эту статью я прочел в журнале у которого небыло не только обложки но и половины страниц...
но статья меня заставила задуматься... поэтому предлагаю её вашему вниманию...
Для того чтобы привлечь сталкера, не обязательно быть кинозвездой или крупным политиком. Жертвой такой охоты стал известный московский журналист, который согласился опубликовать эту историю лишь под псевдонимом.
Самое смешное, что я даже не помню точно дня, когда все это началось. В редакцию часто звонят читатели со странностями, а ассистенты порой не успевают сориентироваться и вместо того, чтобы вежливо, но твердо отшить такого собеседника, иногда переключают их на требуемого журналиста.
Так что я не помню нашего первого разговора, но второй я не забуду никогда.
- Это опять я, - сказала Выдра (так я стану называть ее очень скоро, но тогда этого еще не знал). - Я все-таки уверена в том, что вы приносите девушкам зло. Я еще раз прочитала вашу жестокую статью "30 причин, почему мужчины уходят от женщин" и теперь убеждена в том, что вы - нежелательный человек. Пока я не знаю, что с вами делать. Чтобы вынести окончательное решение, я должна с вами еще увидеться и поговорить.
Что за ерунда? Эта статья была веселой. Забавной. Глупой, может быть. Но только не жестокой. Обычная глянцевая статья в наиглянцевейшем из журналов. Тридцать "почему" были невинны, как слеза младенца, зачатого в пробирке. В двадцать девятом пункте, если не ошибаюсь, говорилось: "Потому что он ревнует к вашей кошке". А в двадцать восьмом - "Потому что вы грозились выкинуть его любимую старую футболку".
- Я должна с вами встретиться и послушать, что вы скажете в свою защиту, - продолжал талдычить голос в трубке. - Я не делаю выводов просто так. Я преклоню к вам слух, хотя вы этого и недостойны.
Что бы сказал на моем месте любой нормальный человек? Ну, вот и я сказал то же самое. После чего бросил трубку и предупредил Марину, чтобы на меня переводили только хорошо проверенные звонки.
Придя на следующий день на работу, я увидел сочувствующие лица коллег.
- Ну что, успел в аэропорт?
- В какой аэропорт?
- С доверенностью, нотариальной. Оказывается, с утра звонила взволнованная женщина и сообщила, что она - нотариус, который оформлял, на имя моей супруги разрешение на вывоз ребенка за границу. И что доверенность я забыл в кабинете, вылет уже сегодня, документы оформляли срочно по горящей путевке, а у нотариуса - только моя визитка с рабочим телефоном.
- И что? - спросил я.
- Мы дали домашний телефон и мобильник, - растерянно сказала Марина. - Ведь они же на самолет опаздывали...
Мобильный зазвонил уже через пять минут - Выдра жаждала общения.
- Вы не уйдете от ответа, - монотонно причитала она. - Вы напрасно думаете себе, что все позволено. Вы - гадкий человек с гадкой жизнью, я должна с вами встретиться.
- Не звоните сюда больше!
- Такие, как вы, меня оскорбить не могут. Вы меня сейчас боитесь, но не надо делать подлость, а потом отказываться встречаться. Я должна с вами поговорить.
"А какого черта? - вдруг подумал я. - Если ей так приспичило - я с ней поговорю. Что я, как нашкодивший школьник, буду бегать от какой-то рехнувшейся тетки?"
Мы договорились встретиться в кафе напротив редакции, и Выдра была, наверное, единственной женщиной в моей биографии, которая явилась на встречу абсолютно вовремя - минута в минуту. Ее темное пальто было так туго перетянуто поясом, что даже сквозь толстый вельвет сверху и снизу выпирали половинки живота. Лет около сорока, бесцветное, в широких порах лицо, брови, выщипанные до состояния полной невидимости. Из-под вздернутой верхней губы торчали два выдающихся вперед больших белых зуба. Как у выдры. Кажется. Я плохо разбираюсь в зоологии, но видел по телевизору точно такие же резцы у кого-то из водоплавающих мохнатых крыс.
В кафе мы сидели полтора часа, и разговор наш напоминал беседу двух душевнобольных.
- Здесь написано, - Выдра водила пальцем по затертому журналу. - "Женщины одаряют мужчин на все праздники исключительно носками. Причем с таким энтузиазмом, как будто у нас не по две ноги, а как минимум по восемь". Этим вы оскорбили меня как женщину.
- Как?! Что вас могло тут покоробить?!
- Вы принуждаете женщин платить за секс с мужчинами.
- Носками?
- Вы требуете подарков.
- Я ничего не требую. Послушайте, наш разговор не имеет никакого смысла.
- А на странице сто сорок шестой вы пишете: "У кого из нас не дрогнет
сердце при виде девушки, которая, растерянно нахмурив лоб, рассматривает сломавшийся сливной бачок?"
Вы сравниваете женщину с сосудом, пардон, для испражнений.
- Елена, вы хоть понимаете то,
что читаете? - Да, я понимаю. Вы говорите,
что старых жен нужно бросать, потому что они отслужили свое.
Вы разрушили жизнь сотен счастливых семей.
- И перерезал ровным счетом три дюжины христианских младенцев, не считая еще одного - мусульманского вероисповедания. Все, Елена, хватит. Вот деньги, их достаточно, чтобы заплатить за кофе, и, надеюсь, мы никогда больше не увидимся.
Дома меня встретила жена с заплаканным лицом. "Что случилось?" -"Мне весь день звонит какая-то сумасшедшая. Ругает меня матерными словами и говорит, что скоро мне придется носить черные трусы, черные шарфы и черные калоши..."
Следующей ночью к нам приехали скорая, милиция и газовая служба. С разрывом в один час. Спустя неделю в школу дочери позвонили и сообщили, что здание заминировано.
На мой мобильный стало приходить до двадцати эсэмэсок в час.
"Ту ho4esh menya? Ya - stoyu golaya na ulize pod tvoim oknom"
"U nas byl volshebnyj sex - ya skasala tvoyei zhene"
К няне, гулявшей с дочкой после школы, подошла незнакомая женщина с большими торчащими зубами, представилась ясновидящей и сказала, что видит над ребенком ауру смерти, но сделать уже ничего нельзя. Наша пожилая няня весь вечер пила корвалол; ребенка было решено пока не выпускать на улицу.
Жена засунула в сумочку газовый баллончик, несколько лет валявшийся в ее столе, и всячески успокаивала меня, рассказывая, как замечательно она может за себя постоять, если что. Глядя на ее тонкие руки, сжатые в крайне малоубедительные кулачки, я чувствовал, что готов свернуть Выдре шею.
Жизнь превратилась в кошмар, наша семья - в неврастеников, а дом - в осажденную крепость: мы врезали новый внушительнейший замок, вмонтировали в дверь глазок и повесили крепкую цепочку.
Выдра продолжала звонить. На работе она притворялась то диспетчером курьерской службы, отправляющей посылки, то рекламодателем из крупной компании, то тренером известной олимпийской чемпионки по художественной гимнастике - в изобретательности ей трудно было отказать. Бред ее перешел в новую фазу - теперь она была уверена, что я уже не просто "гадкий журналист", но и ее бывший муж, подло бросивший бедную женщину.
- Если бы у нас были дети, они 6ы голодали, - говорила она. - Я вчера в полночь ходила смотреть на ТВОЕ окна - в одном горел ночник. Это та с новой женой любовью занимался В какой позе? Она у тебя тощая и совсем некрасивая.
Домашний же автоответчик Выдра забивала многоэтажным матом в самых невероятных конструкциях...
Вызванный участковый выпил четыре кружки кофе, отводил глаза в сторону, ковырял пол носком ботинка и жаловался на то, что ему обещали комнату, а он уже второй год с семьей живи в общаге. Почти сразу после его ухода к нам приехала аварийная газовая служба, спустя час - служба химчистки и врач из детской поликлиники, а наутро уборщица из ЖЭКа попросила нас забрать свой пакет с ручки квартирной двери. В полиэтиленовом пакете было несвежее дамское белье и завернутый в него голый пупс, густо измазанный красной краской.
Казалось, для Выдры не существует ни замков, ни охраны, ни домофонов. Ее номер никогда не определялся - в конце концов мы просто перестали отвечать на любые звонки, если на экране не высвечивался номер звонившего - так я не узнал про смерть моею самарского дяди Кости, у которого часто гостил в детстве.
Чаша моего терпения переполнилась в тот день, когда Выдра подкараулила мою жену во дворе и, ухватив ее за рукав, предложила подумать, кого бы ей хотелось хоронить первой - мужа или дочку.
Я обратился за помощью в детективное агентство, находившееся под крылышком весьма властных структур.
- Официально мы ничего не можем делать. Почти ничего, - сказал мне спустя неделю агент. - Все, что она вытворяет, еле-еле тянет на хулиганку, но тут она практически неуязвима.
Оказалось, что Выдра - мать-одиночка, воспитывающая 13-летнего сына-инвалида детства. И, пока она не нанесла кому-нибудь из нас серьезного имущественного или физического ущерба, воспрепятствовать ей никак нельзя:
ложные вызовы специальных служб еще могли бы что-то дать, но...
- ...но это все нужно доказывать. Что почти нереально.
- И что мне делать? Менять адрес, работу, имя? Заводить бультерьеров?
- Все это не помешало бы. Особенно ближе к весне - по весне они обычно активизируются.
-Кто"они"?
-Вот такие психи.
- А что, их вообще много?
- Больше чем достаточно. Вам еще повезло, что вы не кинозвезда какая-нибудь - к тем такого добра цепляется сотнями. Хотите неофициально - мы можем попробовать вашу дамочку припугнуть, но это вряд ли поможет - такие обычно не боязливые. Сталкинг - вообще занятие не для слабонервных.
Так я впервые услышал этот термин в таком значении. Термин сталкинг берет свое начало от английского глагола to stalk - выслеживать; сталкинг -искусство выслеживания. Я слышал про сталкеров-религиозных воинов, сталкеров - искателей сокровищ, сталкеров - в бизнесе. Но то, что придурковатая Выдра с ее зубами и потертым вельветом - тоже великий сталкер...
Оказывается, наш мир густо населен сталкерами: людьми, чьей целью в жизни становится охота на двуногую дичь. Не жалея сил, времени и изобретательности, сталкеры выслеживают свою добычу, стремясь узнать как можно больше о ее жизни, приблизиться к ней на минимальную дистанцию и жадно пить ее растерянность, ее страх и ее внимание. Они эксцентричны, непредсказуемы и чудовищно упрямы. Сталкеры-любители составляют ядро многих фан-клубов звезд - это те полоумные, которые ночуют в палатках под окнами своего идола и расписывают стены его дома, но истинные, уважающие себя сталкеры поступают, как Выдра - они выбирают далеко не столь заметную и, стало быть, совершенно не подготовленную к таким поворотам сюжета мишень. Ведь обычные люди - в отличие от звезд кино или политики - не ездят в лимузинах с бронированными стеклами, а их дети не гуляют под присмотром вооруженных телохранителей. Стало быть, возможностей у сталкера тут куда больше...
Выдра исчезла из моей жизни примерно через полгода. Возможно, ей стало скучно, и она сейчас высматривает себе другую цель. А может, просто затаилась и ждет следующего раунда. Я не знаю. Но до сих пор каждый телефонный звонок в первую секунду вызывает у меня очень неприятное чувство. Чем-то похожее на панику.