Дым табачный воздух выел.Комната- глава в крученыховском аде.
Вспомни- за этим окном впервые руки твои исступленно гладил.

Сегодня сидим вот, сердце в железе.День еще- выгонишь,может быть,изругав.
В мутной передней долго не влезет сломаная дрожью рука в рукав.

Выбегу,тело в улицу брошу я.Дикий,обезумлюсь, отчаяньем иссечась.
Не надо этого,дорогая,хорошая,давай простимся сейчас.

Все равно любовь моя- тяжкая гиря,ведь висит на тебе,куда ни бежала б.
Дай в последнем крике выреветь горечь обиженных жалоб.

Если быка трудом уморят- он уйдет,разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей мне нету моря,а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.

Захочет покоя уставший слон- царственный ляжет в опожаренном песке.
Кроме любви твоей мне нету солнца,а я не знаю,где ты и с кем.

Если б так поэта измучила,он бы любимую на деньги б и славу выменял.
А мне не один не радостен звон,кроме звона твоего любимого имени.

И в пролет не брошусь,и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать.
Надо мной, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.

Завтра забудешь,что тебя короновал,что душу цветущую любовью выжег,
И суетных дней взметенный карнавал растреплет страницы моих книжек...

Слов моих сухие листья ли заставят остановиться,жадно дыша?
Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг.

(В.Маяковский)