Рабочий день только начинался.
Слэш разлепил глаза и уставился в потолок. Затёкшее за ночь тело неохотливо поддалось его желанию встать. Да и желанием это назвать было трудно. Скорее необходимостью.
Шлёпая босыми ногами, Слэш перебежал из туалета на кухню: почти каждый день опаздываю - никто и не заметит, кофе выпить успею.
Или нет. С грустью и омерзением он рассматривал пустую банку из под кофе. А чай? А, ну да, ещё в прошлом месяце...
Слэш повернулся к холодильнику (кухонька в двухкомнатной квартире размаху не способствовала), открыл его, и почувствовал - еда кончилась. А это значит, что не только еды нет, так ещё и холодильник мыть. Со вздохом решив, что холодильник ему ещё пригодится, и что ещё одного сильного хлопка защёлка не выдержит, он аккуратно, почти любовно притворил его дверь. Пока мама не уехала в нём ещё что-то водилось. С маминым отъездом всё резко начало кончаться. Поэтому Слэш не повторил ошибки и не полез проверять, осталось ли что-нибудь в ящике с макаронами.
Морщась, он решил, что носки ещё денёк потерпят, благо уже пятница, натянул старые кроссовки и вышел на лестницу, захлопнул дверь, вспомнил что оставил ключи дома. Но он не расстроился - на этот случай в коробках у лестницы его ждало решение этой неприятности - второй ключ. Вернувшись, Слэш всё-таки выключил уже почти выкипевший чайник, и пообещав себе быть внимательнее, и не забывать ключи дома, покинул подъезд.
-Драсть, Людмила Николавна, есть новости?
-Да нет, Валерочка, никаких.
-Ну вот и славно. Пойду чая выпью.
-Да, чай это хорошо, только тебя просила зайти Любовь Семённа и Валерий Палыч.
Ну да. Никаких. Только главбух и гендир просили зайти, а так - всё пучком. Буркнув "спасибо", Слэш кинул сумку на стул и побежал в кабинет начальства.
На столе мирно тикали ходики.
-Лерий Петрович, мы с тобой как договаривались?
-...
-Я уже две недели слежу, опоздание на полчаса - самое малое. У тебя что, урезанный график?
-Нет, Валерий Палыч, просто метро у дома закрыто...
Укоризненный взгляд поверх очков, блестящая лысина - всё кажется фрагментами какой-то истории, но не про меня, про кого-то другого...
-Да как же оно может быть закрыто. Остальные-то почему вовремя?
-Моё закрыто...
-Ах да, правильно, я же когда тебя на работу принимал, личное метро выделил, чтоб тебе удобней ехать было!
-Да нет, моя станция...
-Не дорос ещё до своей станции. В следующий раз выговор получишь, за опоздание. Тебе главбух уже 20 минут дозвониться пытается.
-Денег нет на телефоне...
-А зарплата тебе на что? Скажи спасибо, мы тебе транспорт оплачиваем. Чтоб завтра был на связи. Усёк?
Благоразумно умалчиваем о том, что завтра суббота.
-Да...
-Ну так иди. Да, и Лене скажи, пусть чаю сделает.
Выйдя из кабинета на ватных ногах, Слэш пошёл в серверную и рухнул на стул.
-А! Вот ты где! привет! К шефу зайди! Он просил...
-Я УЖЕ от него. Иди ему чай налей.
-Фу, как грубо, а поздороваться?
-Салют!
Повернувшись спиной к Ленкиным прелестям было трудно, но её щебечущий голос напоминал, что есть люди, у которых бывает хорошее настроение, а от этого становилось ещё гаже.
Золотая ручка на двери ещё не была захватана за день, поэтому Слэш охотно приоткрыл дверь.
-Любовь Семённа, звали?
-Да, Лерочка, надо съездить...
-Любовь Семёновна, у меня курсач висит, что ж вы делаете? А ещё мне Валерий Палыч сказал базу доделать, сегодня же!
-Ну ты же у нас курьер? К кому же мне идти? Пойдём к директору, я тебя отпрошу...
При мысли о возвращении к кабинету, у которого рядом с табличкой "Директор" не хватало таблички "Оставь надежду, всяк сюда входящий", Слэш испытал дурноту. Всё-таки из двух зол выбирают меньшее.
-Ладно, что там у вас...
Эх, а он так и не зашёл к Маринке... Ну ничего, поесть успеем, обернуться по любому надо быстро, допстимул, блин...
В сотый раз пожалев, что не курит, Слэш поправил сумку на плече и пошёл в сторону метро. Солнце нещадно пекло голову, и он мечтал если и не о стакане воды, то хотя бы о кепке, благополучно оставленной дома.
-Ну как, всё в порядке?
-Не Любовь Семённа, зря ездил. Не взяли.
-Ох ты ж, Боже ж мой! А что так?
-Печати нету...
-Как нету?...
Оставив бухгалтершу разбираться с помощницей, Слэш направился к Марине.
-Привет!
-О! Слэшик!
У Слэша потеплело в груди. Ему не нравилось, когда его называли по имени. Было в нём что-то противное и скользкое. А ник он выбрал себе сам. Хоть что-то он сам сделал. За квартиру платили родственники, за институт тоже... "Хоть на еду сам заработай" - отрубил отец. Ну конечно, сам без работы, так ещё и здоровый оболтус на шее - это уж слишком.
-Слушай, я это..
-Опять позавтракать не успел?
-Ну, типа того...
-Ща, я из дома пару бутеров взяла...
-Марин, слушай,а зарплата когда будет?
-Обещали в среду...
-Так, может, сходим куда нибудь? Ремонт-то у тебя, вроде, кончился?
Отведя глаза, Марина выложила пакет лапши в тарелку.
-Нет ещё, тогда паркет был, а потом обои... Ну, это сложнее. Вот.
-Ясно...
Не было у неё никакого ремонта. Смысл перекладывать старый паркет, если на новом будут обои резать?
Этот вывод растоптал робкие ростки надежды и хорошего настроения, ещё раз напомнив, что есть люди, у которых с личной жизнью всё хорошо. Ну кто же позарится на такое сокровище как Слэш? Ну, в смысле нормальных людей. Вот то-то и оно, что никто.
Наскоро поев обжигающей лапши, Слэш пошёл пить горячий чай с бутербродам. Посмотрев на Маринку, просветлевшей лицом при мысли об освобождении от его общества, он пообещал заглянуть ещё. Как-нибудь. Затворив за собой дверь, он почувствовал, что в этом здании не осталось ни одного человека, которым ему хотелось бы пообщаться.
Рабочий день только начинался...