В этот день – 26 августа 1958 года – в доме престарелых неподалеку от Ниццы скончался поэт Георгий Иванов.
«До самой последней минуты он был не только в сознании умирания, но и в сознании поэта, – вспоминал Кирилл Померанцев. – И если принять за чистую монету строки Одоевцевой, написанные вскоре после смерти мужа, то, умирая, он в бреду произносил имя Пушкина. Возможно, это только прекрасная выдумка, но в нее хочется верить»


Это звон бубенцов издалёка,
Это тройки широкий разбег,
Это черная музыка Блока
На сияющий падает снег.
...За пределами жизни и мира,
В пропастях ледяного эфира
Все равно не расстанусь с тобой!
И Россия, как белая лира,
Над засыпанной снегом судьбой.
Георгий Иванов 1894-1958

Меняется прическа и костюм,
Но остается тем же наше тело,
Надежды, страсти, беспокойный ум,
Чья б воля изменить их ни хотела.

Слепой Гомер и нынешний поэт,
Безвестный, обездоленный изгнаньем,
Хранят один — неугасимый! — свет,
Владеют тем же драгоценным знаньем.

И черни, требующей новизны,
Он говорит: «Нет новизны. Есть мера,
А вы мне отвратительно-смешны,
Как варвар, критикующий Гомера».


История. Время. Пространство.
Людские слова и дела.
Полвека войны. Христианства
Двухтысячелетняя мгла.

Пора бы и угомониться...
Но думает каждый: постой,
А, может быть, мне и приснится
Бессмертия сон золотой!