После свержения Каддафи в Ливии сложилась система гражданско-правовых отношений, отчасти напоминающая американский Дикий Запад времен его покорения. Население почти поголовно вооружено, «шерифы» прячутся по углам, судебная система фактически отсутствует.

Если нет возможности добраться до виновника, то месть направлена на его семью, роль которой в данном случае невольно исполнили российские дипломаты. С одной стороны, такая практика далека от современных понятий об уголовном праве. С другой, в глазах многих ливийцев она имеет право на жизнь, поскольку восстанавливает справедливость (в их понимании), а также является весьма эффективной мерой сдерживания.

Помимо четырех крупных центров силы в стране действуют сотни вооруженных объединений поменьше. Как нетрудно догадаться, все эти медведи и медвежата не всегда хорошо уживаются в одной берлоге. Даже если она такая большая, как Ливия. Эта ситуация служит предохранителем от возрождения в стране авторитаризма, однако чревата серьезными осложнениями в будущем. Дело в том, что если общественно-правовое поле Ливии вызывает ассоциации с Диким Западом, то нынешняя политическая структура наводит на мысли о средневековой феодальной раздробленности.

В связи с наличием в Ливии нескольких центров силы сейчас нельзя говорить о том, что столица контролирует регионы. Скорее наоборот: все основные регионы страны держат в Триполи по воинскому гарнизону, используемому для лоббирования своих интересов на национальном уровне. Столица служит источником нефтяных денег, которые, несмотря ни на что, в изобилии поступают в ливийскую казну. Силовое прикрытие интересов того или иного региона при дележе этих средств — главная задача расквартированных в Триполи «провинциальных» контингентов.

Фактически Ливия сейчас представляет собой конгломерат из нескольких квазигосударств, связанных воедино необходимостью качать и продавать нефть. Центральное правительство худо-бедно управляет лишь Триполи и окрестностями. Пустынная и всеми забытая юго-западная область Феццан, населенная в основном кочевниками, объявила о своей автономии в конце сентября 2013 года. К северу от нее лежит регион Западные Горы с центром в Зинтане. Это своего рода военная республика, мало что производящая, но обладающая значительной армией. К востоку от Триполи начинаются земли Мисураты — стремительно богатеющего города-государства, закрытого для прочих ливийцев.

К югу и востоку от этого порта лежат Бани-Валид и Сирт — города, разоренные за поддержку Каддафи во время гражданской войны. Там жизнь до сих пор толком не налажена: своей армии у их жителей нет, и к тому же выходцев из этих мест недолюбливают прочие ливийцы. На побережье к востоку от Сирта стоят несколько нефтеналивных портов, находящихся под контролем уже упоминавшейся «Гвардии защиты нефтяных объектов». Личный состав этой мини-армии со штабом в Адждабии насчитывает более 17 тысяч человек, а возглавляет ее молодой и очень активный командир Ибрагим аль-Джатран, не скрывающий амбиций встать во главе всей восточной Ливии. В Бенгази же (также формально объявившем автономию) без особого успеха сейчас правит Совет Киренаики, которым недовольны даже местные жители.

Каждый из этих регионов обладает собственной спецификой. Уровень жизни, безопасность на улицах, развитие инфраструктуры везде разные. Но из общего ряда особенно сильно выделяется Мисурата. Жители этого города фактически перешли на полное самоуправление, перестав исполнять какие-либо инструкции от центрального правительства. Вокруг города появилась граница, он был окружен цепью блок-постов, пропускающих внутрь только тех людей, за кого может поручиться житель Мисураты. Политическая структура города стала походить на Венецианскую республику времен ее расцвета: власть принадлежит совету, в который входят влиятельные бизнесмены, избранные горожанами из своего числа.

Они изыскали средства, чтобы вывести из города все вооруженные группировки и даже отправить в Триполи собственную армию. Благодаря этим мерам Мисурата стала чуть ли не единственным городом Ливии, по которому сейчас можно без опаски прогуливаться ночью.

Разрушенные во время войны дома и объекты инфраструктуры полностью отремонтированы, круглосуточно работает крупнейший в стране морской порт. Местный совет практически полностью ликвидировал бюрократию, сделав ведение бизнеса в городе максимально простым. В сочетании с минимальными налогами это привело к быстрому экономическому росту, не связанному напрямую с нефтяными доходами. По некоторым оценкам, только сфера услуг в Мисурате растет на 20 процентов в год, а местный порт уже вышел на довоенный уровень и принимает более половины всех поступающих в Ливию грузов. Национальной идеей города-государства стало обогащение его граждан.

http://lenta.ru/articles/2013/10/07/liberty/