Субботнее утро. Диана с удовлетворённой улыбкой просыпается, потягивается, идёт готовить завтрак. Ро совершает утренний кач, чистит зубы, идёт в душ.
Штормит море, кричат чайки. На столе благоухает букет казанлыкских роз, дымится ветчина с яичницей и чай.
Ро: -Люблю женщин с О-образной конструкцией ног, а П-образная приводит меня в кромешный... восторг!(Диана хитро улыбается.)
А ещё мне нравится, когда тонкая, девичья талия круто переходит в широкий, женский таз.
Я из породы большеголовых, и дети у меня ожидаются большеголовые, как у Тургенева, и вообще: я не понимаю тех мужчин, которые, кичась своей интеллигентностью, любят воздыхать:
-Ах 19 век, 19 век, русская словесность, русская словесность,- воздыхают, воздыхают по тургеневским местам и временам, и, в итоге, берут себе в жёны сухожопую красавицу с мужским лобком, и пенисообразным клитором, вымещая свой латентный гомосексуализм.
Эх, знали бы Вы, господа хорошие, из какого пряного, женственного теста лепил своих барышень сахарозаводчик Тургенев?(Диана пьёт чай и таинственно улыбается. Ро подмигивает ей.) А Лев Толстой? ради какой прелюбы отрёкся от церкви? бороздя ниву своей не совсем Ясной поляны?