TJournal, по случаю двадцатилетия Рунета, расспросил видных представителей российского сегмента о том, как и когда они впервые вышли в сеть. Большинство ответивших подключились к сети в самом конце 90-ых годов и сходятся в оценке тогдашнего интернета, как чего-то интересного, но не очень понятного и практичного.

Из всех историй подключения к интернету в TJournal меня зацепил ответ журналиста Олега Кашина:

[К]огда мы вернулись из плавания, я сразу записался в клуб пользователей интернета при местном университете: его спонсировал Сорос, и можно было бесплатно пользоваться интернетом.

Дело в том, что в последние годы риторика российских властей и пропаганды методично настраивает россиян против запада, западных ценностей, стиля жизни и, в том числе, западных организаций, работающих в России. Важным этапом этой деятельности стало пропагандистская подготовка к принятию и само принятие в 2012 году закона о статусе иностранного агента для некоммерческих организаций (да-да, в Америке такой тоже есть). Кроме того, даже в западной прессе встречаются неоднозначные оценки деятельности западных гуманитарных организаций.

В такой ситуации трудно выработать какую-то позицию в отношении западных гуманитарных организаций, оценивая явления с точки зрения абстрактной «справедливости» или еще более абстрактной «гео-политики». Разумнее опираться на личный опыт и последствия происходящих событий для себя лично.

И вот лично я сталкивался с западными гуманитарными организациями два раза. И одно из столкновений, как и у Кашина, было с фондом «Открытое общество» (фонд Сороса).

Как и респонденты TJournal, я впервые вышел в интернет где-то ближе к концу 90-ых, примерно в 1997 году. У меня был собственный компьютер с модемом, через который я в те времена подключался к Fido и, когда появились dial-up службы для выхода в интернет, попробовал воспользоваться одной из них. Однако я был школьником, а цена за dial-up была какой-то космической, поэтому я продолжал зависать в «фидошке», а в интернете пользовался только электронной почтой на «USA.net», заходя проверить на пять минут. Но дело не в этом.

Дело в том, что, согласно «Википедии», “с 1996 по 2001 год Фонд Сороса вложил в проект «Университетские центры Internet» около 100 миллионов долларов, в результате чего на территории России появились 33 интернет-центра”.

Один из таких центров с 1997 года располагался в здании математического факультета ИГУ, где я начал учиться в 1999 году. Там же находился и небольшой офис фонда, который не ограничивался только построением дисплейного класса.

Интернет-центр представлял собой просторное помещение на первом этаже, в котором был установлен комплекс оборудования (напольные и потолочные покрытия, электрика, сигнальные кабели, мебель, рабочие станции IBM, программное обеспечение для них). Все компьютеры в центре были подключены к интернету через спутниковый канал в Санкт-Петербург. В класс могли попасть студенты любого ВУЗа, просто предъявив студенческий.

Как было сказано выше, доступ к интернету через dial-up был в то время крайне дорог для простых граждан. И, конечно, когда я поступил в ИГУ, то первым делом пошел в интернет-класс. Большинству моих сокурсников интернет тогда был неизвестен, непонятен и не нужен, поэтому они в то же время пошли пить разливное пиво возле павильона «Ветерок» на берегу Ангары. Из-за отсутствия у студентов интереса к интернету, в классе всегда были свободные места, не было ограничения по времени и свободный канал давал хорошую скорость. Я пользовался почтой, пытался что-то искать в поисковиках, читал DZ.Online и Cooler, скачивал и записывал на дискетки ПО типа первых версий JDK, которое из-за размеров не мог скачать из дома. Позже, года через два с половиной, всё изменилось: студенты как-то стали узнавать про чаты и сидеть в них и ICQ часами; появившиеся «Гугл» и «Яндекс», в отличие от «Альтависты», научились сносно искать по-русски, что дало большие практические перспективы в поиске информации для учебы; и, в общем, интернет в классе стал медленным, появились очереди, а из мышек стали пропадать шарики. К счастью, к тому времени цены на dial-up стали более гуманными и появились «ночные» планы, что сняло острую необходимость в интернет-классе ИГУ.

Сейчас трудно сказать однозначно, был ли доступ в интернет однозначным благом в том смысле, что пиво у «Ветерка» могло дать большие навыки в общении и лучшую социализацию. Но деятельность фонда Сороса я, конечно, с тех пор оцениваю положительно: благодаря фонду у меня была большая фора в области ИТ и английского языка. И эта фора была получена за счет спонсирования фондом, учрежденным американцем Соросом, доступа в интернет для российских студентов.

Артем Куроптев

http://roem.ru/2014/04/08/myinternet96446/