Спланированная на самом высоком уровне, кампания всеобщего истребления оставила далеко позади все прежние ужасы. Жертвами развязанного террора стали не только тысячи офицеров и солдат Белой армии, поверивших обещаниям об амнистии, данных победителями накануне взятия полуострова; но и имевшие непролетарское происхождение мирные жители – преподаватели и учащиеся, сестры милосердия, священники, предприниматели, инженеры, врачи.
Уничтожением «контрреволюционного элемента» в Крыму занимались «карательные органы диктатуры пролетариата» - особые отделы, военные трибуналы, уездные политотделы, городские ЧК. 9 декабря 1920 г. создается местное подразделение Всероссийской чрезвычайной комиссии — Крымская чрезвычайна комиссия (Крым ЧК). Папанина назначили ее комендантом
В своих мемуарах, опубликованных в «застойные» годы, рассказывая о собственном пребывании в этой должности, Иван Дмитриевич представляет себя как честного и неподкупного следователя, ратующего за соблюдение «революционной законности» и гуманизма по отношению к арестованным. Несоответствие этого образа действительности становится очевидным, стоит обратиться к истории и вспомнить, чем занимались работники чекистских комендатур в 1920-1930-е гг.
В обязанности комендантов (их также называли «комиссарами смерти») входило приведение в исполнение приговоров и руководство расстрелами. Сложно сказать, скольких людей отправил в небытие верный папанинский маузер, но, так как период «работы» будущего покорителя Арктики пришелся на самый пик крымской «зачистки», личный его вклад в красный террор был, вероятно, немалым. Примечательно, что на службу в ЧК Папанина направили по рекомендации известной большевички Розалии Землячки – женщины, чье имя до настоящего времени остается синонимом Крымской трагедии. Даже среди товарищей по партии Землячка прославилась своей жестокостью; но для героя нашего повествования она была «на редкость чуткой, отзывчивой женщиной». В своих воспоминаниях Папанин называет ее своим ангелом-хранителем…
Малоизвестным является факт, что в бытность свою комендантом, будущий советский полярник не только приводил в исполнение смертные приговоры, но еще и обучал этому ремеслу юных чекистов. Один из них, Александр Журбенко, впоследствии сделал неплохую карьеру в системе карательных органов, и стал начальником УНКВД по Москве и Московской области. Когда его арестовали в 1938 г., Журбенко из камеры направил письмо в адрес Сталина, в котором, пытаясь разжалобить вождя, рассказывал о своей многолетней работе чекиста, начавшейся в комендатуре Крымской ЧК, где он руководством знаменитого теперь на весь мир Папанина своей «ещё юношеской рукой непосредственно уничтожал врагов».
Итогом чекистской карьеры Папанина стало награждение орденом Красного Знамени. Правда, участие в казнях привело и к другим, неприятным последствиям - психическому расстройству и пребыванию в клинике для душевнобольных.
Но даже после своего ухода из «органов», работая в Наркомате почт и телеграфов (и, очевидно, в более поздний период), будущий полярный исследователь, по его собственному признанию, «фактически связи с ЧК не порывал». Можно добавить - не только с ЧК, но и с карательной системой СССР в целом. Так, начиная с 1939 и заканчивая 1946 г. Папанин был начальником Главсевморпути, игравшего важнейшую роль в снабжении лагерей ГУЛАГа.
Тем не менее, в историю Иван Дмитриевич вошел не как участник массовых казней, а как блестящий ученый, создатель самого мощного в мире научного флота. Имя Папанина трижды увековечено на географической карте; в родном Севастополе ему установлен памятник, в честь него названа одна из городских улиц.
Помня об ученых заслугах Папанина, не стоит забывать и о не столь приглядных его делах.
http://d-v-sokolov.livejournal.com/236714.html