Глава четвёртая.
Собственно виновница всего...

Когда Ника открыла глаза, она не смогла понять, где она… вроде должна быть в поезде… а тут бала милая, хорошо, со вкусом обставленная комната! А спала она на мягкой постели…
Около кровати что-то копошилось, Ника лениво посмотрела туда и увидела подарок. Она сразу оживилась и бросилась к нему. Внутри коробки была чёрная роза и котёнок, который сразу же оцарапал ей руку. Ника взвизгнула. Больно не было, нет, но кровь становилась какой-то пенящейся, а чёрные розы навеивали страх. Потом, вспомнив, что слышала смех за дверью, она успокоилась и резким движением раскрыла дверь.
Там стояли и выжидали двое парней.
-А чё вы тут делаете?? Кстат, спасибо за котёнка, я его от дресерую, и он будет мне вместо моего брата! – сказала она и закрыла дверь, чем ввела в полнейшее недоумение тех двоих.
Ника подошла к холодильнику и достала бутылку молока, налила немного в тарелку и дала котёнку.
- Ешь маленький, ты наверно голодный! – и вправду, как только она отошла, котёнок набросился на молоко, как тигр на свою жертву.
*Кажется, когда я проснулась, холодильника не было… - она задумчиво закатила глаза. –
И штора так не шевелилась!*
Ника сделала вид, что не заметила и направилась к креслу у окна, но принюхалась и пошла к окну, чтоб его открыть… тут то Кир и не выдержал – чихнул!
-А! Вот тут кто! – Ника победоносно улыбнулась. – А что ты тут делаешь???
- Ну, собственно мя твоим наставником и стражем поставили! – признался Кир, и его щёки ярко загорелись.
- Эт интересно кто??? А??? – Ника еле сдерживалась, чтобы не засмеется, и всем видом старалась показаться злой.
- Магистр! – потом он посмотрел на её руку и поперхнулся, издав при этом звук похожий на кашель гиппогрифа. Потом он побледнел и упал вперёд. В его спине торчала стрела.
Повинуясь непонятному чувству, Ника подошла, к нему села рядом и быстро выдернув стрелу, стала шептать:
- Аскархезм! Кухоразимаа! Ироменотул! Сиаромовакиостенгова ихаросиханетовар….
Потом, встав и немного пошатываясь от усталости, она подняла его в воздух и мягко перенесла на кровать, всего лишь посмотрев и подумав об этом.
Вдруг её ноги подкосились, и она упала на мягкий, такой манящий персидский ковёр…

-