Сегодня Марису Лиепе исполнилось бы 80 лет, но легендарный артист очень рано ушел из жизни.

Природа не наградила Мариса Лиепу особыми данными, зато подарила ему невероятную целеустремленность. С детства зная все несовершенства собственного тела, будущий артист буквально «лепил» себя сам. Казалось, что человека с его силой характера, дисциплиной и собранностью невозможно сломить, но у Лиепы, как и у любого из нас были свои слабые места. Так уж сложилась, что судьба ударила в одно из них, и сердце танцовщика этого не выдержало.

Нужные слова

История многих балетных артистов начинаются одинаково — они с малых лет мечтают о сцене. Но в случае с Марисом Лиепой всё было иначе. В балетный класс мальчик попал по настоянию отца. Эдуарда Лиепу беспокоило худощавое и не очень крепкое телосложение сына. Однажды один из его друзей подсказал записать Лиепу-младшего в балетный класс. Так Марис впервые оказался у станка и был абсолютно не рад этому обстоятельству. На занятиях он откровенно скучал. То ли дело футбол, велогонка, лыжи, плавание — все это действительно увлекало мальчика с головой.

Неудивительно, что спустя всего несколько уроков начинающий танцовщик решил не возвращаться в класс, и без каких-либо угрызений совести прогулял очередное занятие. Возможно, на этом всё бы и закончилось, но мама, которая была сильно увлечена балетом, нашла нужные слова и переубедила сына.

Сначала Лиепа был самым обычным учеником, без каких-либо особых талантов. Однако, когда дело дошло до освоения характерного танца, его отметил преподаватель и артист балета Валентин Блинов. Уже тогда Валентин Тихонович понял, что Мариса ожидает блестящее будущее.

Тренировки делали своё дело. К тому же Лиепа прекрасно осознавал несовершенства данного ему природой тела, а потому каждый день старался дать себе все большую и большую нагрузку. Сначала 50, потом 60, 70 и наконец 100 релеве (подъем на пальцы или полупальцы — прим. ред). Он сознательно собирал в школу тяжелый портфель, причем брал не только нужные учебники, но самые тяжелые — чтобы сложнее было нести. Играл на перегонки с троллейбусами и машинами: пытался первым прибежать до столба или любой другой назначенной точки. Марис постоянно соперничал с самим собой, с собственными возможностями.

В 1950 году в жизни мальчика произошло знаковое событие — его вместе с несколькими учениками отправили в Москву, на Всесоюзный смотр хореографических училищ. Жюри высоко оценило танцовщиков из Риги, присудив им первое место. Этот успех и атмосфера Большого театра произвели на Мариса невероятное впечатление. На родину он вернулся с твердым намерением покорить Москву и стать премьером главной сцены страны.

Ждать задуманного пришлось несколько лет. Первый шаг на встречу к своей мечте танцовщик сделал благодаря Николаю Тарасову. В те времена педагог Московского хореографического училища проводил лето в Риге и увидел Мариса на сцене. Конечно, столичный гость тут же отметил способности начинающего артиста. Благодаря Николаю Ивановичу уже в конце лета Лиепа отправился на обучение в Москву. Увы, стипендию молодому человеку не дали, чтобы обеспечить будущее сына родители приняли решение продать дачу на Взморье. Так Марис получил билет в новую жизнь.

Марис Лиепа, 1961 год.

Встречай, столица!

В Москве всё, о чём начинающий танцовщик так много слышал, вдруг стало реальностью: первый концерт Клавдии Шульженко, первая «Жизель» в исполнении легендарной Улановой, выставки, музеи, прогулки по улицам столицы. Но, как бы ни увлекала Мариса культурная жизнь, ежедневно в 12:45 он был у станка. За два года Лиепа ни разу не пропустил ни одного занятия, окончив училище круглым отличником. Однако это не помогло ему получить приглашение на работу в Большой театр. Более того, талантливого ученика отправили обратно в Ригу, сославшись на то, что национальные кадры должны закрепляться на местах. Лиепа был сильно разочарован.

В столицу молодой человек вернулся буквально через несколько месяцев, чтобы выступить на декаде латышской литературы и искусства. Именно тогда танцовщика заметила Майя Плисецкая. С ее подачи позже Мариса пригласят на гастроли ГАБТ в Будапешт. Но на генеральной репетиции артист очень сильно растянул ногу. Руководители поездки уже начали искать ему замену. Однако он решил не сдаваться, прекрасно понимая, что другого такого шанса может не представиться. Плотно забинтовав ногу, танцовщик вышел на сцену. Отзывы в прессе о том выступлении были очень благосклонными.

Конечно, единственные гастроли в составе труппы Большого театра мгновенно ничего не изменили. Марис снова вернулся в Ригу. Однако судьба продолжала вести его к намеченной цели. Летом 1956 года артист отправился по путевке в Сочи, чтобы подлечить ногу. Во время одной из прогулок он увидел афишу — в город с гастролями приезжала труппа Музыкального театра имени К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко. Лиепа знал, что после окончания хореографического училища виды на него имел не только Большой, но и тот самый Музыкальный театр. Молодой человек решил задержаться в Сочи, чтобы попробовать попасть в труппу. Путевка закончилась, деньги тоже были на исходе. Но уезжать танцовщик все равно не собирался. Он снял угол на окраине города и даже нашел подработку, чтобы оплатить жилье и еду. Танцовщик помогал хозяину дома заготавливать дрова. Все это принесло результат — Лиепе удалось встретиться с руководителем театра Владимиром. Тот принял Лиепу на работу с окладом премьера — 2000 рублей, что было почти в три раза больше, чем в Риге.

На сцене Музыкального театра Марис стал настоящей знаменитостью, люди специально покупали билеты только на его выступления, ждали своего кумира у черного входа, чтобы получить автограф. Но даже достигнув такой популярности, танцовщик не забывал о своей главной цели.

В 1960 году молодого человека вновь пригласили на гастроли с ГАБТ. На этот раз в Польшу, после чего у него состоялся разговор с главным балетмейстером Леонидом Лавровским. Именно он пригласил артиста в легендарную труппу. Естественно, Лиепа тут же спросил: «Что вы дадите мне танцевать?». И это был единственно верный в такой ситуации вопрос. Оказалось, что в тот день Лавровский беседовал еще с двумя претендентами из Ленинграда. Один из них интересовался зарплатой, другой — квартирой и лишь Марис был озадачен своим будущим репертуаром. Естественно свой выбор Лавровский остановил именно на Лиепе.

Европейское обаяние

Лиепа был не только прекрасным танцовщиком, но и очень красивым мужчиной. Его внешность, безупречный стиль и манера общения буквально сводили с ума неискушенных советских женщин. Он одним из первых мужчин в СССР стал носить длинную шубу. А свои многочисленные костюмы заказывал у самого Пьера Кардена. Даже носки выдавали в Марисе европейца — дорогие, в шотландскую клетку.

Как устоять перед таким модником?

Впервые танцовщик связал себя узами брака с легендарной Плисецкой. Но ни артист, ни сама Майя Михайловна никогда не комментировали этот союз, который по слухам продлился всего несколько месяцев и был заключен не в порыве высоких чувств, а потому что Мариса не выпускали на гастроли с Большим театром за границу. Однако когда журналисты пытались расспросить его на эту тему, он всегда отвечал одно и тоже: «узнавайте подробности, когда нас уже не будет на свете».

Второй супругой Лиепы стала актриса Маргарита Жигунова. Они познакомились благодаря съемкам фильма «Илзе», которые проходили в Риге. У супругов родилось двое детей. Их назвали именами героев картины: сына — Андрис, дочь — Илзе. Марис и Маргарита были невероятно красивой парой. Это о них лондонские газеты писали в свое время: «Приехала русская Мэрилин Монро и знаменитый танцовщик». Однако в семейной жизни супругов было не всё гладко. В 1980 году они развелись и танцовщик связал себя узами брака с коллегой по цеху Ниной Семизоровой. Более того, в тот момент у Лиепы уже подрастала еще одна дочь дочь — Мария, от гражданского брака с художником по костюмам Евгенией Шульц. Встреча с Шульц состоялась в стенах любимого театра и с первых минут переросла в крепкую дружбу. Долгих восемь лет ни о какой близости не было и речи, но когда дружба переросла в нечто большое, влюбленные тщательно скрывали свой роман и тем более рождение ребенка. Несмотря на то, что Лиепа и Семизорова развелись в 1985 году. Марис так и не женился четвертый раз. Хотя в конце жизни артиста пара стала жить вместе и по признаниям самой Евгении Шульц хотела зарегистрировать отношения, но так и не успела.

Марис Лиепа с сыном.

Дорогу молодым

Визитной карточкой артиста называют партию Красса в балете «Спартак». Первоначально Юрий Григорович видел Лиепу в роли самого Спартака, но буквально после первой репетиции, поменял решение, открыв миру неподражаемого Красса — Лиепу.

К сожалению, буквально через год, после премьеры балета, отношения между танцовщиком и главным балетмейстером ухудшились. Виной тому стала статья артиста в газете «Правда», которая очень не понравилась руководству. В новой версии «Лебединого озера» Григоровича Лиепе не нашлось места. Как, впрочем, и в следующей премьере — «Иван Грозный». За 14 лет Марис исполнил только четыре новые партии у других хореографов, в то время, как текущий репертуар ему сильно ограничили. Конечно, Лиепа продолжал работать с другими труппами, снимался в кино, проводил творческие встречи со зрителями, но его пути с Большим театром постепенно стали расходиться и это его сильно расстраивало.

Лиепа во время исполнения партии римского патриция Марка Красса.

Такие условия руководство театра создавало намерено, надеясь, что танцовщик напишет заявление об уходе по собственному желанию. Но он не сдавался, а уволить лауреата Ленинской премии не представлялось возможным. Новый рычаг давления появился, когда в Большой пришли дети артиста — Илзе и Андрис. Если сыну ещё давали сольные партии, то дочь оказалась даже не в кордебалете, а в мимансе (группа артистов, участвующих в массовых сценах оперных и балетных постановок — прим.ред)! Когда Марис решил исправить несправедливость, ему предложили уйти, дать дорогу молодым. Естественно, ради будущего дочери он согласился. Но жизнь потеряла для Лиепы смысл. А когда охранник Большого не пустил танцовщика в здание театра, аннулировав пропуск, его сердце не выдержало. Артист умер довольно рано — в возрасте 52-х лет.

После смерти танцовщика вновь возникли проблемы: было неясно, разрешат ли поставить гроб с его телом в театре. К счастью, всё удалось организовать и огромное количество людей пришло проститься с Марисом Лиепой именно в стенах Большого театра, который он так сильно любил.


http://www.aif.ru/