Во мраке грязного подвала, 
Тоскливо кутаясь в тряпьё, 
Старушка тихо горевала 
О сыне, выгнавшем её. 

Во всем сыночку угождала, 
Всю жизнь трудилась день и ночь, 
Сама порой недоедала, 
Стараясь мальчику помочь. 

Не обижал и он старушку, 
Но все скатилось под откос, 
Когда сынок привел подружку 
И, улыбаясь, произнес: 

«Знакомься, вот моя невеста. 
Женюсь я, мамочка, прости. 
Теперь нам будет мало места, 
Ступай к подруге, погости!» 

«Да-да, меня подруга детства 
Уже давно к себе звала, 
Я буду в доме по соседству»,- 
Она впервые солгала. 

Ушла, а мысли все о сыне: 
«Как он, родимый мой, теперь?» 
Обиды не было в помине, 
За то, что выставил за дверь. 

«Он — мой любимый ангелочек! 
Ну, как ребенка не простить? 
Одна беда — придет сыночек, 
А мне и нечем угостить…» 

Во мраке грязного подвала 
В каком-то дальнем закутке 
Старушка тихо умирала, 
Зажав конфетку в кулаке…

orliya