Точнее, бoльшая часть рассказа сложилась потом, а приснился в основном сам аппаратик, который я обнаружил в кармане пальто, втиснувшись в набитую маршрутку на выходе из циклопического торгового центра.
Телефон был ещё тёплый и даже вроде бы слегка влажный. Наверное, подумал я, кто-то свой карман с моим перепутал.
Дома обнаружилось, что находка была простенькой и жёлтенькой как солнышко. Позвонив с неё на свой сотовый, я по номеру запросил имя владельца у компании-оператора, которая, слегка поколебавшись, сообщила, что рассеянного абонента зовут Мария Д.
Исходящих и входящих в мобильнике Марии было множество. На первом месте стояла Мама.
«Звоню ей», – решил я и услышал на том конце радостное:
«Сестричке привет! Не привык я ещё к этому мобильнику, всё вселяемся. Как устроимся – в гости ждём».
Я представился; брат просил сестру «проявиться, как объявится».
Следующей в списке шла сестра Анна. Она ничуть не удивилась и сказала назидательно: «Мария вечно такая – задумчивая чересчур. Верить надо крепче. Дорога к храму бывает долгой, но и батюшка уже нервничает».
Пока я раздумывал над сказанным и над тем, нужно ли звонить дяде Мише, прорезался он сам: «Мария, долги Фонда погашены, деньги ему перечислены, днями до конкретных адресатов дойдут. … А-а! Так вы порученец Марьи Михайловны? Передайте ей, что всё окей».
Витенек было два. Обеспокоил второго. «Машка, здравствуй, – загудел уверенный басок, – добрый вечер. Я снова на Новорижском. Тут кое-какие работы проконтролировать надо».
Пришлось пояснить. «Ну, раз сотовый в Москве – значит, и Мария в Москве», – успокоил меня Витенька. – Если вестей не будет, звякните – я Каракольцева озабочу. А у Витьки спросите, не знает ли он, где мать».
Входящий пропел во время перекура. «Спишь!? А тут столько новостей, столько, – звенел женский голос. – Ой, не туда попала. Перезвоню».
Витенька №1 начал с извинений: «Ма! Совсем забыл. Прости. Завтра старт, а тюнинговать ещё полночи. Как из-под Канала выпрыгнем, я с Альбиона дам знать».
Звонить больше никому не хотелось, но спустя час жёлтый телефон сурово сказал: «Мария, это Светлана. Ты почему на последнем согласовании не была?» Я представился человеком, нашедшим телефон, который Мария потеряла. «Она скоро всё потеряет, – заключила Светлана. – Вообще вне проекта окажется. Так ей и передайте».
И жёлтый телефон замолк до утра. Мария позвонила часов в десять. «Здравствуйте … – потом куда-то в сторону – Это кто же тебя научил на стол прыгать? После снова мне: «Вы меня простите, пожалуйста, за то, что я Вас так нагрузила. Звонил кто?»
Я рассказал, особенно – про «проект». Последовал короткий смешок, и раздался такой звук, будто то ли вино в стакан, то ли чай в чашку наливают. «Вы знаете, у меня теперь другой проект. И телефон другой, с наворотами, с камерой-зеркалкой. А тот Вы можете оставить себе.
Извините за доставленные хлопоты».
Больше жёлтый телефон не оживал, и подзаряжать его я не стал.
