Обсуждали в нескольких группах тему миссионеров. И вдруг возникло у меня подозрение, что люди по-разному смотрят на само явление, которое можно в рабочем варианте назвать как "расхождение во взглядах".

Здесь и обычные бытовые неурядицы, и идеологические споры, и противостояние на уровне "друзья-враги".

К примеру, ходят две смирные, одуванчикоподобные старушки по району, где живут исключительно евреи-ортодоксы, и разносят свои книжечки, ни на кого особенно не задираясь. Кто-то перед ними просто закрывает двери, кто-то грозит спустить с лестницы. А они тихо улыбаются и ползут себе дальше.

Скажите, пожалуйста: они злодеи?

Представьте себе, большинство участников обсуждения так и считают – злодеи, да еще какие!

И с этим я готов согласиться. Но!

Здесь возникает генеральный вопрос, вернее, целый ряд вопросов: (1) кто такие злодеи? (2) почему они злодеи? (3) мы не злодеи?

На третий вопрос все дают самый простой ответ: мы не злодеи. Хотя, может, кто-то и считает нас таковыми, но это его личное дело, поскольку, скорее всего, он и есть злодей (вариант: антисемит проклятый).

Со вторым вопросом чуть сложнее. Почему люди становятся злодеями? Да потому что плохие! (Это самый распространенный вариант. Называется тавтологией. А потому к серьезному рассмотрению не принимается.)

Есть похожий ответ: потому что глупые. Посмотрите на то, как ведутся беседы в соцсетях. Ни разу не видали, как люди называют друг друга кличками, указывающими именно на умственные недостатки оппонентов? – Так что это непродуктивно.

Или еще отвечают: злодеи – потому что уступили своему плохому началу (йецер-ра). (Здесь я обычно спрашиваю: а мы никогда не уступаем? На что незамедлительно слышу в ответ: уступаем, но иногда, а они постоянно, поэтому мы нормальные люди, а они преступники.)

Или еще такое говорят: злодеи специально делают – чтобы досадить нам, чтобы спровоцировать ненависть (своего рода эмоциональные вампиры, но возможны модификации образа) или чтобы получить удовольствие (своего рода садисты) и пр.

Это со вторым вопросом. Пока отметим, что мы всегда хорошие.

Но самое сложное именно в определении зла, плохих людей, преступников, ненависти и прочих атрибутов нашего черно-белого мира.

Если вернуться к тем же миссионеркам-одуванчикам, то возникает образ явно негативный в глазах правоверного еврейства: смотрите, какие негодяйки, ловят заблудшие еврейские души, надо дать им отпор.

Ну, так это же самое тривиальное решение (и я не против)– дать отпор. Тонкость тут в другом: как вообще оценить явление?

Например, я спорю с другим человеком. Он отстаивает свое мнение. Почему-то не соглашается с моими на удивление убедительными аргументами. Защищает свои очень странные и шаткие доводы, которые скорее эмоциональны, чем разумны и объективны.

И что мне с ним теперь делать?

Я, например, на вопрос "что делать", предлагаю оставить его в покое. Прекратить спор. Остановиться на стадии первичного обмена мнения – без продолжений и усугублений. Не стараться переубедить. Ибо, как правило, незачем. Ведь он принял свое мнение не сегодня, не под моим влиянием, в силу каких-то причин. Скорее всего, я отменить те причины не могу. Поэтому не надо и стараться. Тем более что можно нажить себе врага, испортить собственное настроение – и еще великая куча резонов, в силу которых надо дискуссию остановить.

Серьезно подозреваю, что идеологических злодеев нет. Вообще нет! А есть люди, которые верят в свою идею настолько, что решили "просветить" остальных людей. В частном споре "остальные люди" это я. В религиозном (у наших двух миссионерок пенсионного возраста) – "остальные непросветленные люди" это евреи, которых надо обратить в соответствующее лоно. В случае больших цивилизационных конфликтов "остальные люди" – это те, кто ходит не под нашим флагом (для арабов – евреи, для евреев – арабы и т.д.).

Ну и как с этим бороться?

А очень просто. Поскольку старушки однажды настолько "озарились светом", что хотят озарить и других – стоит подумать: а в чем мы озарены, а в чем мы хотим озарить других? У нас этой болезни нет? Совсем-совсем?

И вот здесь начинается Тора. Этот мир сделан не для того, чтобы я боролся с другими людьми. Я сам и есть та арена, где должна проходить главная борьба между мной и моими врагами. Кто мои враги? Только один враг, хотя у него масса имен: мое плохое начало, моя вера в собственную правоту, моя лень и самолюбование.

Неслучайно, все здание иудаизма выстроено так, что в его основании (не гносеологическом, а чисто бытовом, практическом) лежит наша способность критиковать. Талмуд – это коллекция противостояний и выяснения истины, критики и попыток все подвергнуть сомнению. – Вот и будем критиковать самих себя.

Длинный пост? Чтобы его не увеличивать ("многа букфоф", "ниасилил" и пр.), закончу хотя бы со старушками. Ходить по чужому кварталу считается недопустимым. Но это всего лишь правило этики.

В чужую синагогу не лезут со своим "шульхан-арухом". А поэтому:

Не пойду к христианам рекрутировать из них евреев-прозелитов, но и им не отдам своих детей.

Не буду соблазнять юношей из семей-хилоним Торой (если они сами ко мне не придут), но и свою молодежь предупрежу о пустоте атеистического существования.

Не ввяжусь в спор о разнице в подходах к служению Всевышнему между "досами" и "мизрахистами", но, если кто спросит, спокойно объясню свою позицию.

Не стану ходить по чужим блогам, ввязываясь в дискуссии, чтобы переубедить и "просветить", но пришедшим ко мне отвечу на все, о чем спросят. И банить буду только тех, кто пришел ко мне со мной бороться. Банить – да, но злодеем считать все равно не стану.

Это я не к тому, что я такой хороший, а к тому, что я хочу таким быть.))

**

Да! Забыл дать свое определение злодея. Злодей – не тот, кого вдохновила какая-то идея. А тот, кто с этой идеей пришел ко мне, чтобы на силу меня в ней убедить. (Это такое рабочее определение.)

[Есть еще вопрос, надо ли идти на чужую территорию, если там зреет заговор против меня. Но эта проблема вываливается из темы. Я считаю, что надо. Главное, не ошибиться: заговор ли? против меня ли?]