Нас всех менял офис. И если подумать, тот же А тогда был маленьким мальчиком с большим опытом. Но он пытался писать обо всем честно. Его тогда высмеивали. А сейчас он сам берется за ту работу, за которую платят. Будь то хвалебные речи какому-нибудь президенту. И вот зима мне позавчера напомнила ту, офисную. Ту стерву, которой я потом боялась. Те времена, которые усыпляют. И ты через пару лет, во время зимней сессии, точнее, закрыв ее, сидишь с одним амбициозным молодым человеком в кафе, говоришь с ним. И тут понимаешь, что просыпаешься. Вроде, жива. Вроде, еще дышишь. Вроде, больше нет того оцепенения двухлетней давности, которое было. Вроде, идешь вперед.
Что такого было в этом чертовом офисе для меня самой? Вот на это ведь сложно ответить. Можно только словами, что с появлением офиса я чуть не попала под поезд. Что там всегда курили и очень часто пили. Что там постоянно были люди, которые жили иногда круглые сутки. Которые уходили из дома, приносили одеяла и подушки. Там всегда кто-то был. Странно было, когда оставалась одна. Что за этот год мой домашний телефон столько раз летал в стенку, что даже не пересчитать. Что за этот год я вырубала мобильный столько, сколько никогда не думала, что буду. Что я мало ругалась с мамой, но зато часто ревела из-за отца. Да, то было годом офиса. Годом, когда я дала себе одно забавное задание, которое до сих пор выполняю. Отец мне тогда сказал, что раз я поехала в офис, только-только выздоровев, то должна и в лицей была сходить. Что такого? Теперь если я выбираю время для не учебы, но при этом плохо себя чувствую, то я обязательно иду и на учебу. А если я не иду на учебу, то не выбираюсь за пределы квартиры\доктора или что я там проделываю. Так что, кое в чем ты все-таки не прав. Моя безбашенность еще и обязана этому поручению. Если я хочу жить, то я иду на учебу и засовываю свою голову в петлю. Это дает мне право делать то, что я захочу. Нет, правда.
Единственный раз, когда я чуть не попала под поезд - когда Артист не хотел пускать нас в офис. И я полезла с фотоаппаратом на рельсы в районе Парка Победы.
Единственный раз, когда я долго была в каком-то недострое - прошлый год. 30 декабря, когда мы с братом полезли на телецентр. Самое долгое мое времямрепровождение. И было не страшно. Правда.
Еще в офисе была Алена. И это один из самых...странно-неприятных людей, сумевших меня подчинить. После этого было страшно довольно долгое время. ПРишлось восстанавливать саму себя. Возрождать. Еще был В. "Мое прошлое играет на гитаре. Врезать бы ему этой гитарой, но она не моя и не прошлого", - как было записано где-то в бумажном дневнике. В одном из. После 8-ого марта у меня в квартире, когда сидели на полу в еще нежилой квартире и играли на гитаре. И что-то меня дернуло, хотя, нет, кто-то...пригласить еще и В, с которым мы тогда перестали общаться. Он ставил мне ультиматумы, а я не слушала.
Еще вот эти вот философические разговоры в курилке в офисе. И то, как мы пылесосили в коридоре пол под бдительным надзором охранника. Эти фотографии полупьяных людей. То, как отключили интернет. С тех пор мы почти не общались с Ю, а сейчас снова начинаем, кажется. Карточные игры. Сплетни, после которых Ю отрекся от всего происходящего вокруг. МОжет, чтобы не сойти с ума? Офис, дорогой мой офис. Дым-дым, я ведь не вор. Отпусти меня. Я помню, но больше не хочу бояться и искать в каждой зиме твое отражение. Правда, я устала от этого. Устала считать похожие вкусы, похожие запахи и похожие квартиры. Не надо, отпусти меня, я и так буду помнить. У меня есть фотографии? И по ним я тоже восстановлю хронику событий.