Проблема в том, что я не могу додумывать пропущенные слова, когда я один, на
кухне, и кричу, чтобы  меня  услышали где-то там, сквозь танцевальные ритмы.
По  голосу,  она очень молодая и усталая.  Я спрашиваю, доверяет ли она мне.
Она устала от боли? Я спрашиваю: если есть всего один путь, чтобы остановить
ее страдания, пойдет ли она по нему?

     Моя  золотая   рыбка  взволнованно  плавает  кругами  в  аквариуме   на
холодильнике, поэтому я подхожу к ней и бросаю в воду таблетку Валиума.

     Я кричу девушке: достаточно ли она настрадалась?

     Я кричу: Я не собираюсь стоять здесь и слушать ее причитания.

     Стоять здесь и пытаться исправить ее жизнь - пустая трата времени. Люди
не хотят, чтобы  их жизни исправляли. Никто не хочет  решения своих проблем.
Своих  драм.  Своих  тревог.  Не  хотят  начинать  жизнь  заново.  Не  хотят
упорядочивать  жизнь.  Ведь  что  они  получат взамен?  Всего  лишь огромную
пугающую неизвестность.

     Большинство  людей,  которые  звонят  мне,  уже знают, чего  они хотят.
Некоторые хотят умереть,  но просто ждут моего разрешения.  Некоторые  хотят
умереть и нуждаются  в поддержке. В  небольшом толчке.  У  некоторых  людей,
склонных к  самоубийству,  почти  не осталось  чувства  юмора. Одно неверное
слово, и через  неделю от них  останется лишь некролог. Большинство звонящих
людей я почти не слушаю. Жить им или умереть, я определяю по тону их голоса.