Ты безучастно смотришь на стену, продолжая ковырять белое мессиво, бывшее когда то рыбой. Оторвавшись от своих мыслей, ты лениво сдираешь куски кожи с костями с вилки и облизываешь пальцы. Рыба тошнотворно пахнет молоком. Теплым парным молоком...

Ты ещё помнишь, как дергалась задыхающаяся тварь в черном пакете. Помнишь её предсмертные вздохи. Кидаешь вилку на стол и отодвигаешь тарелку, стараясь справиться с подступившей так некстати тошнотой. Практически каждый раз пытаешься убедить себя в правильности своих действий - пищевая цепочка, во главе которой стоят такие же как ты. Это совсем не помогает. Практически каждый раз тебя едва ли не рвет.

Как же болит голова.