Москвич и московский домик. Стали чужими в своём городе. И нет им места.

А, может быть, стали ещё более родными среди всего этого чужого? Не знаю. Но постоянно, вместе со всем своим многострадальным народом, цепляюсь за прошлое. Потому что в настоящем нам места нет. И будущего - тоже нет.