АНАРХИЗМ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
Наиболее близкая нашему движению черта глобализации – ее враждебность главному воплощению власти – государству. Если раньше капитализм дополнялся этатизмом (корпорации и государство были организационно тождественны - пирамидальны), государство скрепляло и двигало индустриальную экономику, то в постиндустриальную эпоху капитализм начал серьезно тяготиться государством. Последнее из-за своей принципиально вертикальной структуры власти-подчинения уже не может воспринимать сетевые принципы новой экономики. А многочисленная бюрократия по старинке хочет кормиться с паразитирующих на бизнесе институтов государства.

Между тем, новая глобальная экономика возможна лишь как набор планетарных составляющих: глобальных рынков финансов, рабочей силы и технологий, глобальной торговли и коммуникаций. То есть все основные компоненты новой экономики выступают против одного из основных институтов государства – границ. Этатизм тормозит технический прогресс. И глобализация ломает это сопротивление. Как отмечает завотделом ИМЭМО РАН Н. Косолапов, глобализация «активно проникает во внутригосударственную сферу и там превращается в один из важнейших, в большинстве случаев главный, определяющий фактор внутренней жизни, мощь которого все чаще и сильнее превышает возможности данного государства» (www.russianglobalclub.com).

Международные документы мягко называют этот процесс, - ограничением суверенитета национальных государств. Но в чем оно выражается конкретно? Особенно важна для нас подсудность национальных властей международным судебным органам. От Международного уголовного суда, Европейского суда по правам человека до третейских судебных комиссий ВТО и Экономического суда СНГ и т.д. Подобные глобальные организации призваны отслеживать выполнение гражданских свобод в любом государстве: от свободы слова и вероисповедания до экономических и политических прав. Такого ограничения национальных бюрократий на монопольное распоряжение судьбами подвластного населения не добивалось ни одно анархическое движение.

Уже сейчас, в самом начале глобализации, государство из монопольного владельца все больше превращается в передаточное звено, посредника между глобальными институтами и приобретающими большую самостоятельность естественными регионами внутри него. Яркий пример – Европа регионов. Это дополняется и макрорегионализмом – созданием глобальных экономических блоков, - того же ЕС, АСЕАН, НАФТА, в перспективе - ЕЭП, в составе которых государства – их участники так же теряют часть своих суверенных прав. Государства, члены этих блоков или глобальных институтов типа ВТО лишаются права самостоятельного установления налогов, торговых и таможенных тарифов. Грубо говоря, глобализация уничтожает «доильную» систему бюрократии и та отмирает.

Глобальная экономика – это клуб, за доступ к благам которого суверенным государствам все больше приходится расплачиваться ограничением своей власти. Правда, на стратегических направлениях эти ограничения идут в пользу застрельщиков глобализации, государств-основателей клуба (в первую очередь «большой восьмерки»). Но этот позднеколониальный перегиб – не причина, чтобы не замечать за глобализацией огромного антигосударственного потенциала, который анархисты просто обязаны использовать в целях своего движения и построения свободного общества. Другой вопрос: как использовать, как участвовать?

ПОТЕНЦИЯ АНАРХИЗАЦИИ
Как известно, именно развитие информационных технологий дало толчок глобализации. Преамбула главного документа постиндустриальной эпохи, - Окинавской Хартии глобального информационного общества утверждает, что «Информационно-коммуникационные технологии (ИТ) являются одним из наиболее важных факторов, влияющих на формирование общества двадцать первого века. Их революционное воздействие касается образа жизни людей, их образования и работы, а также взаимодействия правительства и гражданского общества». На своей периферии цивилизации мы можем этого не чувствовать, даже не верить в это. Но проигрываем от этого лишь сами.

Согласно ИТ-глоссарию, наступающее Сетевое общество (Network society) – это социум, «в котором значительная часть информационных взаимодействий производится с помощью электронных сетей» (www.iis.ru), то есть Интернета. Кроме того, это форма социальной организации наступающей информационной эры. И происходящая ныне трансформация социальных структур, уход в тень одних (массовых армий, бюрократических иерархий, крупных конвейеров) и выдвижение других можно охарактеризовать, как созревание человека к идеям анархо-индивидуализма, а социума (всемирного) – к анархо-капитализму.

Индустриальная эпоха породила неимущего и отлученного от средств производства пролетария с его классовой ненавистью, бескомпромиссностью и тоталитаризмом его социальной системы. Информационная эпоха порождает диаметрально другого человека, - индивидуала, единоличника, которого не только невозможно отделить от его главного средства производства – мозга, но и который трудноуловим для архаичных структур власти индустриальной эпохи. В новой экономической системе особое место занимает «самопрогрессирующий тип труда», подразумевающий постоянный творческий поиск, выдвижение новых целей, самоподготовку к их реализации.

Передовые структуры ИТ-экономики – это сетевые корпорации, – децентрализованные предприятия, состоящие из территориально разбросанных по всему миру и связанных лишь единой целью (бизнес-проектом, технологией) маленьких фирм или индивидов. Иерархия только технологическая, ни один сетевой субъект не приказывает другому. На основе бизнес-плана каждый выполняет свой участок проекта. И корпорации эти, согласно теории сетевого общества М. Кастельса, живут ровно столько, сколько существует их проект (http://rc.msses.ru).
По окончании проекта подобная сетевая корпорация может рассыпаться, поделив прибыль, сразу начать другой проект тем же составом или изменить состав участников. Как здесь не вспомнить классическое определение Кропоткиным анархических организаций, как «союзов, постоянно видоизменяющихся, носящих в самих себе элементы своей продолжительности и принимающих в каждый данный момент те формы, которые лучше всего соответствуют разнообразным стремлениям всех»?

Кроме того, как замечает В. Преображенский (семинар «Этика капитализма») «Фундаментальная ценность сетевой организации в том, что она создает материальную основу для нового типа культуры… добавляет одну исключительно важную вещь — этический императив важности ежедневного саморазрушения. Иными словами, если каждый день, приходя на работу, ты не думаешь, что я должен в себе и своей работе изменить, чтобы быть более эффективным, то это значит, что ты затормаживаешься» (www.e-xecutive.ru). Идет постоянный критический анализ, обновление, развитие. В таких вечно текучих условиях и самокритике в принципе не может быть места институциализации власти. Нет ничего омертвелого. Все живо и функционально.

ВЫЗОВ РОБОТИЗАЦИИ
Примечательно и то, что на Западе ИТ-экономика идет параллельно с роботизацией. Как далеко в будущем создание заводов-автоматов и вытеснение в безработицу огромного количества «неперестроившейся» индустриальной рабсилы? США – наиболее продвинутая в информационном плане страна уже стоит на пороге тотальной безработицы. Банкоматы и автоматические заправки – повсеместная реальность. По прогнозам М. Брейна к 2008 г. еда во многих американских ресторанах быстрого питания будет продаваться автоматически. Больничные роботы HelpMate, работающие в США и Канаде в итоге оказываются дешевле людей (www.membrana.ru, 05.04.02) и в перспективе не оставят шансов медперсоналу. Массовый выход гуманоидных роботов на рынок ожидается к 2025 г.

К 2030 г. обслуга гостиниц, аэропортов и парков развлечений будет вытеснена роботами. К 2050 г. строительством будут заниматься только роботы. Безработными окажутся 6 млн. американских строителей. В результате роботизации на транспорте – 3 млн. безработных, торговле – 15, сфере обслуживания – 10, производстве – 16! А к 2055 г. роботы вытеснят более половины трудоспособного населения США (www.membrana.ru, 07-08.09.03) и станут настолько дешевыми, что люди лишатся любой перспективы вернуть свои места. Но мы сейчас все-таки говорим о другом. О том, как использовать этот неумолимый прогресс для изменения человеческого социума.

Исходя из выше сказанного, еще в XXI в. основой ИТ-экономики станет тандем: роботизация + сетевые корпорации. С роботами тягаться мы не будем. Но, коль скоро наибольшую прибыль в наступающей эпохе приносят ИТ, то и способы организации ИТ-производства (сетевые методы) постепенно станут модными, формирующими не только новую производственную действительность. Общеизвестный и подзатасканный тезис об анархизме общения и анархической самоорганизации в киберпространстве Интернета обычно Сетью же и ограничивается. Но Сеть не только информирует, вынуждает строить неиерархические бизнес-структуры, но и воспитывает своих участников. За 35 лет существования Сети (начиная с американской ARPAnet 1969 г.) в ней выкристаллизовались основные этические правила, наиболее сходные с концепцией именно анархо-индивидуализма.

Совсем кратко сетевую этику можно охарактеризовать, как этику терпимости, доверия, предупредительности и саморегуляции. Именно с этим воспитанием жители Сети возвращаются в окружающий социум, и не могут не менять его. В сетевой экономике вырабатывается новый партнерско-анархический вид предпринимательской этики. Смена этической парадигмы обусловлена и тем, что мода на власть постепенно сменяется модой на творчество. А, так как изменившаяся экономика будет соответственно изменять и политику, саму структуру и этические нормы социума, то постепенно в обществе станет преобладать анархическая этика. И, только после этого этапа, в будущем, которое мы не берем на себя смелости даже очертить, подобная анархическая этика возможно и дорастет до вершин, указанных Кропоткиным.

НАШЕ ДЕЛО
Понятно, что путь этот по наитию, без обоснования и разъяснительной работы идейных анархистов будет исключительно долог и тернист, со множеством рецидивов и отступлений. Уже сейчас, пытаясь адаптироваться к глобализации и сохранить власть, государство стремительно трансформирует свою структуру. Оно создает электронные правительства, сложную систему перераспределения властных полномочий, систему управления посредством гуманитарных технологий и т.д. Но удается это пока немногим государствам, в основном США и странам «большой восьмерки». Остальные государства безнадежно отстают. Но в этом-то и заключается анархический потенциал этих обществ.

Не в США, где власть угналась за прогрессом и придумала новые формы принуждения, а на огромной периферии возможен переход новых, адекватных реальности «цифровых» людей к совершенно новым анархическим отношениям. Именно в этих странах, при достижении критической массы цифровых сторонников анархо-капитализма, государство безвозвратно потеряет способность догнать прогресс. Между этими людьми возникнут новые социальные отношения, полностью вытесняющие государство из жизни социума.

Следовательно, чем больше будет в той же Украине информационных сетей, компаний, (пусть даже не имеющих сбыта на родине и работающих на западного потребителя), просто рассылок со специфической культурой общения, тем большее влияние они оказывают на общественные взаимоотношения вне сети, на культуру общества в целом. Чем больше будет подобных стран, тем труднее будет G8 справляться с такой периферией. И так будет продолжаться, пока глобализационное размывание границ не приведет к поглощению этих последних островков государственности морем глобальной анархии.

Но, пока мечты эти не работают, реальность ИТ-экономики проводит внутри каждого общества digital divide – цифровое разделение на богатых и бедных. По словам В. Преображенского, «Эта новая граница будет связана с возможностями людей учиться быстрее, с возможностями развивать технологические решения, быстро осваивать результаты научно-технологической революции» (www.e-xecutive.ru). И делит она общество на тех, кто успевает за новым ИТ-миром и тех, кто остается в старой индустриальной действительности с ее обязательной иерархичностью и неизбежными властными отношениями. А, следовательно, в будущем мире «цифровые» люди из двух разных точек Земли будут понимать друг друга и уважать один другого больше, чем соседи по городу. И не столько из-за того, что «цифровые» богаче «индустриальных» (в перспективе - безработных), сколько из-за того, что первые анархичны, а вторые – останутся рабами властеотношений.

http://nabat.info/article.php?content_id=119