В колонках играет - bjork -107 Steps
День первый: да ничего, слишком занят , чтобы предаваться каким то там отвлеченным? мыслям, про то, чего собственно пока нет, ну то есть мельком так возникает мысль, что может быть не не зря, может быть это такназываемое испытание что-то докажет, к тому же дел невпроворот и так даже както удобно, на вермя, а там все разрешится, хотя с другой стороны глупости все это.. ведь понятно и так , что иначе невозможно, так ведь? или это опять какие то выдумки и фантазерство?

Вчера чтал "Машеньку" Набокова - очень красиво и образно , и очень мне нравится как он все описывает, будь то предметы и люди или ощущения. Набоков - это все же мой писатель, он пишет так , что я могу это увидеть, а таких писателей не много, приходится все больше самому додумывать и воображать, что совсем не то уже.
Вот недавно был какраз разговор, я на Пикассо все же собрался, мне с ним как бы пообщаться надо по поводу и без и все эти мои возущения по поводу: "мол какого хрена столь многичисленны толпы народу туда попасть возжелавшие, мол чего они собственно увидеть там решили, допустим есть потребители и жрецы, но счего бы это их так мого у нас образовалось, в прочем как и художников, которых стрелять уже надо бы, так их много.", были присечены фразой, что для кого же , если не для Болквадзе привезли Пикассо, но по правде ведь я дествительно уверенн в том, что способен поговорить с ним через его картины потому что вижу и только вижу, как музыкант слышит и как писатель или поэт наверное тоже что-то там чувствует, я допускаю , что эти самые потребители и жрецы спосбны чувствовать как то более многопланово чем я, хотя бы способный только к зрению, причем внутрь себя, поэтому приходится поместить этот образ там, а потом уже рассматривать причем со всех сторон одновременно, а потом еще как то пытаться все это расплющить на двухмерном плоском пространстве холста, но по большей части ведь все эти ОНИ, которые штурмуют Пушкинский уже на протяжении месяца, и стоят в очередях по два часа, идут туда просто для "галочки", не более того, тогда зачем?

Читаю вот "изюм" Татьяны Толстой и как то по началу так уныло про этот питер и даму с собачкой , а потом что-то такое интересное как будто началось и в то же время раздражающее, что-то там про Малевича , а потом и так далее про праивтелей и правительство, про СМИ и современное искусство , все это брюзжание и утрирование , ворчание недовольное без каких либо претензий на то, что это ведь реально можно все исправить, просто какая то больная совесть в образе недовольной всем тетки, которая только и делает , что ноет по поводу и без, но вспомнил Кацмана Изю , из "Града обреченного", который так именно и описывал любую творческую, либо научную , такназываемую элиту , которые вот такими и дожны быть , совестью , которая болит , брюзжащими и недовольными, всегда, и ведь все верно у нее, так оно и есть, разве что поступить можно было бы иначе в некоторых случаях , а в некоторых вообще никак не поступать , тоесть вообще бестолку затеи такие, и возразить мне нечего почти, только вот сам я тоже не доволен , протестую я без каких либо аргуменов обоснованных, но я еще найду их , это уж наверняка, ну и что? сказал-бы я на такие разговоры, да какое собственно вам до этого дело Татьяна? что вы всем этим меняете? и не лучше ли вместо каких-то соврешенно бесполезных размышлений о быте и нравах самой показать "лучший пример"?, а может и вообще обособиться , написать чтонибудь такое, ну вот "Кысь" была, хороший роман, а так все больше какие то сборники эссе и рассказов, причем беллетристика ведь какая то сплошная, то же бульварное чтиво, что и в журналах тех , которые вы высмеивали , иной формат просто, с претензией, и с претензией нехилой такой, но по мне так лучше "Канта?" почитать, чем тратить время на такое вот, несомненно увлекательное переливание из пустого в порожнее.
Просто ощущение такое, что я читаю не "великую русскую писательницу", как выражался БГ, упоминая в тоже время, что он с ней выпивал, а больше всеже писателя-журналиста для какого нитбудь познавательного и в тоже время "либеральнодемократического" журнальчика.