- - - Всем. Глава 7.

Это вам лишь присказка, не сказка,
Далее сказанье будет впереди.
И вот, себя духовно зарядив,
Выждем миг, не будет ли подсказка.

Мы тогда остановилися на сем :
По лику Божию уже не стало,
И лишь подобие еще несем,
Но этого совсем для не мало.

Хорошо, тогда мы двинемся вперед.
Там было, Бог придумал хитрый ход, -
Он тех двоих за шиворот берет,
И выпроваживает прямо на восход.

Поплакали, но матерно не смели,
И стали делать то, чего умели -
Ева, как всегда, соху тащила,
Аж покуда выступало мыло.

Так они горох и хлеб сажали,
Потихонечку детей рожали,
Райскую житуху вспоминали,
Змея за подлянку проклинали.

С ними Бог задействовал обет,
Трудно было первых тридцать лет,
А когда детишки подросли -
На поправку все дела пошли.

Каин был отличный земледелец,
Все выращивал - и ягоды, и перец,
А Авелюшка предпочитал на воле
Выпасать овечек на раздолье.

Но не все так просто в жизни сей,
Хоть еще и не родился Моисей,
Но пришла и к ним беда лихая,
Что устроил бесшабашный Каин.

Как в дар Богу принесли ребята,
И не понятно, кто там виноватый,
Что Каин в ревности Авелика пришил,
И вот не знаешь, на кого грешить.

Есть, ребята, подозренье у меня,
Да вот боюсь я Бога, как огня,
Поэтому, друзья, судите сами,
Вы все ведь с бородами и с усами.

- - - Всем. Глава 8.

Хочу сообщить, дорогие друзья,
Что должен прервать хронологию я,
И время оное покинуть на момент,
И взяться за иной ангажемент.

Встает вопрос во всей своей красе:
Мы христиане, и Христовы все,
Но ширятся такие разговоры,
Что впору обращаться к прокурору.

Мол, поживает меж людей Христос,
И до известности большой уже дорос,
Однако, сами почему-то христиане
О нем не знают, как это ни странно.

Хоть я пытался сообщать об этом, -
Не получил ни одного ответа,
Хоть сам я был уверен: претендент
Есть никакой не вражеский агент.

Я речи этого Христа послушал,
И слушал, вовсе не развесив уши,
И был глубоко оным поражен, -
Подходил на должность больно он.

Все это некий Александр Набабкин,
Он говорит публично, без оглядки,
Он полон умных слов и междометий,
Тогда почто не заняться нам этим?

И шествие к нему не предпринять,
Среди любого солнечного дня,
И с флагами, почтение храня, -
Оп нем сомнений мало у меня.

Когда нам этого теперь не сделать,
А он усеж Христос на самом деле, -
Тогда мы с вами точно сядем в лужу,
А то дождемся чета и похуже.

Я долго думал, как же, как же так -
Тогда мы перед Ним не стоим и пятак,
Когда оставим все, махнув рукою,
Себя расчетом ложным успокоив.

Итак, друзья, я не играю с вами,
Манипулируя ничтожными словами.
Вопрос поставлен мною чрезвычайный,
Как заговор от разрешенья тайны.