Раскроем "Советский энциклопедический словарь" 1981-го года издания и читаем: "Великая Октябрьская социалистическая революция явилась торжеством марксизма-ленинизма, открыла новую эпоху в истории человечества - перехода от капитализма к социализму и коммунизму". А в "Большом энциклопедическом словаре" 2002-го года издания в статье "Октябрьская (уже не Великая и не социалистическая!) революция 1917г. читаем: "Существует широкий спектр оценок Октябрьской революции: от национальной катастрофы, приведшей к значительным жертвам и установлению тоталитарной системы, до апологетических утверждений о том, что революция была попыткой создания социализма как демократического строя социальной справедливости". Как теперь, спустя еще десять лет, относиться к этому историческому событию? Как оценивать образование 90 лет назад СССР и его распад через 70 лет существования? Это - не риторические вопросы. Они важны для понимания сущности перемен в стране, её нынешнего состояния и перспектив развития.
Что думают россияне о великих и драматических событиях нашей новейшей истории? Не берусь говорить за других. Лично я чувствую обиду и боль за великую страну, в которой родился и жил, за СССР. Она десятилетиями строилась самоотверженным трудом советских людей. Советские люди потом, кровью и самой жизнью защищали честь, свободу и независимость нашей Родины. Теперь некоторые презрительно называют нас "совками", мажут сплошной черной краской наше советское прошлое. Развал Советского Союза не был исторически предопределенным. Это было преступное деяние Ельцина и других политических авантюристов, к несчастью оказавшихся на тот момент во главе своих республик. Вспомним предвоенные высказывания Гитлера в том духе, что СССР - это "колосс на глиняных ногах", которого тронь, и он развалится. Как это удивительно совпадает с рассуждениями некоторых наших ультралиберальных историков и социологов! Этот "неполноценный" Советский Союз ценой огромных усилий и жертв сломал хребет гитлеровской военной машине, освободил свою страну и народы Европы от фашистского порабощения. Но история и до сих пор ничему не научила тех, кто упорно не хочет учиться на её уроках. Безответственные политиканы сделали своё гнусное дело - развалили страну, которую не смог сокрушить Гитлер. Задумываемся ли мы над этим, когда ежегодно торжественно празднуем победу советского народа в Великой Отечественной войне?
О нашей революции
Подчас поражает примитивно-однобокая оценка нашей истории, в частности её советского периода. Одни без устали ругают Октябрьскую революцию и большевиков, буквально обливают грязью всё советское прошлое. Но это не мешает им и до сих пор пользоваться тем, что было создано ещё в советской стране, поскольку нового пока построено далеко не столько, сколько необходимо. Другие, наоборот, ностальгируют по большевистской власти, упорно не хотят видеть ничего, даже бесспорно хорошего, в нашей новой жизни. Один пенсионер прислал мне по электронной почте ругательное письмо за то, что я упоминаю о некоторых очевидных достижениях демократии, которые нам следует сохранить. Пришлось напомнить ему, что теперь у него есть компьютер, на котором он имеет право читать всё, что хочет, и даже писать ругательные письма. А ведь в советские времена у него ничего такого не было!
Разруха в головах и ожесточённое противостояние подогреваются жизненными невзгодами, несправедливостью, оскорбительным и унизительным разрывом между немногими сверхбогатеями и массой бедняков. Столь высокое социальное расслоение невозможно оправдать никакими доводами здравого смысла, и оно продолжает усугубляться. Людям трудно поверить обещаниям, что положение может измениться к лучшему в результате социальной политики, рассчитанной на длительную перспективу. Такая обстановка негативно влияет и на умонастроения интеллектуалов. Многие склонны к крайним оценкам, жизнь не благоприятствует широкому и непредвзятому мышлению. Сколько можно сокрушаться по поводу "трагедии" в нашей истории - Октябрьской революции 1917 года? Сколько можно сваливать на советскую власть все наши прошлые и настоящие беды? До каких пор в советском прошлом будут усматривать только репрессии и другой негатив, игнорируя бесспорные социально-экономические достижения?
Вспомним историю. Революции происходили во многих странах. Начало европейским буржуазным революциям положила революция в Нидерландах. Много лет продолжалась английская буржуазная революция 17-го века. Она сопровождалась кровавыми событиями. Армия Оливера Кромвеля несколько лет сражалась с королевскими войсками. В 1645-1648 г.г. они были разгромлены, а в 1649 году был казнён король Карл I Стюарт. Но на этом исторические коллизии не закончились. В 1653 г. была установлена военная диктатура Кромвеля, но в 1660 г. вновь пришла к власти монархия Стюартов, признавшая основные буржуазно-демократические завоевания. Но и это было ещё не всё. В 1688-1689 г.г. произошла так называемая "славная революция". Она представляла собой государственный переворот, который окончательно закрепил власть буржуазии. И как же после всех этих событий англичане относятся к своей истории? Хорошо относятся. В современной Англии уживаются королевская власть с правительственной властью, монархические атрибуты прошлого - с современными реалиями. Народ Англии бережно хранит память о своей богатой истории и её героях.
Не менее драматичной была и Великая французская революция. Один из её деятелей, Жорж Дантон, активно участвовал в подготовке восстания. В 1792 году был свергнут, осуждён и казнён король Людовик ХVI, а в 1794 году был казнён по приговору революционного трибунала и сам Дантон. Революционеры не пожалели даже великого учёного Антуана Лавуазье, одного из создателей современной химии. Он был откупщиком и за это казнён по приговору всё того же революционного трибунала. Всё это не мешает нынешним французам чтить память и о династии Бурбонов, и о своей революции, и о Дантоне, и о Лавуазье.
А разве не было пролито море крови во время гражданской войны в США между буржуазным Севером и рабовладельческим Югом в 1861-1865 г.г.? В результате разгрома основных сил южан и победы Севера установилось господство буржуазии и было официально уничтожено рабство. Этот драматичный период американцы помнят, изучают и описывают в произведениях искусства. Но никому из мало-мальски серьёзных людей в Америке и в голову не приходит обливать грязью историю своей страны.
Что касается нашей российской истории, то отношение в обществе к её персонажам слишком часто характеризуется односторонним подходом и крутыми поворотами от одних оценок к прямо противоположным. Царь Иван Грозный по праву почитается за объединение русских земель и укрепление российской государственности. И это при том, что он ввёл опричнину (прообраз наших органов госбезопасности), что его внутренняя политика сопровождалась массовыми репрессиями и усилением закрепощения крестьян и что ему были присущи крайняя жестокость и несдержанность.
Другого русского самодержца, Петра Первого, называют Великим. Он осуществил масштабные реформы, в ходе которых построил новые заводы, развил торговлю, основал Сенат, создал регулярную армию и флот, разделил страну на губернии, построил Петербург, открыл новые учебные заведения, основал Академию наук. Он проявил себя незаурядным полководцем в ходе успешных военных сражений. Но при этом предпочитают не принимать во внимание, что он пришёл к власти путём коварного свержения и заточения в монастырь своей сестры царевны Софьи. Умалчивают и о восстании стрельцов (1698), которое было вызвано усилением тягот и притеснениями начальников. Стрелецкое восстание было подавлено с необычайной жестокостью. Более тысячи стрельцов было казнено сразу же, а последующие следствия и казни длились ещё девять лет. Оставляют вне поля зрения и то, насколько жестокими методами проводились реформы Петра и какую цену заплатили за них простые люди. Угнетение народных масс достигло невиданных масштабов и привело к массовым акциям протеста (Архангельское и Булавинское народные восстания и др.).
Вспомним начало ХХ столетия, царствование Николая II, японскую и первую мировую войны: страна, конечно, развивалась, но с какими лишениями для рабочих и крестьян! В условиях крайнего обострения всех социальных противоречий стали абсолютно закономерными и революция 1905 года, и революция в феврале 1917 года, и последующая Октябрьская революция, и Гражданская война. Главное, что определяло весь ход последующих событий, это суровая необходимость выживания и развития страны в условиях разрухи, враждебного окружения, отсутствия иностранной помощи, угрозы внешней агрессии. Нельзя оправдывать жестокость сталинского режима. Но нелья не учитывать и то, что при таких неимоверных трудностях власть едва ли могла оставаться белой, мягкой и пушистой. Ещё не известно, что стало бы со страной в 1941 году или даже раньше при более слабом руководстве. Охотников за российскими землями и природными богатствами всегда предостаточно!
О нашем советском прошлом и о перестройке
Необходимо бережно хранить и уважать всю нашу историю. Надо беспристрастно оценивать и наше советское прошлое. В нём было всё. Был энтузиазм строителей нового мира. Были трудности и лишения. Было искреннее желание власти привести страну к счастливому будущему. Была жестокость власти, часто неоправданная и сопряженная с нарушением законности. Были просчёты в политике. Была героическая победа в Великой Отечественной войне, достигнутая неимоверно высокой ценой. Было восстановление в невиданно короткий срок разрушенного народного хозяйства, и это не меньший подвиг, чем победа в войне. Были впечатляющие достижения в развитии науки, в создании новой техники, в культуре и искусстве, которые возвеличили человека труда и раскрыли его творческие возможности. Был выход в космос, осуществлённый впервые в мире. Было создание великой мировой державы, второй после США по общему уровню экономического развития. Но наступил и период застоя, который в конце концов привёл страну к печально известным событиям.
Основное противоречие советского социализма заключалось в объективной невозможности (в условиях противоборства с экономически эффективной системой современного капитализма) удовлетворять возрастающие потребности людей при сохранении преимущественно принудительной мотивации их труда, при дефиците материального и творческого интереса к труду, при несовершенном планировании развития народного хозяйства, при явно недостаточном использовании достижений науки и техники. Многие советские люди испытывали чувство глубокого разочарования и недоверия в отношении тоталитарно-бюрократической системы. Слишком велик был разрыв между лозунгами и реальной жизнью. Рабочие были недовольны низкими заработками и тяжёлыми условиями труда. У колхозников к этому добавлялась необустроенность сельского быта. Интеллигенция постоянно ощущала тотальный контроль со стороны высокомерных и невежественных партийных чиновников. Руководители предприятий были задёрганы бесконечными директивами, циркулярами, запросами и заведомо невыполнимыми планами. Это недовольство было загнано вглубь массовыми репрессиями, но, когда они ослабли, стало прорываться наружу.
Импульсом к начавшимся серьёзным переменам в жизни советского общества явился, несомненно, фундаментальный факт глобального масштаба. В разгар "холодной войны" история цивилизации достигла поворотного пункта. Общество, наконец, осознало, что война между СССР и США, двумя ядерными сверхдержавами, представляющими две различные и соперничающие социально-экономические системы, наверняка приведёт к гибели цивилизации и, тем самым, обеих этих систем. С этого момента прежнее мирное сосуществование (с риском начала войны в любой момент) начало переходить в стадию сближения и большей открытости. Это, в свою очередь, подтолкнуло советское общество к осознанию собственных проблем и к их сравнению с проблемами и образом жизни стран Запада.
Если необходимость перемен осознавалась обществом, то в отношении способов их практического осуществления ясности не было. Мировоззрение М.С.Горбачёва было столь же сильно в критике недостатков существовавшей системы, сколь дискуссионно во всём, что касалось программы реформ. Собственно, программы и не было. Это было, конечно, плохо. Отсюда - многие последующие ошибки и просчёты в политике. Теперь остаётся лишь сожалеть о том, что в России на этом переломном историческом этапе не оказалось своего Дэн-Cяо-Пина. Надо было, сознавая масштабы предстоящих преобразований, особенности нашей страны и отсутствие чёткой научной программы, действовать более осмотрительно, не разрушать то, что могло ещё работать до создания адекватной замены. Надо было более тщательно анализировать возможные последствия каждого последующего шага реформ, своевременно корректировать политику во избежание разрушительных последствий. Не следовало злоупотреблять тезисом о нехватке времени. Этот тезис сослужил такую же плохую службу, как в своё время тезис о необходимости форсированной коллективизации на селе или, позднее, решение о повсеместных насаждениях кукурузы. Многие учёные и политики на Западе и не предполагали, что советские лидеры в пылу реформаторства разрушат даже то, что следовало бы усовершенствовать. Так, В.В.Леонтьев прогнозировал: "Советы собираются перенять только западную экономическую науку, а не западные экономические институты. Есть все основания полагать, что это вполне осуществимо" (Василий Леонтьев. Экономические эссе. Пер. с англ. - М.: Политиздат, 1990). Он и не предполагал, что реформаторы пойдут на уничтожение государственного социально-экономического планирования. Напротив, В.В.Леонтьев был уверен, что "в будущем введение научных методов планирования повысит общую производительность советской экономики". Он был убеждён, что "преимущества, которые русские извлекут из усовершенствования процесса принятия решений, на практике будут особенно значительными". В.В.Леонтьеву явно не хватило воображения, чтобы представить себе безграмотность и революционно-разрушительный размах российских реформаторов. С 1992 года централизованное планирование фактически перестало функционировать. При отсутствии развитых рыночных отношений наша советская экономика (которая, в отличие от западной, строилась по единому плану и была предельно монополизированной) в одночасье оказалась без плана, без рынка и вообще без всякого управления!
С этого момента начался развал научно-технического потенциала страны, а перестройка перешла в стадию бездумной политической и экономической реформы. Идея перехода к рынку быстро приобрела официальный статус. В мае 1990 года на сессии Верховного Совета СССР Н.И.Рыжков выступил с докладом "Об экономическом положении страны и о концепции перехода к регулируемой рыночной экономике". Начался рыночный ажиотаж. Пальму первенства захватили учёные. В их рядах возникла цепная реакция перевёртышей. Академики и членкоры, доктора и профессора, десятилетиями доказывавшие преимущества плановой системы хозяйства и получавшие за это не только высокие степени и звания, но и значки лауреатов, в один момент превратились в рьяных рыночников. Их примеру последовали подведомственные научные учреждения, их ученики и все те, кто усмотрел в этом верный путь ловли званий и чинов.
Были, правда и противники столь поспешного перехода к рынку. Но их всерьёз уже не принимали. Между тем, на Западе даже явные сторонники рыночной экономики трезво оценивали и её негативные стороны. Например, в популярном у рыночников учебнике читаем: "В реальной действительности экономические системы располагаются где-то между крайностями чистого капитализма и командной экономики" (К.Р. Макконелл, С.Л. Брю. Экономикс: принципы, проблемы и политика. В 2-х томах. Пер. с англ. - М.: Республика,1992). Авторы отмечают, что рыночная экономика задействует личный материальный интерес как мощный стимул экономического роста. Она делает ставку на роль экономической свободы в условиях конкуренции. Но, в то же время, "соблюдение личного экономического интереса не следует смешивать с эгоизмом". Что же касается конкуренции, то "хотя с общественной точки зрения конкуренция желательна, она больше всего досаждает индивидуальному производителю своей безжалостной действенностью". Далее нам разъясняют, что "достижение максимальной эффективности производства на основе применения новейшей технологии часто требует существования небольшого числа относительно крупных фирм, а не большого числа относительно мелких". Это, оказывается, ведёт к "угасанию конкуренции", к снижению её роли в экономике. Более того, нам разъясняют, что для конкурентной экономики могут быть характерны такие негативные явления, как расточительное и неэффективное производство, чрезмерное неравенство в распределении дохода, нарушения рыночного механизма, неустойчивость и др. Наконец, оценивая рыночную экономику в целом, весьма дипломатично пишут, что "это сложный вопрос" и что "научного ответа на такой вопрос не существует".
Там, где западные экономисты оказались достаточного объективными, наши новоявленные рыночники уже имели готовый "научный" ответ! Финалом этого рыночного ажиотажа явилась либерализация цен, осуществлённая правительством Б.Н.Ельцина и Е.Т.Гайдара. Впрочем, справедливости ради, нельзя не отметить, что в создавшейся к этому времени обстановке такая мера была уже вынужденной. Иные решения были возможны ещё два-три года назад. Но это правительство приняло тяжёлое наследство. Народное хозяйство было изувечено предыдущими разрушительными процессами. Так случилось, что в 1995 году, почти одновременно вышли из печати книга Е.Т.Гайдара "Государство и эволюция" и моя книга "К общеэкономической теории через взаимодействие наук". Мы обменялись книгами. В своей книге Егор Тимурович очень точно описывает ту обстановку, в которой он согласился возглавить правительство: "Магазины были пусты, деньги (советские дензнаки) не работали, приказы не выполнялись, нарастало ощущение "последнего дня". Речь шла об угрозе голода, холода, паралича транспортных систем, развала страны...Вот в эти дни и начались "пожарные реформы" и была призвана команда "камикадзе". Нас позвали в момент выбора" (Егор Гайдар. Государство и эволюция. - М.: Изд. Евразия, 1995).
Это и в самом деле был исторический выбор, но отнюдь не между социализмом и капитализмом. Это был выбор между действенностью автомата Калашникова и силой денежных стимулов, выбор между гражданской войной и худым миром. И был сделан выбор в пользу пусть худого, но мира. Освобождение цен и либерализация торговли вызвали относительное снижение совокупного спроса и выброс на рынок множества до этого дефицитных товаров, в том числе импортных. Полки магазинов наполнились. Это успокоило население, породило надежды на лучшее будущее. Наиболее опасный сценарий развития ситуации был предотвращён. Я и теперь считаю, что это был единственно правильный выход в той драматической ситуации. Но я не был сторонником и выступал против беловежских соглашений о развале СССР. Егор Гайдар прислал мне свою книгу "Гибель империи" (в ответ на мою книгу "Вторжение в незыблемое"). Внимательное прочтение его книги не убедило меня в исторической предопределённости распада СССР. Я выступал против ликвидации плановой системы управления развитием народного хозяйства, против тотальной и грабительской ваучерной приватизации. И здесь страна пошла по пути, весьма далёкому от оптимального. Б.Н.Ельцин выбрал наихудший политический сценарий. Страна получила самый грабительский вариант дикого капитализма, с разрухой народного хозяйства, с развалом отечественного производства, с деградацией науки и образования, с разгулом бессовестной свободы, воровства, взяточничества, мошенничества, жульничества. Последствия этой "радикальной экономической реформы" страна переживает и до сих пор. Нас пока выручает широкомасштабный импорт, в том числе высокотехнологичных товаров долговременного пользования. Но этот импортный "рай" не выручит Россию в долговременной перспективе. Возрождению и развитию отечественного производства нет альтернативы.
О нашем настоящем
В результате ельцинских реформ 90-х годов страна получила свободу. Много свободы. И это хорошо. Но в то же время нас до сих пор продолжают преследовать многочисленные извращения этой «свободы». К их числу относятся уродливые явления: незаконные поборы с родителей в школах; выдача медалей не за успехи выпускника, а за услуги родителей; поступление в вузы по родству, знакомству или за взятку; положительные оценки за взятки преподавателям; покупка липовых аттестатов, дипломов и учёных степеней; требования незаконной оплаты при выдаче справок, разрешений и иных документов; хорошо оплаченные нужные результаты анализов и экспертиз, незаконная выдача заключений, лицензий, сертификатов качества; платные медицинские услуги без гарантий достоверности диагностики и эффективности лечения; необоснованное повышение цен и тарифов; назначение себе и своим приближённым несуразно высокой зарплаты; поломки и аварии по вине безграмотных и безответственных «предпринимателей»; никчемные нововведения и псевдонаучные поделки за солидные откаты; раздача должностей, наград и подарков нужным людям; неправедные суды по «телефонному праву»; принятие законов в эгоистических интересах лоббистов; незаконное участие государственных служащих в коммерческой деятельности, владение пакетами акций, работа на оплачиваемых должностях в хозяйствующих структурах, уход от уплаты налогов, сокрытие или искажение деклараций о доходах и имуществе; оформление имущества на своих родственников, друзей или подставных лиц; отчуждение на «законном основании» имущества по заниженным ценам и последующая спекуляция этим имуществом; лжепредпринимательство, осуществление незаявленных видов деятельности с нарушением законодательства, создание фирм-однодневок с целью быстрого незаконного обогащения; нецелевое расходование средств, необязательность и мошенничество при выполнении хозяйственных договоров и бизнес-планов; обман торговцами покупателей, продажа некачественных товаров, завышение наценок посредниками. Это - далеко не полный перечень того, чем оборачивается свобода при нынешнем реальном состоянии нашего общества. Всё это, конечно, в той или иной степени есть и в других странах. Но это - слабое утешение. Мы, оставаясь огромной, многонациональной, ядерной страной, слишком многое растеряли за последние десятилетия и тем самым создали реальные опасности и для себя, и для остального мира. Нашему государству и обществу необходимо быстрее отделять зёрна от плевел. Надо быстрее учиться использовать свободу на пользу людям, заблаговременно предотвращать её гримасы. Иначе придём к тем временам, когда перестанет работать красивый медведевский лозунг "свобода лучше несвободы", когда большинству населения несвобода покажется спасением от опостылевшей "свободы".
Прошло двадцать лет с тех пор, как в стране началась «радикальная экономическая реформа». Её результаты хорошо известны. Владимир Путин много сделал, чтобы остановить разрушительные процессы, оттащить страну от гибельной черты, у которой она оказалась в 90-е, добиться промышленного оживления, снизить инфляцию и безработицу, переломить безобразную тенденцию невыплаты зарплат и пенсий, прекратить развал вооружённых сил, относительно безболезненно преодолеть кризис 2008-2009 г.г. Но теперь этого недостаточно. Думается, что нынешнее положение в стране явно приукрашивается. Плохую услугу оказывает угодливая статистика. Серьёзной помехой на пути экономического развития является сохраняющаяся низкая производительность труда, на фоне которой продолжает расти заработная плата. Это ведёт к тому, что совокупный спрос всё больше опережает совокупное предложение. Долгосрочные возможности нашей экономики всё больше отстают от наших аппетитов. Наши бесконечно возрастающие потребности всё больше приходится удовлетворять за счёт импорта. Возрастает зависимость страны в обеспечении самым необходимым: продуктами питания, одеждой, лекарствами, бытовой техникой, компьютерами и многими другими жизненно важными товарами. Конечно, интеграция в мировую экономическую систему необходима, и это уже свершившийся факт. Но то, что происходит, всё больше напоминает не разумную интеграцию, а приближение к той опасной черте, за которой начинается потеря экономической безопасности и национальной независимости. Экономика во многих отношениях остаётся скорее спекулятивной, чем реальной. С уходом от плановой экономики нарушается сбалансированное развитие ключевых отраслей народного хозяйства. Нынешнее состояние энергетики не обеспечит необходимых темпов экономического роста. Неразвитость транспортной инфраструктуры сдерживает рост товарооборота между регионами. Многие отрасли вообще перестали функционировать, и их потребуется восстанавливать практически с нуля.
Декларируемые официальной статистикой благополучные экономические показатели и повышение реальных доходов населения плохо согласуются с реальностью. Продолжаются банкротства ещё недавно успешно работавших предприятий, а адекватной замены не видно. Не принимается достаточных мер для замены изношенного оборудования в машиностроении, в энергетике, в строительстве, на транспорте, в жилищно-коммунальном хозяйстве. Серьёзную угрозу здоровью и жизни людей создаёт экономическая вседозволенность в условиях некомпетентности и безответственности. В практику внедряются неграмотные технические решения, нарушаются (или вообще отсутствуют) технологические регламенты. Продолжается неконтролируемое загрязнение окружающей среды. Не секрет, что «положительные» результаты анализов и экспертиз, разрешения, лицензии и сертификаты можно просто купить. Всё ещё высока инфляция, что негативно сказывается и на инвестициях, и на сбережениях населения, и на качестве жизни многих граждан. В условиях высокой инфляции нельзя добиться динамичного и устойчивого роста экономики. Думается, всё же не обойтись без серьёзных политических мер по сдерживанию роста цен, разумеется, при одновременном ускоренном развитии отечественного производства жизненно важных потребительских товаров для продажи их населению по доступным регулируемым ценам. Рост цен и тарифов по многим позициям опережает номинальное повышение доходов населения. Основные надежды в борьбе с бедностью возлагаются на общий экономический рост, но парадокс в том, что разрыв в доходах, и без того крайне высокий, продолжает усугубляться. Во властные органы всех уровней проникли необязательность и безответственность. Нечестность и ложь становятся образом нашей жизни, а коррупция - национальным бедствием. Людям трудно планировать своё будущее, жизнь своих семей и своих детей. В этом - главная причина демографической проблемы.
Нельзя и дальше медлить с решением проблемы разваливающегося ЖКХ. Положение в этой сфере медленно, но неуклонно движется к чрезвычайному. Те, от кого зависит принятие решений в этой сфере, надолго заигрались в опасные игры. С непостижимым либеральным воодушевлением они мечтают о передаче ЖКХ во власть частных собственников, горящих желанием конкурировать, управлять, финансировать и ремонтировать. В конкретных российских условиях это вредная и опасная маниловщина! Ведь жильцам никто и не запрещает пользоваться услугами частников в ремонте жилья, и это служит хорошим подспорьем. Но зачем надо было, закусив удила, мчаться дальше? Зачем надо было, вместо наведения элементарного порядка в прежних ЖЭК и РЭУ, ликвидировать их и создавать частные управляющие компании? Жильцы, в массе своей, не доверяют новоявленным частным управляющим компаниям. Эти компании маломощны и не в состоянии справляться с необходимым объёмом работ. В этих компаниях много нечестных и некомпетентных людей, которые норовят лишь выкачать деньги из жильцов. Более того, в силу дефицита умелых и грамотных кадров, эти компании вполне способны устраивать многочисленные аварии в домах. Вот теперь, столкнувшись с безобразиями новоявленных частных управленцев в сфере ЖКХ, федеральная власть требует от губернаторов оперативного принятия мер для контроля за работой управляющих компаний. Но ведь по принятому законодательству эти компании являются частными, и региональные власти не имеют права вмешиваться в их хозяйственную деятельность! Круг замыкается. Необходимо срочно разомкнуть его, восстановить подконтрольность частных управленцев региональным властям, исправить допущенную грубую ошибку в жилищном законодательстве, отстранить от управления отраслью ЖКХ тех чиновников, по инициативе которых возникли эти безответственные и жуликоватые управляющие частники с их «полной хозяйственной самостоятельностью».
Всё более проблемным становится доступное и качественное медицинское обслуживание населения. Повсеместным становится платное медицинское обслуживания. Цены за медицинские услуги растут, но это не гарантирует ни достоверной диагностики, ни эффективного лечения.
В научно-образовательной сфере давно пора прекратить хвастливые разговоры о бесконечных достижениях нашей «всё ещё сильной науки» и восхвалять наше «самое лучшее в мире образование». Критерием успехов здесь, в конечном счёте, может быть только реальный рост социально-экономического потенциала страны. А пока что, несмотря на внушительную армию профессоров и академиков с их реальными или придуманными достижениями, страна никак не может выбраться из разряда отстающих. В научных журналах продолжают печатать написанные под копирку статьи без серьёзных новых результатов. Когда условий для работы нет, а результатов требуют, происходят возмутительные вещи. Седовласые и респектабельные ученые мужи не гнушаются прямого плагиата: за новые достижения выдаются свои же давно опубликованные работы и даже переводы из зарубежных журналов. Учёные советы продолжают штамповать кандидатов и докторов наук низкого качества. Возник опасный порочный круг: нехватка квалифицированных учителей порождает безграмотность учеников, последняя приводит к безграмотности будущих учителей и т. д. Особенно опасна возрастающая нехватка учёных среднего возраста. Подготовка таких учёных занимает как минимум семь лет после окончания вуза. Заполнить эту нишу за несколько лет, даже влив в науку крупные денежные суммы, невозможно. Здесь требуется планомерная и продолжительная работа. В противном случае процесс станет необратимым и Россия вообще лишится отечественной науки. Это относится к академической и, отчасти, к вузовской науке. А что же сказать о прикладной, отраслевой науке? Она развалена, а без неё невозможны разработка и внедрение новых наукоёмких технологических процессов. Только в оборонных отраслях положение ещё терпимое. Но надолго ли? Ведь в экономике всё взаимосвязано.
Положение в науке усугубляется ещё и развалом отечественной экспериментальной базы для научных исследований. Учеными командуют чиновники, возможно, и преисполненные самых лучших намерений, но зачастую не представляющие себе специфики научного исследования или технологической разработки. Они с апломбом твердят: надо финансировать не институты, а их конечные результаты; надо платить только тем учёным, кто выдаёт на гора много цитируемых публикаций, и так далее в том же духе. Они искренне убеждены, что таким путём они стимулируют научную работу. Но они не понимают, что учёный-экспериментатор работает не дома на кухне и не в чиновничьем кабинете, что он не выковыривает ценные результаты из собственного носа. Чтобы были результаты, учёному-экспериментатору нужны институты с их разветвлённой и сложной инфраструктурой, нужны хорошо оснащённые лаборатории, дорогие современные приборы, установки, вспомогательные материалы и т.д. Всё это, в свою очередь, требует развития соответствующих отраслей промышленности и многолетнего труда. Конечно, есть альтернатива - покупка этого за большие деньги за рубежом, как мы сейчас покупаем почти все, вплоть до продовольствия, лекарств и множества других жизненно необходимых товаров. Как же можно не платить за ту самую базу, за её многолетнее поддержание на работоспособном уровне, на которой только и можно получать конкретные результаты?! Каждому, кто сохранил хотя бы элементы здравого смысла, совершенно ясно, что финансировать необходимо и институты, и лаборатории, причём, хорошо финансировать, чтобы их экспериментальная база могла планомерно развиваться и пополняться образцами новых средств научного исследования. Другое дело, и это очень важно, чтобы был оперативный и компетентный контроль за результативностью работы научного учреждения и работающих в нём учёных. А за выдающиеся результаты следует, как это делается за рубежом, выплачивать премии-бонусы. И не какие-то жалкие подачки, а достаточные для того, чтобы учёный, сделавший крупное открытие или пионерское изобретение, становился по-настоящему богатым человеком. Сильная мотивация труда, компетентность и условия для работы - вот три кита, на которых во всём мире держится высокая наука.
Что касается образования, то качество его неуклонно падает. Вал безграмотности нарастает. Это начинается ещё со школы, продолжается в вузах и заканчивается выпуском безграмотных специалистов, неприспособленных к конкретной работе. Потом мы начинаем удивляться, почему причиной аварий и катастроф всё чаще становится человеческий фактор. Да и куда идти работать молодому специалисту после окончания вуза? Эту проблему надо тоже решать. Низкой остаётся заработная плата школьных учителей и профессорско-преподавательского состава вузов. Профессор вуза получает зарплату ниже, чем у рабочего на промышленном предприятии или у секретарши в преуспевающей коммерческой фирме.
Особенно пагубно для всей социально-экономической обстановки вопиющее социальное неравенство в России. Разве можно считать нормальным, что в период кризиса и падения доходов большинства граждан число миллиардеров в стране почти удвоилось? Разве нормально, что из государственных средств, выделенных на поддержание банковской системы, заправилы этой системы получают огромные бонусы? Разве нормально, что на крупных предприятиях при средней зарплате в десятки тысяч первые лица и их приближённые получают миллионы и десятки миллионов? Это беспрецедентный уровень неравенства. Подобный показатель социального расслоения не характерен для цивилизованных стран и существует только в государствах третьего мира. Чтобы как-то поправить положение, мало уповать только на развитие малого и среднего бизнеса и на создание «среднего класса», как об этом неустанно твердит наша либеральная элита.
Не уделяется достаточного внимания и проблеме коррупции. Без решительных и системных мер коррупцию не преодолеть. Важно подчеркнуть - здесь недопустимы ни промедление, ни массовые репрессии. Нужен серьёзный пересмотр коррупционного законодательства, принятого в 90-е годы и действующего до сих пор. Пока этого не произойдёт, мы так и будем заниматься сизифовым трудом - одной рукой плодить экономические преступления, а другой рукой бороться с ними. Необходим ряд новых законов. Надо вводить прогрессивную шкалу налогообложения. Надо вводить закон, делающий возможным изъятие стратегически важных предприятий у неэффективных и недобросовестных собственников. Нужен закон о регулировании оплаты труда в Российской Федерации с тем, чтобы оплата труда первых лиц на предприятии любой формы собственности была привязана к средней зарплате на этом предприятии. Надо вводить обязательные декларации об источниках доходов при покупке предметов роскоши и других товаров очень высокой стоимости. Надо пересматривать закон о предприятиях и предпринимательской деятельности, вводить уголовную ответственность за лжепредпринимательство. Следует ввести в цивилизованные законодательные рамки понятие коммерческой и банковской тайны, чтобы эта тайна перестала быть прикрытием бессовестных махинаций, способом незаконного обогащения. Необходимо усилить административную и уголовную ответственность за взяточничество, в первую очередь среди высокопоставленных чиновников.
Вызывают серьёзное опасение и планы дальнейшей приватизации в России. Заправилы российского бизнеса постоянно подталкивают правительство к новой и новой приватизации. У них слишком короткая память. Они видимо «забыли» о той очень агрессивной приватизации, которая проводилась в лихие 90-е. В то время создалась беспрецедентная ситуация. Владельцы средств производства стремились не к тому, чтобы усилить своё производство, а к тому, чтобы как можно скорее выкачать всё из этого производства, даже если это приведёт к его разрушению. Сколько ужасающих примеров по всей России, как растащили, разворовали, распродали целые заводы, пароходства, институты и другое добро! Захват средств производства коррумпированной номенклатурой стал национальной катастрофой для России. Это привело к деиндустриализации страны и обнищанию народа, к ослаблению её обороноспособности. Историческая трагедия для России в том, что её новоявленные богачи - это не творцы, не созидатели продуктивного капитала. Это в большинстве своём выходцы из советского номенклатурного инкубатора. Они словно сорвались с цепи. Их надменность и самоуверенность не знает границ. Их подражание дикому Западу лишь показывает, насколько мало они знают и понимают ценности западной цивилизации. Они построили свой капитализм в отдельно взятом городе или даже только в центре города, где сверкает реклама и носятся «Мерседесы». Наплевательское отношение новой элиты к судьбе простых людей просто поразительно. Казино, рестораны, проститутки, тусовки, взятки и разборки - вот их мир. Какое им дело до голодающих бедняков или до беспризорных детей! Такой «элите» чужд патриотизм. Ей было безразлично, что Россия слабеет, что падает производство, что сокращается население. Никогда за всю постпетровскую историю России не было элиты, столь чуждой патриотизму. Она занята сама собой - разборками, интригами, дележом, перекачкой капитала за границу, но не возрождением и развитием страны. Где гарантия того, что предлагаемый сейчас новый виток приватизации не приведёт к таким же или ещё худшим последствиям? Будут ли новоявленные собственники добросовестными, компетентными и эффективными? Приватизация ради развития или ради нового витка разворовывания и разрушения?
О нашем будущем
Сейчас много рассуждают о выборе магистрального пути России. Некоторые считают, что последние два десятилетия принесли с собой одни несчастья, призывают к возврату в советское прошлое. Это неверно. Элементарная объективность заставляет признать, что в нашу жизнь вошло много нового, прогрессивного. Разрядка в международных отношениях, исчезновение вечного страха перед возможностью начала ядерной войны. Свобода творчества и возможность предпринимательства, отсутствие политических репрессий, широкие возможности выбора сферы деятельности. Широкие связи с внешним миром, возможность зарубежных поездок. Возможность учёбы, работы и отдыха за границей. Разнообразие продуктов питания, одежды, обуви, всевозможных услуг для населения. Совершенные модели импортных автомобилей, великолепная бытовая техника. Новейшие средства связи и информации. Компьютеры и интернет. О многом из этого советские люди не могли и мечтать. В России повсеместно распространены мобильные телефоны, и она входит в первую десятку стран по количеству пользователей интернета. Около трети россиян регулярно заходят в Сеть и три миллиона общаются в блогах не ограниченного цензурой киберпространства. Россия стремится стать обществом среднего класса, даже несмотря на то, что кризис в стране привел к резкому экономическому спаду и росту безработицы. Россияне привыкли к базовым личным свободам и правам, и не собираются от них отказываться. Это свобода передвижения, право менять место работы и жительства, право владения и передачи собственности, свобода выражения личного мнения, несмотря на ограничения, сдерживающие политическую активность.
Но эти же десятилетия привнесли в нашу жизнь много просчетов, трудностей и несправедливости. Об этом уже говорилось. Следовательно, сверхзадача состоит в сохранении всего позитивного и устранении негативного. Задача сложная. Предвижу упреки в конформизме и маниловщине. Но иного пути нет. На пути к прогрессу страна больше не может позволить себе сползание ни к хаосу и анархии ельцинских времен, ни к тоталитаризму и диктатуре сталинского прошлого. Построение в России банального капитализма, с его безудержным эгоизмом, стихийным бесплановым развитием и регулярными разрушительными кризисами, абсолютно бесперспективно. Магистральный путь России - к новому гуманному обществу, которого ещё не знала история. И это не утопия, а единственная оставшаяся нам историческая альтернатива. Этой теме посвящена моя статья "Конец капитализма неизбежен (к Всемирному экономическому форуму в Давосе)", опубликованная в моём персональном блоге http://professor.blog2x2.ru/-b1/-b1-p103.htm и в блоге журнала "Альтернативы" http://www.alternativy.ru/ru/node/2155 Ближайшая задача - покончить с опасной и позорной зависимостью России от заграницы в обеспечении даже самым необходимым. Россия - не маленькая страна, она не сможет выжить на заморские подачки. Самое главное, что нужно сегодня стране - это новая индустриализация. Без этого невозможно обеспечить самодостаточность и кризисоустойчивость такой огромной страны, как Россия. Без этого невозможно освоение огромных российских территорий на востоке страны. Без этого невозможно поддержание в безопасном и работоспособном состоянии нашего ракетно-ядерного комплекса, других видов вооружённых сил. На армию работает множество отраслей, начиная от сельского хозяйства и кончая химической промышленностью и машиностроением. А ведь мы ухитрились развалить химическую промышленность, выпускавшую субстанции для лекарственных средств, и фактически перешли на обеспечение лекарствами по импорту. Мы до сих пор не выпускаем собственных компьютеров и мобильных телефонов, которыми теперь оснащены армия и вся экономика. И этот печальный перечень можно продолжать. Можно без преувеличения сказать, что без слаженной и бесперебойной работы всех отраслей российской промышленности нельзя даже мечтать о сохранении национальной безопасности. Поэтому укрепление обороноспособности страны - это ключ к подъёму всего народного хозяйства.
На недавнем расширенном заседании Совета Безопасности в конце августа Путин заявил, что "оборонке" нужен мощный технологический прорыв, как в 30-е годы минувшего столетия. Такая позиция заслуживает одобрения и поддержки. Страна больше не может ждать манны небесной и полагаться на наше вечное "авось". Мировой финансово-экономический кризис, ставший уже хроническим, усиление борьбы за энергетические, продовольственные и иные ресурсы, непрекращающиеся рецидивы международного терроризма, обострение многих других глобальных проблем - всё это требует от России адекватного ответа, мощного промышленного потенциала и высокой обороноспособности. Президент Владимир Путин нашёл то главное звено, ухватившись за которое, можно будет вытащить из болота всю цепь нашей экономики. "Оборонке" отводится роль локомотива, и это правильно. Нужен именно прорыв, как в советские 30-е годы. Очевидно, что это автоматически повлечёт за собой ускоренное развитие всех сопряжённых отраслей, прямо или косвенно обеспечивающих "оборонку" всем необходимым. Необходимо восстановление и развитие отечественных производств в металлургии, машиностроении, авиастроении, автомобилестроении, химии и других. Оборонный комплекс - это не только производство вооружения. Здесь и энергетика, инфраструктура, средства информатизации, квалифицированные кадры. Здесь строительство жилья, производство обмундирования и продуктов питания, производство отечественных лекарственных средств и многое другое. По существу, речь идёт о придании мощного импульса всей экономике. Это невозможно без чёткого планирования, без оперативного учёта и контроля. Это невозможно без повышения ответственности, без укрепления порядка и дисциплины во всех сферах экономической деятельности, во всех звеньях управления.
Сейчас с высоких трибун раскручивается назойливая кампания "десталинизации". Рассуждают о необходимости единения в нашем обществе, о необходимости воспитания патриотизма у нашей молодежи. Много говорят, но мало делают. Пусть элита подаст пример остальным гражданам путем искоренения воровства и коррупции в собственной среде. Пусть она принимает законы для борьбы с воровством и коррупцией, а не для отстаивания собственных привилегий. Пусть сломает зону отчуждения от простых граждан, пусть умерит свой эгоизм и патологическую жадность, пусть вернёт деньги из офшоров, пусть платит прогрессивный налог на сверхдоходы и роскошь. Пусть учит и лечит своих детей в России, а не за границей. Пусть строит не дворцы, а дороги и промышленные предприятия. Тогда простые люди увидят перспективы развития страны, поверят в реальность общественного единения, перестанут вспоминать о Сталине и начнут гордиться своей новой демократической Россией.
Ярославль, 7 ноября 2012 г.
