Уже для коммунистического руководства не было секретом, что сбережения населения разбазарены. Существовали совершенно секретные записки советского правительства в Политбюро ЦК КПСС, суть которых предельно проста: сбережения фиктивные, за ними ничего не стоит.

Когда-то за сбережениями стоял золотой запас – 1300 тонн золота. К концу 1991 года от этого золотого запаса осталась 1 /5 часть. Когда-то за сбережениями населения стояло 15 миллиардов долларов валютных резервов. К концу 1991 года от них не осталось ни цента.

Мы оказались в том же положении, в котором оказался министр финансов германского демократического правительства Л. Эрхард после второй мировой войны. Сбережения немцев обесценили Гитлер и нацисты, их поглотили бездонная бочка

гонки вооружений и ненасытная бюрократия, а г-ну Эрхарду пришлось за них отвечать. Так же и у нас. Сбережения российских граждан были обесценены коммунистами, которые тратили их на «холодную воину», афганскую авантюру, а отвечать за это пришлось нам. И М. Горбачев (я знаю это из записок) знал реальное положение. Именно поэтому боялся начать реформы. У нас не было другого выхода, кроме как прийти, открыть сейфы и показать, что там ничего не лежит. Все, что там было, промотали.

Можно ли восстановить эти сбережения? В общем, можно. Именно Л. Эрхард с течением времени восстановил сбережения немцев, которые Гитлер промотал. Но только для этого потребовалось сначала создать работающую немецкую экономику, стабильную валюту, заложить основы бурного экономического роста в Германии. Иногда опыт Л. Эрхарда ставят в пример как образец «социально ориентированной» политики реформ. Должен сказать, что западногерманская послевоенная реформа проводилась решительно, последовательно, но, увы, была и довольно болезненной. Но именно благодаря ей с конца пятидесятых годов населению действительно стали возвращать сбережения за счет доходов резко пополнившегося, начавшего опираться на мощную, растущую экономику немецкого бюджета.

Убежден, что это можно сделать и у нас. Но только за счет реальных доходов, а не за счет фиктивных операций и широких обещаний. Тот, кто обещает, что можно из воздуха взять деньги и отдать сбережения, которые на протяжении десяти лет разбазаривали три последних советских правительства, тот – заведомый проходимец.

То, что рубли перестали быть деньгами и превратились в бессмысленные фантики, было ясно уже задолго до начала реальных реформ. Достаточно вспомнить (хотя спасительное свойство человеческой памяти легко стирает из записей прошлого такие вещи) голые прилавки магазинов, многочасовые очереди за самым необходимым, всевозможные виды талонов, карточки покупателя, чтобы понять очевидный факт – запись в сберкнижке давно уже стала фиктивной. Обанкротившееся государство фактически выписывало нам фальшивые векселя. Люди, разуверившись в возможности купить товары, покорно несли свои трудовые рубли в Сбербанк, а оттуда их быстренько, под метелку, выгребали на финансирование дефицита государственного бюджета, а значит, на военные расходы, помощь зарубежным компартиям, безвозвратные кредиты «дружественным» регионам. Товаров от этого не прибавлялось, и люди вновь несли пустые деньги в Сбербанк. Круг замыкался.

Когда именно меня обвиняют в том, что сбережения «пропали», мне вспоминается популярный анекдот времен застоя. Известный деятель, спалив в топке

паровоза и уголь, и дрова, и даже мебель из вагонов, предлагает задернуть занавески и говорить «чух-чух», представляя себе, что поезд продолжает двигаться. Это и происходило. Мы лишь открыли занавески... 

Егор Тимурович Гайдар