Портрет Александры Фёдоровны 1841 г.

Кристина Робертсон. Автопортрет. Около 1822.

В первый раз Робертсон приехала в Санкт-Петербург в 1839 году. Вначале она писала портреты знати, некоторые из которых тиражировались в гравюрах Генри Робинсона, также жившего тогда в России. Весной 1841 года Робертсон была приглашена ко двору писать портреты Николая I и его семейства. В том же году серия ростовых портретов императрицы Александры Фёдоровны и её дочерей выставлялась в Академии художеств, а сама Робертсон стала почётным вольным общником Академии (второй женщиной — членом Академии после Виже-Лебрён).

Портрет великой княгини Марии Николаевны

                                                                                                      
Граф М. Д. Бутурлин, описывая художественную жизнь Петербурга писал: "Госпожа Робертсон отобрала почти всю практику у своих собратий. У петербургской тогдашней знати вошло в моду списывать свои портреты заморскою этою артисткою, которая брала за них неслыханные цены, по 4 000 или даже по 5 000 рублей серебром, если портрет был в натуральный рост, по 2 000 (помнится мне) за поясной и по 700 (или около того) рублей за головной, с одними плечами... Модная Британская артистка написала, поочередно всю царскую семью во весь рост и получила за то около ста тысяч рублей серебром... не прошло и шести лет, как все эти знаменитые произведения перешли из дворцовых зал в полутемные коридоры, и о г-же Робертсон едва ли кто ныне помнит."

Портрет великой княгини Марии Николаевны. 1841 г.

Бутурлин был не вполне прав в своих оценках — акварельные портреты, написанные Робертсон, продолжали украшать рабочие кабинеты Александра II в течение всей его жизни. Парадный портрет Александры Фёдоровны оставался вывешенным в ротонде Зимнего дворца до Октябрьской революции, и пострадал во время переворота.

Портрет Великой Княгини Марии Александровны

В 1847 году Робертсон вернулась в Санкт-Петербург. В январе 1849 г её вновь пригласили в Зимний дворец, писать портреты невесток Николая I — Марии Александровны и Александры Иосифовны. В феврале 1850 года Робертсон известили о том, что Николай I «не удовлетворён» новыми портретами и приказали исправить уже написанное. В сентябре 1851 г двор повелел хранителю эрмитажных портретов Ф. А. Бруни вернуть все копии Робертсон без оплаты.

Императрица Александра Федоровна. 1852 г.

В конце жизни бедствовала, из-за отсутствия средств не могла вернуться в Англию. Смерть Робертсон во время Крымской войны, когда большинство британской колонии в Петербурге уехало из России, осталась незамеченной. Художницу похоронили на Волковском кладбище.

Портрет великой княгини Марии Александровны

После Октябрьской революции портреты работы Робертсон, хранившиеся в частных собраниях, были рассеяны по провинциальным музеям. В Государственном Эрмитаже хранятся тринадцать работ Робертсон, из которых двенадцать атрибутированы точно, а одна — предположительно. Это семь портретов семьи Романовых, четыре портрета представителей семьи Юсуповых из собрания Юсуповского дворца, портрет Ю. Ф. Куракиной и, по мнению Е. П. Ренне, одна из лучших работ Робертсон — «Дети с попугаем». Кто именно изображён на этом двойном портрете 1850 года — так и не известно. Вероятно, что лицо Марии Александровны на эрмитажном портрете было переписано в манере Франца Винтерхальтера уже после смерти Робертсон. Три портрета, вызвавшие в 1850 году недовольство Николая I, хранятся в музеях Петергофа.

Дети с попугаем. 1850 г.

Портрет великой княгини Ольги Николаевны

Портрет княжен Ольги Николаевны и Александры Николаевны (дочери Николая I). 1840 г.

Портрет великой княжны Александры Николаевны

Портрет императрицы Александры Федоровны. 1840-е

Портрет М. С.Бутурлиной. 1841 г.

Портрет Б. Н. Юсупова. 1850 г.

Портрет О. И. Орловой-Давыдовой.

Портрет императрицы Марии Александровны. 1850 г.

Портрет княгини Зинаиды Юсуповой. 1840 г.

http://subscribe.ru/group/na-zavalinke/7142649/

Аэлита 54