С детства я был знаком с одним праведным евреем. Мне он казался – да так оно и было на самом деле – очень умным человеком. Но иногда я замечал за ним странное поведение. К нему обращались с вопросом – и я видел, что он не мог не знать на него ответ. Но почему-то отвечал не сразу, а делал короткую паузу – и только после этого давал, допустим, совет. Я не понимал в чем дело – зачем ему лезть за словом в карман? И лишь с годами догадался, в чем дело. Он не хотел обидеть человека. Иногда ответ может задеть спрашивающего. И вот мой еврей, уже зная ответ, примерял: а не станет ли он обидой человеку? И если видел, что не станет – только тогда отвечал.

Что нам важнее: сказать правду или не обидеть человека?

Греки сочинили поговорку: "Платон мне друг, но истина дороже". И многие в современном европейском мире ее придерживаются, считая своей святой обязанностью "лепить" правду-матку направо и налево, бросая ее в лицо любому оппоненту, не задумываясь о моральном ущербе[1].

Такие правдолюбцы говорят: "Лицемерить не умею", "Истина мне дороже всего на свете", "Да, такой я человек – прямой и честный", "Если ты ошибся – пеняй на себя – а я тебе должен заявить откровенно", "Скажу тебе один вещь, тока ты ни абижайся, ладна?"

Нет, не еврейское это поведение. Ибо если человек обижен чьими-то словами, то правдой эти слова быть не могут. Такова единственная истина Всевышнего: никого не обижай – даже за счет умолчания правды! (Об исключениях – ниже.)

В принципе, мы знакомы с этим правилом – в разделе "чистого языка". Что такое лашон-ара, плохой язык, который категорически запрещен? Ведь это же чистая правда![2] Так вот, такую правду Тора запретила.

И так с любой, извините, правдой, которая обижает людей. В то время как, по Торе, эмес, истина – это то, чего хочет от нас Творец. А Он не хочет, чтобы мы наносили друг другу обид. Правило очень простое, оно практически тотально, и с ним все знакомы: "Не делай другому того, что тебе самому противно"[3].

Но иногда нет-нет да ходят по еврейскому иннету люди, подчас специалисты в Торе, которые резковаты в диалогах, могут по ходу спора и нагрубить, а то и нахамить. Один, явно знающий товарищ, пишет другому: "А подумать трудно? Помолчал бы лучше". Мол, больше с такой глупостью мне на глаза не попадайся. Второй объясняет законы и тонкости Торы, перемежая речь приемами, которым место если не на Привозе, то уж точно на Новом рынке.

И в голову людям не придет – что это абсолютно несовместимо: резкое отталкивающее поведение – и слова Торы.

Нет, они, дескать, борцы за Тору!

** **

Короче, перебрав все ограничения Хафец-Хаима на речь в разряде лашон-ара, пришел я к короткому списку наипростейших правил, необходимых, по-моему, в русскоязычном еврейском иннете. Т.е., их надо бы придерживаться в общении с любым человеком, но это уже высокий уровень, к нему даже не призываю. Поэтому ограничимся нашим узко-еврейским кругом, согласны?

Итак, правила касаются той сферы, которая меж людьми зовется критикой (замечанием, окриком, наставлением, предъявлением обиды и пр.)

По Торе – почти любая критика запрещена. Она допустима только в следующих случаях:

1) Когда критик является экспертом в данной области.

Вывод: поэтому можно восторгаться чужим текстом или комментарием даже необоснованно, но нельзя ужасаться и возмущаться даже обоснованно – если ты в данном вопросе не безусловный раввин.

2) Когда критика содержит конструктивное предложение.

Выводы: нельзя сказать "фи", не указав, что именно надо исправить. Когда что-то сильно не нравится – молча отходим в сторону (если можно отойти, никого не обидев).

3) Когда заранее известно, что автор критикуемого нами материала исправит положение, а не останется равнодушным к критике.

Вывод: если в этом пункте есть сомнение – то тсс, ничего никому не говорим. Общее правило звучит так: там, где тебя услышат, нельзя молчать; там, где тебя не услышат – нельзя говорить.

4) Когда критик на самом деле хочет помочь автору критикуемой работы, а не движим другими целями, например, желанием показать свою крутость, получить выгоду (называется "сорвать аплодисменты") и пр.

Вывод: критикуем только тогда, когда доброжелательны[4].

5) Когда никто не будет обижен – ни автор работы (поста или коммента), ни другие посетители блога или картинной галереи.

Вывод: если есть малейший намек на обиду – например, критик знает за собой, что иногда говорит резко, – то критика строжайшим образом запрещена. Аналогично, запрещены споры на уровне ссор.

6) Когда дело касается заповеди Торы – и есть риск, что кто-то неправильно поймет закон.

** **

Если не выполняется хотя бы один из первых пяти пунктов – критика запрещена.

Но если возник шестой случай, то при некоторых нарушениях первых пяти – критика не только допустима, но иногда и нужна. Хотя и в таком случае – мягче, пжлст, мягче.

** **

С шестым пунктом много проблем. Дело в том, что он – отличная "отмазка" для йецер-ара, который тут же начинает зудеть в левое ухо: "дай-дай ему духа, видишь, какую ахинею он написал, ведь сюда заходят другие евреи, они, неровен час, наберутся у него плохого – субботние свечи зажигать вверх ногами, свинину есть вилкой, маме грубить и пр.".

Повторяю, проблема есть. И вправду, могут научиться. Тогда взвешиваем возможности: можно ли пройти мимо? Иногда на самом деле можно пройти – когда ахинея под видом Торы была высказана внутри частного владения, в личном блоге. Ведь не лезем же мы в квартиру к соседям со своим мнением – как воспитывать детей, какую телепрограмму смотреть, как в домашних условиях устраивать хупу с женой-нееврейкой под марлевой накидкой![5]

Или надо придумать обходной маневр: как тактично намекнуть человеку, что он не совсем прав? Понятно, что недопустимо писать: "такой-рассякой, а мозги у тебя есть?" Однако существует личная связь через "сообщение". Или укажем на ошибку прямо тут, посреди обсуждения, но отстраненно, так, чтобы объект нашей критики видел, что его не смешивают с землей, что к нему относятся с уважением.

А если мы кого-то не уважаем – то срочно идем своим лесом, ни на миг не замедляя шага.

** **

Есть у меня еще несколько правил – как, в согласии с еврейским мусаром, следует вообще реагировать на этот мир. Строго говоря, имеются всего три градации наших атак на окружающих: критика, просьба и отпор (защита). Ну да не буду перетруждать почтенную публику. А то последних друзей растеряю (ндБ).

** **

Да! Забыл дать еврейское правило, которое находится в оппозиции к классическому: "Платон мне друг, но истина дороже".

У евреев: "Правда мне важна, но Платон много важнее". Даже если Платон мне не друг.

Ибо человек – не тот, кто смело говорит правду, невзирая на личности, а тот, кто любит других людей. Другого критерия у нас, извините, нет.

 

[1] Меня даже из комсомола однажды выгоняли с формулировкой "За излишнюю прямолинейность". Теперь, если встать на еврейскую позицию, вижу, что бюро комсомола на Факультете аэромеха МФТИ (если не вдаваться в подробности "дела") было таки право.

[2] А если была сказана ложь, то идет запрет совсем по другому разряду. Это уже запрет на ложь, а не на лашон-ара.

[3] "Борцы за правду" говорят: да, мне было бы неприятно, если бы со мной говорили так, как я только что поговорил с этим отморозком. Но я ведь не отморозок! А он вполне заслуживает, ему и не такое надо бы отвесить… - Бред, конечно! Тора сказала определенно: того, что не нравится тебе, высококультурному интеллектуалу, не делай даже отморозку.

[4] Это, может быть, центральное правило всей программы. Мне разрешено сделать замечание (прочесть урок, одернуть и т.д.) только в адрес того, кого я в данный момент люблю. (Или, добавлю от себя, – тому, кто меня об этом замечании сам попросил, считая меня учителем, специалистом, экспертом.) Источник – в Ваикра 19:18.

[5] Идти в чужой город и бичевать его жителей-грешников горящим, как пламя, глаголом – это прерогатива пророков. У них прямое указание с неба. Но кто из нас скажет про себя, что он пророк? – С другой стороны, если люди заходят в блог к тому, кто "вешает лапшу им на уши", то разве они не сами виноваты? Одним словом, это очень тонкий момент: когда мы можем обличать неуча у него на квартире, в блоге, а когда не можем? Я бы и в общем форуме, в сообществе или просто на городской площади – не советовал заниматься обличениями. Хотя бы потому, что Тора запрещает участие в ссорах.