрого реагирования альянса. Министр обороны Эстонии Урмас Рейнсалу сообщил, что «в ходе этих учений будет отрабатываться защита Эстонии на тот случай, если мы станем жертвой нападения и будет задействована пятая статья устава НАТО». Географически таким агрессором на натовских маневрах может быть только Россия. Однако во время своего визита в Вильнюс в феврале генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен публично успокоил страны Балтии, заявив: «Мы не считаем Россию угрозой для НАТО – и НАТО не представляет угрозы для России, но, разумеется, у нас готовы все необходимые планы для защиты и обороны союзников».
Вообще-то, подобные военные планы разрабатываются только против реального противника.
ВЕЧНАЯ ДИРЕКТИВА
Как видим, отношение Запада к России неизменно независимо от того, монархическая ли она, или коммунистическая, или же вставшая на путь демократии. И этот факт, между прочим, имеет под собой документальное подтверждение. В 1978 году в США был опубликован сборник «Сдерживание. Документы об американской политике и стратегии 1945–1950 годов», в котором изложены выдержки из Директивы Совета национальной безопасности США 20/1 «Цели США в отношении России». В этой Директиве сформулированы основные стратегические цели ведения информационно-идеологической войны против СССР с целью свержения советской власти, которые заключались в том, чтобы: «а) свести до минимума мощь и влияние Москвы; б) провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России». После краха советской власти в Директиве также были определены цели США в отношении России в дальнейшем. В ней указано: «Мы должны создавать автоматические гарантии, обеспечивающие, чтобы даже некоммунистический и номинально дружественный к нам режим: а) не имел большой военной мощи; б) в экономическом отношении сильно зависел от внешнего мира; в) не имел серьезной власти над главными национальными меньшинствами», то есть над союзными республиками.
Поскольку они стали независимыми государствами, то США для устранения в них влияния России с целью реализации данного пункта использовали НАТО. Одни бывшие союзные республики уже приняты в альянс, другим пообещали членство в ближайшее время. О тех республиках, которые вместе с Россией участвуют в различных интеграционных объединениях в границах СНГ, Хиллари Клинтон, будучи еще в должности госсекретаря, в конце прошлого года сказала: «Мы отмечаем некий сдвиг в сторону повторной советизации региона. Только это не будет называться Советским Союзом. Это будет Таможенный союз, или Союз стран Евразии, или что-то в этом роде. Мы точно знаем, какой будет их цель, поэтому мы пытаемся продумать все способы замедлить этот процесс или не дать ему состояться». По всей видимости, госпожа Клинтон решила напомнить, что директива «Цели США в отношении России» действует.
Легко видеть, что и все усилия переписчиков и фальсификаторов истории Второй мировой войны также вполне соответствуют букве этого документа, поскольку имеют целью «свести до минимума мощь и влияние Москвы». Изображая СССР наравне с Германией виновником в развязывании Второй мировой войны, фальсификаторы истории тем самым подрывают авторитет России как правопреемницы Советского Союза и, естественно, снижают ее влияние на мировой арене, что может даже выразиться в инициировании вопроса о лишении РФ статуса постоянного члена СБ ООН. В этом, по всей видимости, и состоит их главная цель. Поэтому и ставка в «исторической» игре – будущее России как самостоятельного цивилизационного и политического центра.
Збигнев Бжезинский, который до сих пор консультирует американских политиков по вопросам внешней политики, в книге «Выбор. Мировое господство или глобальное лидерство», изданной в 2004 году, писал: «Новый мировой порядок при гегемонии США создается против России, за счет России и на обломках России». Однако не может быть никакого «нового мирового порядка» при гегемонии США, если существует на земном шаре держава с ядерным потенциалом, который сравним с американским, то есть Россия. Этот факт не позволяет, используя «результаты» переписывания и фальсификации истории, перейти к практическим действиям: силовому выдвижению различных требований к ней, прежде всего по вопросам территориальных уступок.
МЮНХЕН И МНОГОЕ ДРУГОЕ
О реальности всех этих планов может говорить тот факт, что выводы составителей вышеупомянутой резолюции полностью противоречат оценкам тех же исторических событий непосредственными участниками и свидетелями. К тому же они рассматривают их изолированно, а не в общем контексте происходившего в то время, то есть действуют по принципу антиисторизма. Возьмем, для примера свидетельства выдающегося политика, одного из наиболее решительных борцов с фашизмом и одновременно последовательного противника коммунизма Уинстона Черчилля. В своих шеститомных мемуарах под названием «Вторая мировая война» он, в частности, пишет: «В сентябре 1938 года СССР предлагал начать переговоры о средствах и путях оказания помощи Чехословакии... Советские предложения фактически игнорировались... к ним отнеслись с равнодушием, чтобы не сказать с презрением... Впоследствии мы дорого поплатились за это».
Дело в том, что СССР и Франция 2 мая 1935 года в Париже подписали двусторонний договор об оказании взаимной помощи в случае, если одна из сторон подвергнется военному нападению в Европе. Вскоре СССР подписал аналогичный договор с Чехословакией, который предусматривал оказание ей помощи в случае агрессии при условии оказания такой помощи Францией. Однако Франция в сентябре 1938 года не пошла на этот шаг, и западные державы решили подписать Мюнхенское соглашение. В те дни ведущий американский обозреватель Уолтер Липпман писал: «Отдав Чехословакию в жертву Гитлеру, Британия и Франция в реальности пожертвовали своим союзом с Россией». Этого и добивался Гитлер, поскольку «он сам так резко осуждал войну» для Германии на два фронта. В Нюрнберге об этом прямо заявил фельдмаршал Кейтель: «Целью Мюнхена было вытеснить Россию из Европы, выиграть время и завершить вооружение Германии».
Планы Германии были озвучены нацистской верхушкой в узком кругу, где с издевкой говорилось о мюнхенских партнерах. Министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп так оценил роль Невилла Чемберлена в Мюнхене: «Этот старик сегодня подписал смертный приговор Британской империи, предоставив нам проставить дату приведения этого приговора в исполнение». Это было понятно и Черчиллю, который после заключения Мюнхенского соглашения сказал в Палате общин: «У вас был выбор между войной и бесчестьем. Вы выбрали бесчестье, теперь вы получите войну».
Оценивая эти события, американский журналист, историк, живший в 1934–1940 годах в нацистской Германии, Уильям Ширер пишет, что «хотя СССР был связан военным союзом с Чехословакией и Францией, французское правительство шло вместе с Англией и Германией и, не протестуя, исключило Россию из Мюнхена». Фактически Мюнхен открыл путь Гитлеру к завоеванию мирового господства.
Уинстон Черчилль пишет также, что было проигнорировано и предложение СССР, сделанное 17 апреля 1939 года «создать единый фронт взаимопомощи между Англией, Францией и СССР». 4 мая 1939 года, комментируя это предложение СССР, Черчилль писал: «Нет никакой возможности удержать Восточный фронт против нацистской агрессии без активного содействия России. Россия глубоко заинтересована в том, чтобы помешать замыслам Гитлера в Восточной Европе. Пока еще может существовать возможность сплотить все государства и народы от Балтики до Черного моря в единый прочный фронт против нового преступления или вторжения. Если подобный фронт был бы создан со всей искренностью при помощи решительных и действенных военных соглашений, то в сочетании с мощью западных держав он мог бы противопоставить Гитлеру, Герингу, Гиммлеру, Риббентропу, Геббельсу и компании такие силы, которым германский народ не захочет бросить вызов».
Однако, как пишет Черчилль, «переговоры зашли как будто в безвыходный тупик. Принимая английскую гарантию, правительства Польши и Румынии не хотели принять аналогичного обязательства в той же форме от русского правительства. Такой же позиции придерживались и в другом важнейшем стратегическом районе – в Прибалтийских государствах». Ответив отказом, сразу же, по словам Черчилля, «Эстония и Латвия подписали с Германией пакты о ненападении. Таким образом, Гитлеру удалось без труда проникнуть вглубь слабой обороны запоздалой и нерешительной коалиции, направленной против него». Надо полагать, как пишет Черчилль, в связи с этим «нежеланием Польши и Прибалтийских государств быть спасенными Советами от Германии… советское правительство предложило, чтобы переговоры продолжались на военной основе с представителями как Франции, так и Англии». Как бы предваряя эти переговоры, Черчилль отмечает: «Позади был Мюнхен. Армии Гитлера имели еще год для подготовки. Его военные заводы, подкрепленные заводами Шкода, работали на полную мощность».
Тем не менее начавшиеся летом 1939 года в Москве англо-франко-советские переговоры военных делегаций о создании военного союза против Германии также ни к чему не привели. Польское руководство помешало успешному их завершению, отказавшись дать разрешение на пропуск Красной Армии через территорию Польши навстречу наступающим германским войскам в случае их нападения. То есть СССР мог вступить в войну с Германией только на своей территории после гибели Польши! Объяснение этого казуса читаем у Черчилля: «Героические черты характера польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страдания… Храбрейшими из храбрых слишком часто руководили гнуснейшие из гнусных! И все же всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости».
Дело в том, что поляки отказали не СССР на просьбу о пропуске войск, а своим союзникам и создателям в 1919 году независимой Польши – Франции и Великобритании, чьи послы в Варшаве пытались убедить в необходимости этого польское руководство. Вечером 19 августа глава МИД Польши Юзеф Бек сказал французскому послу: «У нас нет военного соглашения с СССР. И мы не хотим его». Накануне премьер-министр Франции Эдуард Даладье три раза повторил послу США: «Если поляки отвергнут это предложение русской помощи, он не пошлет ни одного французского крестьянина защищать Польшу». И не послал в сентябре 1939 года. Зато Польша, сорвав переговоры в Москве, помогла Гитлеру. Черчилль пишет: «Союз между Англией, Францией и Россией вызвал бы серьезную тревогу у Германии в 1939 году, и никто не может доказать, что даже тогда война не была бы предотвращена». «Думаю, именно тогда был упущен последний исторический шанс; в оставшееся время до 1 сентября 1939 года и 22 июня 1941 года уже, видимо, нельзя было кардинальным образом изменить стратегические решения Берлина», – подчеркнул Уинстон Черчилль в своих мемуарах.
ВОСТОЧНЫЙ ФРОНТ В 1939 ГОДУ
В создавшейся ситуации СССР в интересах собственной безопасности был вынужден 23 августа подписать пакт о ненападении с Германией, который на Западе считается причиной развязывания Второй мировой войны. Между тем Черчилль по этому поводу написал: «Мюнхен и многое другое убедили советское правительство, что ни Англия, ни Франция не станут сражаться, пока на них не нападут, и что даже в таком случае от них будет мало проку. Надвигавшаяся буря была готова вот-вот разразиться. Россия должна позаботиться о себе».
Поэтому все обвинения СССР за подписание этого пакта политически лицемерны (сегодня в гораздо менее опасной ситуации вокруг Кипра демократический Запад при заботе о себе не считался ни с чьими интересами, даже в полусонном состоянии проигнорировав Россию, как и в Мюнхене в 1938 году).
Давая оценку пакту в целом, Черчилль подчеркивал: «Тот факт, что такое соглашение оказалось возможным, знаменует всю глубину провала английской и французской политики и дипломатии за несколько лет. В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германских армий, с тем, чтобы русские получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи... Им нужно было силой или обманом оккупировать Прибалтийские государства и большую часть Польши, прежде чем на них нападут. Если их политика и была холодно-расчетливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной». Кстати, по поводу вступления Красной Армии на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины Ллойд Джордж польскому послу в Лондоне 28 сентября 1939 года писал: «Русские армии вошли на территории, которые не являются польскими и которые были аннексированы Польшей силой после Первой мировой войны… Было бы актом преступного безумия поставить русское продвижение на одну доску с продвижением Германии». Как видим, этот известнейший политик не считал, что СССР нанес «удар в спину Польше».
После начала войны в выступлении по радио 1 октября 1939 года Черчилль заявил: «Россия проводит холодную политику собственных интересов. Мы бы предпочли, чтобы русские армии стояли на своих нынешних позициях как друзья и союзники Польши, а не как захватчики. Но для защиты России от нацистской угрозы явно необходимо было, чтобы русские армии стояли на этой линии. Во всяком случае, эта линия существует и, следовательно, создан Восточный фронт, на который нацистская Германия не посмеет напасть».
По этому поводу он написал: «Русские мобилизовали очень большие силы и показали, что они в состоянии быстро и далеко продвинуться от своих довоенных позиций. Сейчас они граничат с Германией, и последняя совершенно лишена возможности обнажить Восточный фронт. Для наблюдения за ним придется оставить крупную германскую армию. Насколько мне известно, генерал Гамелен (Морис Гамелен в 1938–1939 годах начальник Генштаба ВС Франции. – И.М.) определяет ее численность по меньшей мере в 20 дивизий, но их вполне может быть 25 и даже больше. Поэтому Восточный фронт потенциально существует».
Эти дивизии не могли быть переброшены на Западный фронт из-за угрозы СССР для Германии и благодаря этому он фактически участвовал во Второй мировой войне в союзе с Францией и Великобританией с 1939 года. Вот это, пожалуй, главное свидетельство Черчилля, которое напрочь опровергает все измышления о том, что СССР совместно с Германией на первом этапе Второй мировой войны делили мир. Благодаря пакту Молотова–Риббентропа на западном направлении была создана благоприятная геостратегическая обстановка для СССР, что популярно и объясняет Черчилль.
Следует отметить, что над своими мемуарами Уинстон Черчилль работал в разгар холодной войны. Тем не менее автор обладал политическим мужеством говорить историческую правду. Это взгляд на события не профессионального историка, а человека, который был среди тех, кто активно делал эту историю, влиял на многие ее процессы. Из его мемуаров совершенно не следует, что СССР был виновен в развязывании Второй мировой войны. Наоборот, Черчилль отчетливо показывает настойчивое стремление Советского Союза заключить с Великобританией и Францией военный союз для предотвращения войны, подчеркивает разумность и справедливость действий СССР в те роковые дни, а его политику считает «в высокой степени реалистичной».
Те же современные историки и политики, которые в упор не замечают этих свидетельств Черчилля, судя по всему, до сих пор сожалеют, что их страны не помогли Гитлеру победить СССР. В частности, такую позицию в 2005 году изложил в польской газете Rzeczpospolita профессор Павел Вечоркович, который был популярным среди части поляков историком: «Мы могли бы найти место на стороне Рейха почти такое же, как Италия, и наверняка лучшее, нежели Венгрия или Румыния. В итоге мы были бы в Москве, где Адольф Гитлер вместе с Рыдз-Смиглы принимали бы парад победоносных польско-германских войск».
Представляется, что ностальгия у части историков по «упущенным» возможностям в борьбе с СССР в годы мировой войны и привела к продолжению сегодня борьбы с ним и его правопреемницей, Россией, посредством переписывания и фальсификации истории войны.
Сегодня нужно быть совершенно наивным человеком, чтобы утверждать, что, если бы СССР не заключил пакта о ненападении с Германией, то Гитлер не начал бы войну. Решение о нападении на Польшу им было окончательно принято 23 мая. Для того чтобы гарантированно исключить создание новой Антанты и войну на два фронта, Гитлер направил предложение одновременно 21 августа Лондону принять Геринга для встречи с Чемберленом и «урегулирования разногласий» на англо-германских переговорах, а Москве – Риббентропа для подписания пакта о ненападении (подобный пакт Великобритания подписала 30 сентября 1938 года). Согласием ответили и Лондон, и Москва. Гитлер выбрал Москву, отменив визит Геринга в Лондон. Тайну подготовки переговоров хранят британские архивы. Откажи Кремль в приеме Риббентропа, немецкие войска начали бы агрессию против СССР с рубежа в 30 км западнее Минска, немецко-финские – с рубежа в 17–20 км от Ленинграда, немецко-румынские – в 45 км от Одессы...
В заключение отметим, что именно малые страны, как это ни покажется странным, в предвоенные годы сыграли существенную роль в мировой политике. Что-то подобное имеет место и сегодня с участием тех же стран. В настоящее время они из-за «старомодной паранойи» привели к границам России НАТО. В предвоенные годы эти страны приближали к границам СССР нацистскую Германию, даже с потерей независимости. Та же их «старомодная паранойя» не позволила предотвратить развязывание Гитлером Второй мировой войны. Чтобы скрыть данный факт, переписывается и фальсифицируется история, инициируются всяческие резолюции, что может спровоцировать пересмотр решений Крымской и Берлинской конференций руководителей трех союзных держав – СССР, США и Великобритании, в частности, по территориальным вопросам и прежде всего о западной границе Польши. Сегодня в Греции вспомнили о репарациях с Германией, завтра где-то вспомнят об аннексии родины предков. Процесс пошел, и не в кино, а в реальной жизни.
Черчилль говорил: «Я абсолютно уверен в том, что если мы допустим распрю между прошлым и настоящим, то потеряем будущее». Великие слова великого политика. Чтобы этого не произошло, необходимо незабвение уроков предвоенных лет и событий Второй мировой войны, что будет лучшим проявлением памяти о величии подвига народов СССР, стран антигитлеровской коалиции ценой неимоверных усилий и потерь, спасших цивилизацию от порабощения фашизмом, завоевавших самую трудную в истории человечества Победу.
НЕ раз еще вспомним , поколение некст может не беспокоиться.
