Степь... Без конца и без края... Лишь качается сплошь покрытое звездами небо, убаюкивая землю голубых ковылей. Кажется, что со времен Геродота здесь ничто не изменилось. В степи пасутся табуны лошадей, утопая по пояс в сочной траве. Запахи полыни, земляники, шалфея и других трав, а также растущих на берегу реки вишен и сосенок, перемешиваясь, создают неповторимый аромат. Овцы неторопливо жуют траву, тут же свернулись в клубок пушистые ягнята. Поодаль выстроились белоснежные юрты, мальчишки с гиканьем и улюлюканьем скачут на конях, устремляясь вдаль, туда, где небесный свод сливается с ковыльной степью. Они несутся наперегонки, тут и там мелькают их островерхие шапки.

...Здесь нет времени, лишь меняются цвета: седой ковыль становится голубым в сумерках, синим в ночи, розовым на заре, а иногда приобретает нежный цвет уходящего солнца.

Всюду слышны маленькие скрипки-пчелки, а когда они садятся на цветки, распространяется душистый запах, который подхватывает и вместе с запахом парного кумыса разносит по всей степи веселый ветерок.

В этих степях живет народ с поэтической душой и богатой культурой, истоки которой уходят корнями в глубину веков. Живет почти так, как, по описаниям, жили скифы во времена Гомера. А песни, которые они поют, чем-то напоминают персидские мотивы: задушевные, протяжные.