Ангел проснулся, открыл красивые глаза, вновь прикрыл их, защищая от яркого солнца. Яркие лучи пробивались сквозь единственное маленькое окошко. А как по-другому? Ведь на чердаке только такие окна.
Ангел перевернулся с бока на живот, прячась от солнца. Его густые длинные ресницы вздрагивали, попадая под яркие лучики. Знаете ли, совсем не удобно спать на дощатом полу, среди мешков, старых, поломанных игрушек, одежды, мебели. Ангел перевернулся на другой бок. Конечно, ему было бы удобнее спать на спине, но ангелы не могут так спать, ведь у них крылья – такие большие, красивые. Это гордость любого ангела.
Именно любого, ведь ангелов много, они повсюду.
Ангел привстал и осмотрелся. Этот чердак ничем не отличался от других, такой же заброшенный, грязный, с затхлым запахом лука, и ещё чего-то. Он провёл пальцем по балке, посмотрел на него – пыль, грязь. Как же устал от этого. Где бы ангел не заснул, он всё время просыпался на чердаке. Всё время. Только чердаки каждый раз были разными.
Ангел знал, что это не правильно, что всё сбилось. Он был растерян. Чего же хотят от него? Что нужно делать? Почему всё идет не так как нужно?
Все светлые ангелы просыпаются на небе, на облаках, а тёмные – на тучах, ангелы-хранители просыпаются возле своих подопечных, лишь он один просыпался – на чердаке. У светлых ангелов всегда на душе солнечно, у темных – буря и ненастье, у ангелов-хранителей – радуга, лишь у него было пасмурно и дождливо, и солнце, светящее, сквозь маленькое окошко было для него словно насмешкой.
«Может я вовсе и не ангел?» - думал он, сидя на голом полу, поджав ноги и опустив голову на свои колени. Он протянул руку за спину. Крылья были на месте. «Или, может, я неправильный ангел?» Это ему показалось более правдоподобным, но ничуть легче не стало.
Он хотел быть правильным ангелом. Просыпаться на облаках и делать свою ангельскую работу изо дня в день.
А ещё в нем росло какое-то непонятное ему чувство, которое обострялось во времена когда шел дождь, или когда он сидел высоко в горах и смотрел на мир. Он не знал, как называется это чувство, и поэтому оно для него было страшным. Ведь всегда то, чего не знаешь, кажется ужасным. Порой это чувство было таким сильным, что ангел не выдерживал, и бросался прямо с горы вниз, мечтая разбиться.
Но, когда он долетал почти до самой земли, как всегда появлялась спасительная мысль «А может быть завтра… завтра пройдёт это чувство». И ангел, расправив свои шикарные крылья, взлетал ввысь.
Не знал он, что это чувство называется одиночеством.
А ещё он хотел любить, и чтобы любили его. Чтобы его замечали и говорили о том, какой он хороший. Хоть иногда, пусть совсем редко, но, чтобы говорили. Чтобы кто-то гладил его нежные волосы, пока он спит, чтобы кто-то шептал ему на ухо слова, от которых у него на душе становилось бы спокойнее и теплей (да, конечно, у ангелов есть душа, что бы там не говорили, она очень тонкая и ранимая).
Только он знал, что эта его мечта не осуществится, и поэтому грустил. Тосковал. Плакал.
Вы когда-нибудь видели глаза ангела? Они всегда ясные, потому что в них постоянно присутствует кусочек чистого, безоблачного неба. Ангелы никогда не плачут.
«А я плачу, значит, я неправильный ангел»- подумал он снова и вытер со щеки маленькую хрустальную слезинку.
