Из Флоренции

 В старинном городе чужом и странно близком
Успокоение мечтой пленило ум.
Не думая о временном и низком,
По узким улицам плетешься наобум...

 Саша Черный

 Пятую часть своего повествования я решил посвятить той части творчества Боттичелли, которая прошла через весь его творческий путь - это изображение Мадонн.

Опираясь на пример Филиппе Липпи и Верроккьо, художник дает обновленную интерпретацию образа Мадонны. Он удлиняет пропорции фигуры, подчерки вает тонкость кистей рук.

 На голове Марии прозрачная вуаль - деталь, которую он заимствует у Липпи и будет часто повторять. Свободно ниспадает ее одеяние, не похожее на костюм горожанки, что характерно для картин его учителя, несущих в себе жизненные ассоциации.

 С головой, поникшей, словно цветок, Богоматерь выглядит трогательной и хрупкой. почти бесплотной, хотя драпировки пластично облегают ее тело.

 Херувимы, образующие ореол вокруг головы Мадонны, - этот символический мотив прославления - лишь подчеркивают смиренность представленного Боттичелли образа.

 

В замкнутом пространстве с открытым окном, из которого открывается вид на извилистый тосканский пейзаж - реку и холмы, - Боттичелли представил группу фигур, находящихся в более сложной композиционной связи, чем первые образцы его "Мадонн".

 Фигуры теперь сближены не столь тесно. Мария со слегка склоненной головой в грустной задумчивости прикасается к колоску. Направление ее взгляда неопределенно. Сидящий на коленях Матери серьезный Младенец поднял руку в жесте благословения.

 Юноша-ангел с резко заостренным овалом лица и недетской умудренностью - образ необычный для раннего Боттичелли. Он протягивает маленькому Христу виноград и колосья на блюде, знак таинства Евхаристии, будущих страданий Господа, Его Страстей.

 В картине чувствуется атмосфера глубокой задумчивости, отрешенности, и какой-то внутренней разобщенности персонажей.

 Ангел подносит Марии вазу с виноградом и хлебными колосьями. Виноград и колосья - вино и хлеб символическое изображение причастия; по мысли художника, они должны составить смысловой и композиционный центр картины, объединяющей все три фигуры. Аналогичную задачу ставил перед собой и Леонардо да Винче. В близкой по времени "Мадонне Бенуа". В ней Мария протягивает ребенку цветок крестоцвета - символ креста. Но Леонардо этот цветок нужен лишь для того, чтобы создать ясно ощутимую психологическую связь между матерью и ребенком; ему нужен предмет, на котором он может в одинаковой мере сосредоточить внимание обоих и предать целенаправленность их жестам. У Боттичелли ваза с виноградом также всецело поглощает внимание персонажей. Однако она не объединяет, а скорее внутренне разобщает их; задумчиво глядя на нее они забывают другдруга.

 В картине царит атмосфера раздумья и внутреннего одиночества. Этому в значительной степени способствует и характер освещения, ровного, рассеянного, почти не дающего теней. Прозрачный свет Боттичелли не располагает к душевной близости, к интимному общению, в то время как Леонардо создает впечатление сумерек: они окутывают героев, оставляют их наедине друг с другом.

Картины Ботичелли полны символических образов. Картину “Мадонна с книгой” также называют "Мадонна, обучающая чтению младенца Христа". Умение читать во времена всеобщей безграмотности вызывало почтение. Книги были большой редкостью, по большей части научные или богословские.

 Установлено, что книга, лежащая перед Марией – «Часослов Марии», она символизирует авторитет церковного учения.

 Вишни, лежащие рядом с книгой, призваны символизировать обетованный рай, дверь в который открылась для верующих во Христа.

 Гвозди и терновый венец в руках Младенца символизируют предстоящие страдания Спасителя.

Круглая форма дает художнику возможность проводить оптические эксперименты. "Мадонна Магнификат" 1485 года, благодаря особому изгибу кривых линий и общему круговому ритму производит впечатление картины, написанной на выпуклой поверхности;

"Мадонна Магнификат" - "Величание Мадонны" - типичное флорентийское тондо («tondo» - картина или рельеф, круглые по форме, итал.) подчеркивает утонченный характер живописи Сандро Боттичелли. Тондо относится ко времени расцвета деятельности мастерской Боттичелли, когда из нее выходили многочисленные копии его картин, выполнявшиеся учениками Боттичелли по его рисункам и картонам. Прежде всего, это были изображения Мадонны, на которые был огромный спрос. Среди них - этот шедевр.

"Мадонна Магнификат" - самая известная из картин художника на религиозный сюжет, написанных для частных капелл; названа она по первому слову молитвы Богоматери, текст которой хорошо виден на развороте раскрытой книги. Младенец Христос держит в одной руке гранат, а другой водит руку Мадонны, которая вписывает в развернутую книгу начало благодарственной песни (Ев. от Луки I: 46). Двое мальчиков в сопровождении третьего, постарше держат книгу и чернильницу, в то время, как двое ангелов поднимают венец над головою Мадонны.

Эта искусно вписанная в круг композиция - одно из наиболее замечательных созданий мастера. Изысканные линии рук, окруживших фигуру младенца Христа, как бы продолжаются жестом одного из прекрасных ангелов и через руки других персонажей замыкаются на короне Марии. Такое кольцо рук подобно некоему водовороту, в центре которого виден отдаленный мирный пейзаж. Как и в "Мадонне с гранатом" Христос держит в руке плод - символ бессмертия, которое он принесет человечеству.

Лицо "Мадонны Магнификат" отмечено всеми качествами, входившими в культивируемый Боттичелли идеал красоты. Среди них - тонкая светлая кожа и твердое, но изящное строение лица. Выражение чистоты и невинности дополняется оттенком нежности, сквозящим в округленных губах. Густые заплетенные волосы производят земное впечатление, напоминающее об облике крестьянской девушке, однако модные предметы туалета - шарф и прозрачное покрывало - как бы преображают реальную женщину, взятую Боттичелли в качестве модели в идеальный образ Мадонны.

  Лицо Мадонны на его картинах становится бескровным и бледным, глаза — полными слез. Эти лица еще можно сравнить со средневековыми образами Богоматери, но в них нет торжественного величия Царицы Небесной. Это женщины нового времени, много изведавшие и пережившие.

  

 Алтарь Сан Марко (Коронование Марии с ангелами, Евангелистом Иоанном

  (Коронование Марии с ангелами, Евангелистом Иоанном

Одним из самых ярких произведением Боттичелли является "Алтарь Сан Марко" ("Коронование Марии с ангелами, Евангелистом Иоанном и Святыми Августином, Иеронимом и Элигием"), написанный около 1488-1490 годов для принадлежащей ювелирам капеллы в церкви Сан Марко. Капелла была посвящена их покровителю Святому Элигию. Центральная часть алтаря отмечена архаическими чертами: фигуры ангелов и святых резко различаются по масштабу; фантастическая ниша, в которую заключена сцена коронования, контрастирует с более реалистической трактовкой пространственного окружения четырех главных персонажей.

 Вместе с тем в картинах пределлы немало живости в изображении Иоанна среди нагромождения каменных глыб на острове Патмос или Святого Августина в его почти пустынной келье, в лаконичном и напряженном Благовещении, в сцене покаяния Святого Иеронима в скалистой пещере, наконец, в энергичной фигуре Святого Элигия, чудесным образом выковывающего новую ногу лошади, и в необычности ракурса спешившегося всадника в развевающемся плаще. Белая лошадь в этом эпизоде - леонардовский мотив, обретающий, как и всякое заимствование Боттичелли у других художников, характер глубоко личной интерпретации. В картине заключена та напряженная экспрессия, которая заставляет формы сгибаться, приобретать резкие повороты, деформироваться.

 В конце 1480-х годов религиозные образы интимного, камерного плана сменяются в творчестве Боттичелли композициями масштабными, словно обращенными к более массовой аудитории. В решении тем теперь все больше звучат иные интонации, оно наполняется резким Драматическим звучанием. Сам формат произведений Сандро этого периода на религиозные мотивы носит укрупненный характер, что придает им новую значительность. Характерный пример этого типа композиций - алтарь Сан-Марко.

 Если в 1484-1489 годах Боттичелли, кажется, доволен самим собой и безмятежно переживает период славы и мастерства, то "Коронование" свидетельствует уже о смятении чувств, о новых тревогах и надеждах.

 В изображении ангелов много взволнованности, клятвенный жест св. Иеронима дышит уверенностью и достоинством. В то же время здесь ощущается некоторый отход от "совершенства пропорций" (возможно, поэтому это произведение и не имело большого успеха). Нарастает напряженность, относящаяся, впрочем, исключительно к внутреннему миру персонажей и потому не лишенная величия, усиливается резкость цвета, становящегося все более независимым от светотени.

 Несмотря на широкую известность, которой произведение пользовалось сразу после своего завершения, его ждала нелегкая судьба и долгие годы скитаний. С алтаря в капелле церкви оно переместилось в Зал капитула монастыря Сан Марко, оттуда - в галерею Академии во Флоренции и далее, в 1919 году - в Уффици. Только по завершении его длительной реставрации, проведенной в лаборатории при Опифичио делле Пьетре Дуре в 1989 году, можно считать закончившимися топографические перемещения картины. Что касается реставрации, то она лишь отчасти устранила вред, нанесенный великолепному произведению многочисленными путешествиями из одного помещения в другое. Из-за них безвозвратно утрачено первоначальное обрамление алтаря, которое заменила резная рама, происходящая из ныне несуществующей церкви Баттилани. В реставрации картина нуждалась уже с 1830 года (когда она находилась в Академии и ее реставрировал Аччайи) и вплоть до 1921 года, когда ею занялся Фабрицио Лукарини, полностью переписавший зеленое одеяние ангела слева. Но несмотря на эти'работы отслаивание и выпадение красочного слоя продолжалось, что привело к последней, самой полной реставрации, которая, кажется, остановила процесс разрушения картины.

 Сила воздействия этой живописи в значительной мере обусловлена трактовкой небесного видения, насыщенного религиозно-символическими мотивами с апокалиптической окраской. Они навеяны проповедями Савонаролы во Флоренции, которые вскоре привели к политическому перевороту, закончившемуся изгнанием Медичи в 1494 году. Иоанн, автор Евангелия, Посланий и Апокалипсиса, изображенный с поднятой вверх раскрытой книгой (с пустыми страницами, ибо он еще ждет слов Откровения), выступает в композиции фигурой, посредующей между созерцателями видения (Августином, Иеронимом, Элигием) и фантастическим коловращением ангелов вокруг радужной арки из херувимом и серафимов, окаймляющей сцену Коронования Марии. Явление ангелов на фоне золотых лучей, в ослепительном сиянии, среди дождя роз и земной пейзаж с его скалами и пустынным лугом, на котором стоят святые, кажется, подчеркивают контраст между фантасмагорической притягательной небесной реальностью и тяготами мира материального.

 Превосходная реставрация позволяет оценить значимость в творчестве Боттичелли алтаря Сан Марко, который знаменует переход от более реалистических и рациональных изобразительных решений, характерных для живописи кватроченто, к последним произведениям художника.

Картина написана для Гвидо ди Лоренцо, настоятеля Санта Мария дельи Анджели и друга Лоренцо Великолепного.

 В 90-е годы в творениях мастера символика приобретает подчеркнуто мистический характер, на первый план выступают темы морально-этического порядка. В отличие от более ранних картин, в этот период Боттичелли ставит акцент на передаче внутренних чувств героев, а не на внешней парадности.

 "Мадонна под балдахином" - картина-тондо, превосходное по качеству, характерное для позднего периода творчества Боттичелли.

 Под сенью алого балдахина, образующего шатер, края которого поддерживают два ангела, третий ангел подводит к коленопреклоненной мадонне младенца Христа. Невысокий мраморный парапет отделяет первый план от очень тонко трактованного пейзажа со спокойной гладью реки, мягкими извивами холмов.

 Мотив балдахина приобретает особый смысл. Подобный занавес Боттичелли заимствовал из средневековых церковных мистерий, где он трактовался как символ высшей небесной сферы. Это символ святилища, в котором обитает мадонна с младенцем, и мраморный парапет резко отделяет их от остального мира. Cимволом высшего совершенства, не подверженного законам материального мира, становится сама мадонна - "плоть, почти что ставшая духом".

В этой картине еще не исчезли чисто боттичеллевское изящество, тонкость, которые могут служить лучшим свидетельством его авторства. Как Микеланджело создал в своих фресках символ мужественного могучего человека борца, так Боттичелли в своих картинах-поэмах сотворил образ одухотворенной женской красоты.

 В заключение поста хочу привести понравившееся стихотворение Майкова (1859 г.) "Мадонна". Оно не имеет прямого отношения к творчеству Боттичелли, но отражает те чувства, которые человек испытывает при рассматривании изображений Мадонн (по крайней мере, я точно испытываю такие чувства).

Стою пред образом Мадонны:

Его писал монах святой,

Старинный мастер, не ученый;

Видна в нем робость, стиль сухой;

В сегодняшнем рассказе я не отразил такую замечателью картину Боттичелли, как "Благовещение", а также The Virgin Adoring the Child_1480-90_The National Gallery of Art, Washington (вероятно "Поклонение младенцу") и  Madonna and Child and the young St_ John the Baptist_1490-1495_ Tempera on canvas_ Palazzo Pitti, Galleria Palatina, Florence (это не та картина, которая приведена в начале поста). Пост получился и без этого очень громоздкий. Если будет интерес, спрашивайте.

При подготовке поста использованы, кроме указанных в более ранних постах,  следующие материалы :

http://gallery.artsportal.ru/index.php?page=1&template=inner&artist=2&letter=Б

http://bibliotekar.ru/Kboticelli/

http://www.bottichelli.infoall.info/

http://www.abcgallery.com/B/botticelli/botticelli.html