Ура, я добралась сюда! Прошу меня простить за большое количество не вполне вразумительных комментов в последующих записях, но ваши фото представляют слишком большое искушение. Спасибо вам за них!

Теперь, с вашего позволения, по стиху. Общее впечатление от него - покой, расслабленность и умиротворение на фоне рыжего, как на вашей фотографии, солнца. Оно, впрочем, тут не ярко-рыжее, а "белесое", и отблеск у него "тусклый", что только усугубляет общую картину размытости, "акварельности". Таким образом, в первых строках - анонс, не раскрывающий всей сути.
2-е четверостишие начинает открывать карты: появляется "память", и такой неожиданно-философский образ как будто оживляет полусонную беседу за вечерним чаем. По моему мнению, оборот с "памятью" очень лиричен и глубок. Олицетворение (сначала - "иссушена-выжжена", что, кстати, само по себе оригинально, потом - "согреет сильней") получилось впечатляющим.
В 3-ем четверостишии философия продолжается; причем философия хитрая, законспирированная под описание настроения природы (вряд ли случайно!) - к сожалению, у меня самой крайне редко получается так изложить мысль, чаще получается катрен с двумя лирическими и двумя чисто философскими строками.
Последнее четверостишие достойно брата Уильяма, который вечно возлагал основной смысловой груз на конец стиха. Может быть, это только мои фантазии, но мне тут видятся размышления о бренности мира, любви и жизни в целом. И выбор "философского направления" мне кажется верным, совпадающим с фоновыми мотивами натурализма - впрочем, стоит ли удивляться авторскому замыслу, который уже очевидно удался? Еще могу сказать, что лирический герой-повествователь представляется одним из рисующих мелками.

Касаемо же того, что стихотворение оставляет после прочтения в памяти и в душе - то это уже упомянутое ощущение покоя, хотя и при обретенном знании о недолговечности красоты, дня и мира ("пока не появится в небе сереющем звездный пунктир" - но не долее того). Это ощущение, однако, не давит и не толкает дальше углубляться в становящуюся все более невеселой философию, а наоборот, дарит ощущение свободы. Я бы даже осмелилась назвать это ощущение сходным с выходом из колеса Сансары, суть вечного круга жизни и смерти....

Впрочем, все это весьма субъективно. Мы с вами уже говорили о том, за что несет ответственность автор и о том, что каждый читатель на основе предоставленного автором материала может напредставлять много такого, чего автору не снилось и не должно было сниться.

In the name of Merlin, простите за длинную рецензию и за ее возможные огрехи.