Кирилло-Белозерский монастырь,  г. Кириллов.


Имеется на севере России, в Вологодской области весьма удивительное и примечательное место. Причем примечательно и удивительно оно на столько, что некогда, с легкой руки писателя Андрея Муравьева, было прозвано «Русской Фиваидой» - по аналогии с египетской пустыней, где селились когда-то раннехристианские отшельники. И действительно, тут, на сравнительно небольшой площади, находятся Кирилло-Белозерский, Ферапонтов, Горицкий и Новоозерский, расположившийся на маленьком острове посреди озера Нового, монастыри, а так же знаменитая Нилова пустынь на реке Соре. В былые же годы в здешних лесах имелся и ряд мелких обителей и скитов. Видимо, края здешние всегда были для отшельничества и духовных поисков благорасположены.
Начало же Северной Фиваиде было положено основанием Кирилло-Белозерского монастыря, а чуть позже и Ферапонтова.  Основали же эти монастыри два московских монаха – Кирилл и Ферапонт Белозерские в  1397 году. Прибыли они сюда вместе, но место, выбранное для обители Кириллом Белозерским, показалось его сотоварищу уж больно суровым, и он, в полутора десятков километров нашел место несколько более жизнерадостное. Там и ноне стоит Ферапонтов монастырь.

Главный вход на территорию Кирилло-Белозерского монастыря - Казанская башня.

На переднем плане - Казанская часовня.

Кирилл же Белозерский, еще будучи московским монахом, отличался не только пристрастием к книжной премудрости, но и тягой к суровой аскезе, которую он даже пытался усугубить принимая на себя подвиг юродства. Правда начальство его тогдашнее по Симонову монастырю, подвига этого не одобрило и даже наказало его за непотребное поведение, посадив на хлеб и воду на шесть месяцев. Что, согласно легенде, Кирилла только обрадовало, ибо усмотрел он в этом наказании дополнительные возможности усиленного поста. Такой вот он был человек. По тем же легендам, то ли отрыл он тут себе песoеру, то ли собственноручно срубил хижину, не забыв поставить рядом и часовню. Далее, к нему начали присоединяться последователи, и из местного населения, и пришедшие из других краев. Не следует полагать, что все так сразу и заладилось, претерпевал он и преследования и стихийные бедствия, но начало делу основания нового монастыря, получившего, а в начале он именовался монастырем Пречистой Богородицы, в конце концов название Кирилло-Белозерского, было положено.
Монастырь рос, развивался, стал крупным книжным центром, на него довольно быстро обратили особое внимание московские князья, впоследствии и цари. Так к  к концу  XVI века монастырь стал своего рода форпостом Московского государства во вражеских землях Новгородской республики.
С этого времени он стал превращаться в мощную крепость, в последствии став самой большой и мощной северной крепостью России.
Примечательно то, что в конце 15-16 веков монастырь был одним из центров религиозно-политического течения нестяжателей, что, впрочем, не помешало ему далее превратиться в крупного феодала-землевладельца и вести обширную торговлю традиционным для Севера товаром - солью и рыбой.
Во времена Смуты и даже несколько позже ее, монастырь, будучи уже достаточно мощной крепостью, выдержал, продолжавшуюся почти шесть лет осаду со стороны бродивших по этим землям польско-литовских, казачьих и немецких отрядов, а также прочего «воровского сброда».
Так или иначе, но Смутные времена миновали, жизнь шла дальше. А  с 30-х годов XVII столетия начался и новый подъем строительных работ - строились кельи, больничные палаты, церкви, но главное внимание уделялось оборонительным сооружениям. С 1653 года началась постройка по указу государя новой большой крепости, продолжавшаяся около тридцати лет. Первоначальный проект новой линии укреплений был составлен принявшим православие и перешедшим на русскую службу французом Антуаном де Троном (Антоном Алексеевичем Грановским). Он пытался создать фортификационные сооружения на основе распространенной тогда в западноевропейских странах бастионной системы. Однако кирилловские монахи были недовольны отходом от русских традиций и обратились к царю Алексею Михайловичу с просьбой предоставить им право возводить новую крепость по образцу уже доказавшего в годы Смуты свою надежность кремля Троице-Сергиевой лавры. Их прошение было удовлетворено.



Московская башня




Белозерская (Большая Мереженная, Озерная) башня




Хлебенная башня

И вот таким вот образом Кирилло-Белозерский монастырь и приобрел дошедший до нас вид, став самой большой и мощной крепостью на Севере России.




Водяные ворота (выходят на Сиверское озеро) и надвратная церковь Преображения Господня.

А вот дальнейшая судьба этой крепости была совершенно типичной для многих фортификационных сооружений – ни в каких боевых действиях более монастырь участия так и не принял. И, в общем то, можно сказать, что завершение строительства этих могучих укреплений одновременно стало пиком развития и началом упадка Кирилло-Белозерского монастыря. Далее пришло время петровских реформ и уже сразу после начала Северной войны у монастыря были изъяты все пушки, да и прочие, весьма не малые, запасы вооружений. Внимания же со стороны государственных властей к монастырю, по сравнению с прежними временами, тоже весьма поубавилось. В конце XVIII - начале XIX столетия оказались разобраны некоторые башни и стены внутренней линии оборонительных сооружений.


















В XVII веке некоторые храмы получили внешнее оформление в господствовавшем тогда стиле барокко. Монастырь потихонечку стал превращаться в одну из многих российских провинциальных обителей.
Но не смотря на это, Кирилло-Белозерский монастырь сохранил облик величественной древнерусской крепости.




Надвратная церковь Преображения Господня (1595), Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы (1519) с трапезной палатой , церковь Архангела Гавриила  (1531-1534)





Надвратная церковь Преображения Господня (1595)





Надвратная церковь Преображения Господня (1595)




Больничная церковь Евфимия Великого (1646)










В непосредственной близости, а можно даже сказать вокруг, монастыря вырос и город. Называется он, само-собой, Кириллов. Долгое время практически вся жизнь города так вокруг монастыря и развивалась. Порой складывается впечатление, что и сейчас это так же, но уже больше вокруг пока еще Музея-заповедника, включенного в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации.




На заднем плане собор, именуемый в городе Новым (и это не злобная шутка)


С 1924 года территория монастыря была объявлена Историко-архитектурным и художественным музеем-заповедником. На территорию музея стали привозить памятники деревянной архитектуры из окрестностей.
В трапезной палате при церкви Введения (1519 год) расположен Музей икон, До наших дней почти полностью дошёл иконостас Успенского собора, современный его постройке, что является уникальным фактом в истории русского искусства. Древние иконы этого иконостаса долгое время были разрознены. Из 60-ти уцелевших икон 33 находились в Кириллове, а остальные — в Русском музее, Третьяковской галерее и Музее имени Андрея Рублёва. В начале апреля 2009 года последняя часть икон была возвращена в Кириллов.
С 1997 года Кирилло-Белозерский музей-заповедник (размещается в архитектурном комплексе бывших Кирилло-Белозерского и Ферапонтова монастырей, за исключением переданной в бессрочное безвозмездное пользование Русской православной церкви части территории Кирилло-Белозерского монастыря в городе Кириллове, именуемой Малым Ивановским монастырём, с расположенными на ней памятниками истории и культуры) включён в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации.
Но не смотря на все это, судя по моим беседам с сотрудниками музея в августе 2012 года, для музея могут настать и «черные времена». Было высказано опасение, что как только закончаться весьма обширные и серьезные реставрационные работа, а они там ведутся довольно активно, весьма реальным станет передача РПЦ уже всей территории Музея-заповедника. И более того, мол уже и новое помещение для музея присмотрено – типовое здание поликлиники. Перспективы такие сотрудников музея, по сложившемуся у меня впечатлению, явно не радовали. Но, правда, слышал я это все в августе минувшего года исключительно в процессе частной беседы...

А также см. пост Горицкий монастырь с трех сторон