Поездка на дизель-поездах Д1 депо Узловая.


Поскольку в экзаменах у меня наблюдался некий перерыв, я сидел сиднем дома и страдал фигнёй. Пожалуй, единственной деятельностью, которую я развивал, было совместное с Катей и Вовой планирование отдыха на зимних каникулах. Мы хотели съездить в какой-нибудь дом отдыха. В качестве вариантов рассматривались Селигер, Сенеж, но остановились мы на санатории «Каширские роднички».
Но опять же, эта деятельность была сугубо интерактивной. И рассматривая карту Московской области, я заодно стал планировать очередные железнодорожные путешествия. В частности, я хотел изучить железнодорожные ветки, создающие незамкнутое кольцо вокруг Москвы на расстоянии порядка 200 км. Ветки эти почти все малодеятельные, пригородные поезда ходят два-три раза в сутки, и о том, чтобы проехать по всему этому кольцу за один заход, не могло идти и речи. Оставалось лишь «заметать сектора». Один такой заход я уже сделал – это путешествие Тула – Калуга. Пользуясь тем же сайтом, я спланировал ещё несколько поездок. И в одну из них я решил съездить сегодня. Маршрут был таков: Москва – Ожерелье – Узловая – Тула – Москва. Целями поездки, помимо исследования самой ветки, было прокатиться таки на Д1, ну а заодно узнать, как обстоят дела со снегом в Каширском районе. В этом году снегу выпало крайне мало, и на лыжах кататься в таких условиях не представлялось возможным. Но Вова на это сказал, что на юге области «что-то могло и нападать».

Поездку я начал не рано. Дизель Ожерелье – Узловая отходил только в час, и в Ожерелье я мог приехать в любой момент. Узнав, что, в принципе, в этом городе делать нечего, я решил выехать с Павелецкого вокзала на электричке в 10:34.
Надо сказать, начиная с Нового года сложилась парадоксальная ситуация с транспортом в Химках. Автобус 443 подорожал, стал стоить 23 рубля, а маршрутка 662 осталась 22 р., а 309-ая – по-прежнему 20. Я не брал проездной на январь, и предпочитал по этой причине ездить на 309-ой до Войковской, поскольку это оказывалось намного быстрее. Правда, при этом я не всегда ехал в метро сидя, поскольку не конечная, и при поездках в институт всё равно пользовался автобусом. А вот сегодня я поехал на маршрутке. Метро было набито, и ехать было не очень приятно. Но зато я прибыл с хорошим запасом, к 10 часам. Электричка была самая обыкновенная ЭР2-12**, а вот на соседнем пути стояла ЭМ2-025, такую я видел впервые. Внешне от ЭР2 она отличалась лишь кабиной.

Я выбрал место, похоже, все вагоны были с фанерными скамейками. Ну, ехать не 4 часа, чуть больше двух. В 10:34 машинист объявил отправление, поехали. «Железная леди» отсутствовала, остановки объявлял машинист. Я внимательно смотрел в окно. По этому направлению я ездил не дальше Домодедово, было время, ездил к Поляку в Бирюлёво. На платформе Ленинская оказался вокзальчик с колоннами и звездой на шпиле. Отсюда недалеко до Горок Ленинских.

До Жилёво идёт трёхпутная дорога, причём третий путь, похоже, был построен позже, он проходил по отдельной насыпи, пересекал речки по отдельным мостам, а иногда отбегал от основных путей на несколько десятков метров, а то и больше. Платформы к этому пути были короткие, как на нашем Ленинградском направлении у центрального пути. В Михнево мы догнали плетущийся по этому пути товарняк, но он не стал с нами состязаться по скорости и ушёл на кольцо в сторону Яганово. Вторая ветка на кольцо начиналась в Жилёво. Там меня позабавила стоящая в тупике электричка ЭМ2, у которой на световом табло было обозначено «Желево». Неужели никто и не заметил и не исправил?

Но поезд наш мчал дальше, скоро мы проехали Ступино, где находится завод «Марс», пересекли Оку и приехали в Каширу. Как раз тут я стал примечать снеговую обстановку. Если в лескх ещё куда ни шло, снег был, хотя тут и там торчала пожухлая трава, но на полях и, в частности, в пойме Оки снега практически не было. То есть, если ничего в погоде не изменится за эти две недели до каникул, лыжи нам не понадобятся.



После Каширы была ещё одна остановка, а потом Ожерелье, 117 км. от Москвы. Станция Ожерелье имела невероятное число путей, штук 20, не меньше. Платформ было две: островная высокая, на которую мы приехали, и низкая у вокзала. Я сразу подумал, что дизель на Узловую прибудет на низкую платформу, однако спустя пять минут на неё прибыл пассажирский Луганск – Москва. Значит, надо идти обратно на высокую платформу. Здесь стояли люди, и по расписанию выходило, что они именно на дизель и стоят, и по разговором это же было слышно. Расписание на Узловую висело рядом с расписанием на Москву и Узуново. Почему-то напротив всех поездов на Узловую были приклеены скотчем бумажки с надписью «Экспресс». Я изучил объявление касательно того, что до 31 декабря 2007 студентам действует скидка на все пригородные и ПДС-ы, естественно, в учебный период, который, как известно, учитывает непосещаемость студентами вузов в первые две недели сентября и в конце мая. Ну вот, а Поляк говорил, что скидка действует только на подмосковные электрички. Я купил билет на Узловую за 60 р. 50 к. До поезда оставалось ещё 20 минут, а отходил он в 13:35. Было довольно ветрено, все стояли у кассы – там не дуло. Наконец, со стороны Узуново показался луч прожектора. Бабка спросила у деда: «Наш, что ли?» Поезд подъехал чуть ближе, и дед разглядел: «Да, наш, с трубой». Да, это был долгожданный Д1, его головной вагон имел номер 500, а значит, он старее даже чем тот, что ходит в Алексин, 647-ой.



Я зашёл внутрь, отметив, что фартук, закрывающий ступеньки для схода на низкие платформы, поднят, хотя состав подан к высокой платформе. [«На всех остальных [т.е., кроме пригородных зон Москвы, С.-Петербурга и некоторыех других] участках железных дорог, где остановочные пункты имеют высокие платформы, нормальное положение «фартуков» в тамбурах электропоездов – поднятое. Пассажирам при посадке и высадке на высокую платформу приходится перешагивать через образующийся промежуток. Возможно, это проще, чем подниматься по ступенькам с низкой платформы». – С. Болашенко, «Высокие посадочные платформы», sbchf.narod.ru.] Салон меня поразил, я никогда такого не видел. Салон меня поразил: наверное, я такого никогда не видел. Скамейки были из деревянных реечек, а всё производило впечатление древности. Я пытался припомнить дизель в Янтарном, но мне казалось, там были обычные полумягкие лавки, и салон был скорее серого цвета, как в электричках, а здесь панели на стенах были зелёного цвета.



Народу в поезде было много, тётенька продавала пирожки. За мной сидели два мужика и пили водку, справа у окна напротив расположилась большая шумная компания местной молодёжи, они слушали какой-то «реп» на мобильнике.
Поезд тронулся, и меня обеспокоило одно, вытягивает ли эта музейная техника график. Если он запоздает, как я буду выбираться из Узловой? Конечно, я предусмотрел этот вариант, и у меня в блокноте было выписано время отправления обратного дизеля, но возвращаться по тому же пути было бы ужасно неинтересно и обидно. Однако боялся я, возможно, понапрасну, старенький дизель спокойно делал 50-60 километров в час, на мою прикидку.

После Пчеловодного началась Тульская область, и я заметил, что слова Вована о снеге, «нападавшем там», то есть, вдали от Москвы, верны, но на большее число километров. Да, в Тульской области было ьольше снега, ненамного, но, тем не менее, я видел лыжню. Кстати, часто встречались заячьи следы, а ещё попался охотник. Я попал прямо в сказку. Тут ещё выглянуло солнце, и настроение сразу поднялось.



Молодёжь вышла в Мордвесе. Забавное название, надо было зафоткать вокзальчик, да он был на другой стороне поезда. В вагон вошли два мужика с какими-то арматуринами, один сел напротив меня, а другой на маленькую скамеечку у входа в тамбур, она была спиной к окну. Мужик, сидящий напротив меня, что-то говорил своему товарищу. Говорил он врастяжку, сквозь зубы, а количество ругательств в его речи намного превышало количество полезной информации, поэтому я ничего не понял. В тамбур вошла продавщица пирожков, а за ней шёл усатый мужик. Она сказала мужику подождать, а сама скрылась в следующем вагоне, вернувшись через пять минут. Они стояли в тамбуре и общались, а мой сосед тоже вышел в тамбур и стал ухаживать за продавщицей. У мужчин состоялась недолгая переглядка, после чего мой сосед вернулся на место, а продавщица подошла к нему, улыбаясь. Разговор примерно такой.
– А завтра как поедешь?
– Завтра?.. Это… на машине.
– Куда это ты на машине поедешь?
– Куда?.. В это… в Венёв… или Новомосковск.
– Нет, завтра? Ты не на поезде?
– Как?.. Э… да, на нём… На утреннем.
– Нет, я на утреннем не езжу.
– А, ну тогда на этом… как сегодня.
– Тогда до завтра!

Мужики ещё обсуждали, кому отдать эти ключи (то есть, те здоровенные арматурины), потом один из них на 163 или 166 километре высунулся из вагона и кинул кому-то там один из ключей. Второй он забрал, выходя в Венёве. Кстати, Венёв тоже стоило было зафотать, красивый вокзал. Платформа выложена розовой плиткой. Здесь сошло много народу, столько же вошло, по-моему, даже стояли.
Подъезжали к Новомосковску. Ещё издалека я увидел дымящие трубы. Оказалось, там расположен огромный завод, мы проезжали его минут пять. Скорей всего, город и возник у этого завода, вынесенного, видимо, из-за проблем с экологией на 200 километров от Москвы.

После развилки с веткой на Новомосковск – Бобрик-Донской, я с удивлением заметил столбы контактной сети слева по ходу. Потом была станция Маклец, и у платформы стояла зелёная ЭР2-11**. На обоих маршрутных указателях стояло «Маклец», так что маршрут этой «заблудшей» электрички выяснить мне не удалось. Кстати, КС сразу же и пропала. [Позже я выяснил о существовании «островной» электрификации в черте города Новомосковск, так называемого «Новомосковского кольца». – Прим. 6.05.08.]
Оставалось совсем немного до Узловой. Я стал прислушиваться к разговорам соседей, вдруг промелькнёт, как пересаживаться на Тулу. Но никто ничего не сказал. Проезжали депо, тот самый заповедник Д1. За допо стоял целый эшелон Д1, увы, с выбитыми стёклами, ожидающих резки. Сосед сказал: «Прямо как после войны! Давно бы убрали, а то всё стоят». Для них Д1 – повседневность, и только со стороны Москвы начинаешь задумываться, что этот вид транспорта уходит в прошлое. Узловая – не заповедник Д1, это их последнее убежище.



Приехали в Узловую-I, встали рядом с другим точно таким же Д1.



Выходя, я отметил, что все вагоны имеют разные серийные номера, то есть, взяты от разных составов. Выбирали, какие ещё могут передвигаться…
«Со второй платформы отправляется пригородный поезд до станции Алексин». Уже отправляется, думал я, а в вагоне, кроме меня, не больше пяти человек. Видимо, дело в том, что направление Ожерелье – Узловая всё же более-менее магистральное, здесь ездят поезда на Старый Оскол, Украину и Таганрог.

Ехали довольно быстро. Машинист объявлял остановки, но разобрать его всё равно было невозможно. Однако, выяснилось, что остановок больше, чем у меня в атласе. В частности, после станции Оболенское была остановка Шварц, посёлок Шварцевский, а на пересечении с автомобильной дорогой на Куракино – платформа Шат. Уже смеркалось, в поезде было прохладно. Контролёрша подошла ко мне, со студенческим билет вышел в 30 рублей, но она выписала мне разовую квитанцию, хотя в предыдущем поезде я видел, как билетёрша отрывала рулонные билетики. Обидно, а я хотел пополнить свою коллекцию.

Когда подъезжали к Туле, и огни города были уже видны, я сфоткал через стекло какие-то заводы в районе пл. 309 км.



После чего я открыл карту города и приготовился выходить: поезд ехал дальше Тулы, и проехать свою остановку было бы крайней неудачей. Но обошлось без проблем, в 17:32 я вышел на вокзале, который на карте был обозначен как Тула-Вяземская, а на самом деле был Тула-Ряжская.

Как оказалось, к маленькому зданию вокзала городской общественный транспорт не ходит. Я пересёк несколько улиц и вышел на главную, Октябрьскую. Здесь ходил транспорт, очень много маршруток и автобусов, были и трамваи. Я не стал спрашивать, сел в первый подошедший трамвай в сторону центра. Проезд 7 рублей. Как раз напротив того места, где я стоял, оказалась схема трамвайных маршрутов, и я убедился, что доехать до центра на этом трамвае могу. Я стал следить за объявлениями остановок, так как на улице было темно, и не очень просто было отследить, куда мы едем. Но объявлялись какие-то странные остановки: «Пролетарская», «Марата», их не было на схеме. Почуяв неладное, я вышел из трамвая. Я находился в каком-то окраинном квартале с частными домиками. На остановке было написано «Епифанская». Я перешёл на другую сторону улицы, хотел найти номер на доме, чтобы сориентироваться, но споткнулся об рельс и забыл о первоначальном намерении. Тогда я дождался трамвая в обратную сторону. На нём было написано «Московский вокзал», и я для верности спросил у кондукторши: «Доеду ли я до Московского вокзала?» – «Конечно, доедете!» – с неподдельной искренностью ответила она, принимая у меня 7 рублей. Я успокоился, сел и стал смотреть в окно. Вагоновожатая объявляла: «Трамвай следует через Заречье на Московский вокзал». Ну слава Богу, думал я… пока трамвай не остановился неожиданно посреди улицы и кондукторша не попросила всех выйти. Я вышел и увидел, что впереди нас стоит другой трамвай, тоже пустой, другого маршрута, и их сцепляют вместе. Все пассажиры куда-то делись, и я не особо знал куда идти. Впереди был мост, я не стал идти туда, пошёл назад. Там был перекрёсток с широкой улицей, на середине которого был установлен памятник – «катюша». Там я заметил подъезжающий троллейбус №8, на котором было указано «Московский вокзал». Я ведь спросил какую-то тётку, доеду ли я до Московского вокзала. Ответ был немного странный: «Да… в принципе, доедете… Правда, через кольцо… Садитесь, садитесь!»
Ну я и сел, остановки не объявлялись, а народу было много, и я стоял далеко от окна. А потом смотрю, что-то не то, совершенно не похоже на центр. Я разглядел указатель «ул. Калинина», и стал что-то подозревать… А потом пришла кондукторша и сказала, чтоб я выходил, конечная. Я был вообще где-то на другом конце города, сев не в ту сторону.
Я постоял, потупил, но потом быстро перешёл на другую сторону, потому что этот троллейбус встал на аварийку, а уже ехал следующий. На нём я и поехал. Я на самом деле очень нервничал, потому что оставалось меньше часа до последней электрички на Москву. Больше всего я боялся застрять в пробке. Я считал все остановки, тщательно сверяясь с картой, а остановки здесь буквально на каждом углу, через 200 – 300 метров. С прошлой поездки я помнил, что к Московскому вокзалу ведёт Красноармейский проспект, и мне казалось, что до этого перекрёстка мы ехали вечность. Но на самом деле приехал я всё же с запасом полчаса, электричка отходила в 19:30. Я купил билет, взглянул на небольшое электронное табло – на нём светалась только эта электричка, и был указан путь 49. Руководствуясь наитием, я прошёл к тупиковым путям, на одном из которых стояла электричка. Это и был 49 путь. Вход на высокую платформу был через конструкции с вывеской «Перронный контроль», но там никакого контроля не было. На электричке, ЭД2Т, было написано «Москва-Каланчёвская», да и войдя, я сразу ощутил знакомую московскую атмосферу, уж не знаю, в чём она проявлялась, вероятней всего, в богато одетых опрятных пассажирах. Сиденья в ЭД2Т мягкие, обитые серым дермантином, более-менее сносная мебель для трёх с половиной часов поездки.
Поехали. Мне нравятся «демихи», у них какой-то плавный, ненапряжный ход, при небольшой тряске и шуме они развивают хорошую скорость. Остановки я определял в основном по счёту: в темноте за окном разглядеть маленькие синие таблички было нереально, а машинист объявлял жуткой скороговоркой, да ещё и кнопку связи отпускал слишком рано: «…ая, осторождверзакрыва-следующая…» – и связь отрубалась до того, как он успевал произнести название следующей остановки, и сообщение становилось абсолютно неинформативным.
Я с удовольствием взглянул на знакомый вокзал в Серпухове, а потом попытался поспать, хотя было очень неудобно. Я вытерпел лишь до Подольска, а потом считал остановки и размышлял о том, что Курское направление описывает неимоверно длинную дугу по Москве. Я ехал до конца, до Каланчевки, и участок от Курского вокзала до Каланчёвки я ехал впервые. Однопутная ветка проходит в глубокой выемке между старыми кварталами, а потом выходит на длинную эстакаду у площади трёх вокзалов.

Было 23:05, я быстро дошёл до Ленинградского вокзала, взял, как обычно, билет до Ховрино. Электричка, ЭТ2М, отправлялась через 20 минут, ожидание отправления было утомительными, и, похоже, машинист тоже скучал, потому что он прокрутил, наверное, все сообщения «железной леди», начинающиеся словами «уважаемые пассажиры». Во время движения «железная леди» немного барахлила и периодически пропадала. Я доехал до Химок и успел на последний 3-й автобус в 00:15.

Итоги поездки: проехал второй сектор большого маршрута вокруг Москвы, прокатился на Д1, но не смог по-нормальному прогуляться по Туле.
Выяснилось дополнительно, что я попал на Д1 в Ожерелье чисто случайно, что обычно в 13:35 ходит РА-2.