2 марта 1831 года «солнце русской поэзии» Александр Пушкин венчался с первой московской красавицей Натальей Гончаровой.
Кадр из фильма «Пушкин: Последняя дуэль», 2006 год.

Как известно, дата венчания Александра Пушкина и Натальи Гончаровой не раз переносилась — тёща не хотела выдавать дочь за поэта-ловеласа, а в день свадьбы вообще отказалась ехать в церковь. Как же «солнце русской поэзии» организовал собственную свадьбу и почему она буквально висела на волоске.

Бесприданница

У Пушкина и его будущей тёщи отношения изначально не сложились. Наталью Ивановну Гончарову многое смущало в женихе: его бурное прошлое (сам поэт говорил, что Наталья его 113-я любовь), непростые отношения с властью, а также неустойчивое финансовое положение. Сама же она отказывала в руке своей дочери под предлогом молодости Натальи (разница в возрасте между супругами составляла 13 лет). У будущей тёщи имелась ещё одна веская причина, по которой она тянула со свадьбой: её дочери были бесприданницами, и хотя об этом знала вся Москва, Гончаровы старались скрывать своё неудобное положение. Однако Пушкин не отступал, пока Наталья Ивановна не дала своё согласие на брак дочери с условием, что поэт сам достанет деньги для приданого невесты.

Сестры Гончаровы: Екатерина, Александра, Наталья. Арсенин Д.Д., карандаш, репродукция

Чтобы поскорее разрешить финансовые проблемы, счастливый жених обратился к деду Натальи, который владел бумажной фабрикой. Афанасий Николаевич молодых благословил, но деньгами не помог, хотя, по воспоминаниям современников, сам их тратил бездумно. К счастью, выйти из положения Пушкину помогли родители, точнее их подарок. Когда он сообщил семье о намерении жениться, отец поэта Сергей Львович, подарил сыну деревню Болдино, которую тот и заложил. Со сделки жених выручил 38 000 рублей, из которых 11 000 (по тем временам огромная сумма) отдал тёще на покупку приданого. Известно, что деньги Пушкин отдавал якобы в долг, однако никто из Гончаровых ни копейки ему не вернул, да и не собирался. К слову, родители самого поэта были не в восторге от решения сына взять в жёны бесприданницу, а тем более ради свадьбы закладывать то немногое, что ему дают. Но, в отличие от тёщи, в семью не лезли.

Свадебные хлопоты

Когда вопрос с приданым Натальи был решён, Пушкин приступил к выбору места венчания. Он хотел жениться в домовой церкви князя Сергея Михайловича Голицына, но и здесь его ждал отказ: московский митрополит Филарет не дал благословения, так как в домовых церквях венчать не разрешалось. Многие историки уверены, что с митрополитом можно было договориться, но времени до свадьбы оставалось немного, поэтому поэт остановил свой выбор на храме Вознесения Господня у Никитских ворот.

Но и на этом сложности не закончились. Накануне бракосочетания стало известно о внезапной смерти близкого друга Пушкина Антона Дельвига. «Без него мы точно осиротели… Свадебные хлопоты показались мелочными и ненужными перед лицом смерти», — писал поэт. А московский почт-директор Александр Булгаков сообщал: «В городе опять поползли слухи, что Пушкина свадьба расходится: это скоро должно открыться. Середа — последний день, в который можно венчать (перед Великим постом). Невеста, сказывают, нездорова… Нечего ждать хорошего, кажется, я думаю, что не для неё одной, но для него лучше было бы, кабы свадьба разошлась».

Мальчишник

По традиции за день до свадьбы Пушкин организовал «мальчишник», на котором собрались его самые близкие друзья: Нащокин, князь Вяземский, Денис Давыдов, Баратынский, Иван Киреевский, Языков. Последний из них вспоминал: «Накануне свадьбы у Пушкина был девишник, так сказать, или, лучше сказать, пьянство — прощание с холостой жизнью». Согласно воспоминаниям, с мальчишника поэт уехал грустный, однако нельзя сказать, что он сожалел о своём решении. Буквально за неделю до празднества Пушкин писал приятелю Кривцову: «Всё, что бы ты мог сказать мне в пользу холостой жизни и противу женитьбы, всё уже мною передумано. Я хладнокровно взвесил выгоды и невыгоды состояния, мною избираемого. Молодость моя прошла шумно и бесплодно. До сих пор я жил иначе как обыкновенно живут. Счастья мне не было. Счастье можно найти лишь на проторенных дорогах. Мне 30 лет. В тридцать лет люди обыкновенно женятся — я поступаю как люди, и вероятно не буду в том раскаиваться. К тому же я женюсь без упоения, без ребяческого очарования. Будущность является мне не в розах, но в строгой наготе своей. Горести не удивят меня: они входят в мои домашние расчёты».

Непредвиденные расходы

Пушкин не раз ссорился с будущей тёщей, а своей невесте писал: «Если Ваша матушка решила расторгнуть нашу помолвку, а вы решили повиноваться ей — я подпишусь под всеми предлогами, какие ей угодно будет выставить, даже если они будут так же основательны, как сцена, устроенная ею мне вчера, и как оскорбления, которыми ей угодно меня осыпать». Но добавлял, что если не женится на ней, то не женится никогда.

В итоге, поэт сделал всё возможное, чтобы ко 2 марта свадьба была устроена — Гончаровым оставалось только приехать в храм Вознесения Господня у Никитских ворот. Однако утром в день венчания будущая тёща прислала сказать жениху, что церемонию снова придётся отложить. У неё была «веская причина» — нет денег на карету, чтобы доехать до храма.

Церковь Большого Вознесения у Никитских ворот. Современный вид

И на этот раз вспыльчивый писатель проявил невероятное терпение, выслав Наталье Ивановне ещё тысячу рублей на транспорт и любые другие непредвиденные расходы (это были деньги, на которые Пушкин собирался жить с Натальей после свадьбы). Кстати, на себе жених в этот день решил сэкономить и венчался во фраке, который занял у своего приятеля. «Друзья были одинакового роста и сложения, а потому фрак Нащокина как нельзя лучше пришелся на Пушкина», — вспоминала его жена Вера Нащокина.

Дурные приметы

Само венчание в столице наделало много шуму: в церковь на церемонию старались не пускать посторонних. Для этого даже прислали полицию — событие для города не из обычных. Известно, что поклонники Натальи этим фактом были крайне огорчены, ведь в свои 19 лет она слыла первой красавицей Москвы.

Скульптурная композиция «Александр Пушкин и Наталья Гончарова». Автор памятника Александр Бурганов. Москва, Арбат.

Среди приглашённых было много «звёздных гостей». Посажённой матерью со стороны жениха была графиня Елизавета Потёмкина, урожденная Трубецкая, посажённым отцом Пётр Вяземский, посажённым отцом со стороны невесты был её дядя Иван Нарышкин, посажённой матерью — Анна Малиновская. Сын князя Вяземского Павел, которому в ту пору было всего 11 лет, вспоминал: «Я принимал участие в свадьбе, и по совершении брака в церкви отправился вместе с П.В. Нащокиным на квартиру поэта для встречи новобрачных с образом, в щегольской, уютной гостиной Пушкина, оклеенной диковинными для меня обоями под лиловый бархат с рельефными набивными цветочками».

По легенде, во время самой церемонии всё шло не так, как планировалось. Пушкин задел аналой — крест и Евангелие упали на пол; чуть позже поэт уронил обручальное кольцо, которое со звоном покатилось по каменному полу; шафер, устав держать венец, передал его своему товарищу. Вдобавок ко всему венчальная свеча в руках жениха затрещала и погасла. «Всё дурные предзнаменования», — шептал Пушкин.

Барский дом Большое Болдино - усадьба Пушкиных. Совеременный вид.

У всех на виду

Вопреки расхожему мнению, нельзя сказать, что брак с Натальей принёс Пушкину одно только несчастье. Вскоре после венчания поэт писал своему другу Петру Плетнёву: «Я женат — и счастлив; одно желание моё, чтоб ничего в жизни моей не изменилось — лучшего не дождусь. Это состояние для меня так ново, что, кажется, я переродился».

Однако сама Наталья о первых днях супружеской жизни вспоминала не так радостно. Она рассказывала Вере Вяземской, что её муж сразу после первой брачной ночи буквально её бросил. К нему пришли приятели, с которыми он до того заговорился, что забыл про жену и пришёл к ней только к вечеру, а всё это время она проплакала, чувствуя себя несчастной и одинокой в чужом ещё для себя доме.

Всем известно, чем закончился брак Натальи и Пушкина. Многие до сих пор обвиняют Гончарову в смерти поэта, а также в кокетстве, заносчивости и меркантильности. Но как отмечал пушкинист Александр Онегин: «Слишком приметна была она, и как жена гениального поэта, и как одна из красивейших русских женщин. Малейшую оплошность, неверный шаг её немедленно замечали, и восхищение сменялось завистливым осуждением, суровым и несправедливым». А судя по обнаруженным в архивах Гончаровых письмам Натальи к старшему брату, светская красавица на самом деле была заботливой матерью, беспокоящейся о семье и делах мужа женой.

Дети А. С. Пушкина. 1839. Н. И. Фризенгоф, рисунок

http://www.aif.ru/