http://www.ng.ru/style/2004-02-13/24_valentine.html

Самые ленивые

ПОХОРОНЫ СВЯТОГО ВАЛЕНТИНА
Ритуальный праздник товарооборотного культа
Лев Пирогов

Помните, как недавно некий православный священник обвенчал в церкви двоих гомосексуалистов? А знаете ли вы, что он был после этого лишен сана и пропал без вести? Чуткие до чужой беды репортеры желтых изданий до сих пор не могут найти следов героя! Уж не мученичеством ли тут попахивает? А ну как напился с горя паленой водки да и сгинул? Коли так – боюсь, что в ближайшем будущем нас подстерегает еще одна «замечательная традиция»…

Вот ведь и со святым Валентином – как оно было? Жил да был в III веке в римском городе Терни такой христианский епископ. Был брошен в тюрьму императором Юлием Клавдием II и затем казнен. Очень просто – за веру. Но когда какой-то производитель не то конфет, не то поздравительных открыток решил увеличить объем продаж своего товара, в «биографии» канонизированного католической церковью Валентина всплыло множество пикантных подробностей. Например, прохвосту-производителю вдруг «открылось», что этот епископ особо покровительствовал влюбленным. И даже венчал римских легионеров… За это его якобы и казнили. За разложение римской воинской дисциплины христианскими обрядами. А вы что подумали? Нет, «однополые отношения» в Древнем Риме преступлением не считались.

Откуда это пошло

Античная традиция в праздновании «дня всех влюбленных» прослеживается четко. Был у римлян такой праздник – Луперкалии. От того же корня, что и «лупанарий» – публичный дом. В этот день (помимо всего прочего) девушки писали мужчинам любовные записки и складывали их в специальную урну. Мужчины затем были обязаны ухаживать за той, чья записка им досталась.

Был похожий праздник и у греков. Назывался он Панургии – в честь козлоногого (и вообще сплошь козлиного ниже пояса) божества Пана. (Кстати, Луперк – это прозвище его римского двойника Фавна.) Помните персонажа романа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» по имени Панург? Однажды он отомстил отвергшей его притязания женщине: незаметно насыпал ей на юбку высушенные и растертые в порошок выделения самки собаки. Когда несчастная пошла по городу, к ней сбежались все уличные кобели. В романе подробно описывается, что именно они делали с юбкой и с ее обладательницей…

В Дне святого Валентина тоже есть что-то от собачьей свадьбы. Ведь, как писал Сергей Довлатов, «любить публично – скотство». Да и любви ли вообще посвящен этот день? Отнюдь нет – он посвящен похоти. В принципе похоть – дело полезное. Ничем не хуже, например, водки. Но почему пьяница, валяющийся под забором или горланящий песни на улице, вызывает у нас отвращение? Потому что публичная демонстрация интимных отправлений называется исчерпывающим польским словом «позор». У каждого есть свои собственные, непоказные «дни влюбленных» – годовщины первых встреч, свадеб… Почему же этого недостаточно?

Кому это нужно

А потому, что праздника хочется. В дореволюционной России справляли около сотни церковных праздников. Сейчас у нас официальных праздников чуть больше десятка. Половина из них обессмыслены переменчивой, как та самая самка собаки, новейшей историей. Вот и приходится тянуть в календарь всякую полуживотную языческую ересь.

Но это на поверхности. А есть ведь еще целые «сословия», которым «день похоти» просто необходим! Ну например, подростки. Когда еще им, таким стеснительным (так, по крайней мере, до сих пор считают некоторые детские психологи – лично я, поработав в подростковом журнале, стал придерживаться другого мнения), можно безбоязненно написать понравившейся девочке «пошли в кино»?

Или вот незамужние учительницы. О, это особая тема!.. Впрочем, и замужние тоже. В коридорах вывешиваются именные конверты, в которые старшеклассники кидают записки. Якобы такая игра. Ведь зайти после урока в подсобку и сказать: «Марь Иванна, я вас люблю – научите меня всему», – такое только в современной русской литературе бывает. А романтическое признание на бумаге – почему нет? Говорят, незамужние с удовольствием отзываются. Я их понимаю. Мне в десятом классе тоже химичка нравилась.

И потом – вообще женщины. Раньше у них был только один узаконенный праздник. Остальные «женские дни» (например, те самые годовщины свадеб) приходилось выбивать из индифферентных мужчин со скандалами. А теперь – все общество празднует! Значит, закон. Значит, гад, не отвертишься.

* * *

А вообще все это ерунда, конечно. Мерзкий культ потребления. Повод всучить людям побольше розовой бумаги в обмен на банковские билеты. Но даже в самом дурацком культе и в самом омерзительном потреблении бывает что-то такое, что их хотя бы отчасти оправдывает. Например, одна-единственная грустная песенка Тома Уэйтса. Send me blue valentine…

Но это у них опять же. А у нас с вами есть только два общенациональных праздника: Новый год и День космонавтики. И оба грустные.