Страшное слово - Krebs. Само это слово похоже на рак, обыкновенный, который водится у водоемов - что-то такое скребущееся, приставучее, и ползающее. И смертельно опасное, как болезнь... И звучит мерзко.
Как предисловие: Я ЖЕЛАЮ ВСЕМ ВАМ ЗДОРОВЬЯ. Часто люди его не ценят, не придают ему значение... Но зато когда лишаются его... Будьте здоровы. Не дай Бог заболеть.
Я сегодня была в онкологическом диспансере... Пишу об этом, как о знаменательном событии в своей жизни, ибо ничего подобного больше не видела. В поликлинике сказали, что мне надо к онкологу. Я вообще-то хотела, чтоб мне выписали направление в диагностический центр, но мне сказали: "Тебя оттуда все равно направят в диспансер, езжай сразу туда". Представьте себе: больница находится в самом глухом районе на другом конце города, а записываться по телефону туда нельзя. Только ехать, записываться, а потом еще приходить в назначенный день. Делать нечего - поперлись. На такси, ибо так далеко, что не знаем, как добираться. Два часа по бездорожью. Подлый сцуко-гад водитель на всю катушку врубил шансон, так что я даже плеер посдушать не могла - в голове мешанина. Еду, смотрю в окно: а там деревня. Грязные детишки бегают, козы гуляют, полусгнившие деревянные дома чуть ли не по самые крыши в землю вросли. А дорога-то... Пыль и гравий. Трясло так, что головой о потолок ударялись. Сельская "идиллия" недалеко от продвинутого центра... Жутко там.
Подъехали к самому зданию. Самая дешевая и отвратительная отделка - когда кирпич сверху просто красят краской. Я на дома подобного вида смотреть не могу, сразу так хреново на душе становится, будь то супермаркет или больница, кажется, такой убогий, бедный город, что не могут строить нормальные здания. Это была длинная узкая коробка, выкрашенная в красный цвет, рядом большой корпус с палатами. И много-много машин на стоянке перед входом.
У Готтфрида Бенна есть стихотворение. "Мужчина и женщина идут через барак больных раком".
"Подойди, посмотри на эти рубцы на груди...
Чувствуешь рахитические чётки от опухоли?
Потрогай тихонечко... Плоть мягкая и не болит.
Вот из этой кровоточит, как из тридцати тел.
Ни у одного человека нет столько крови.
А вот этой сначала вырезали ребёнка из поражённой раком матки.
Их заставляют спать. День и ночь.
Новеньким говорят: "Здесь спят и выздоравливают".
Только по выходным в день посещений им разрешают бодрствовать.
Пищу потребляют мало. Спины в пролежнях.
Видишь... повсюду мухи...
Иногда их моют медсёстры. Как моют лавки..."
Когда мы вошли внутрь, я просто не смогу обойтись без мата - я ****ла. У меня челюсть чуть не упала до пола. Представьте: длинный, узкий и очень тесный коридор, покрашенный в облезлый желтый цвет, штукатурка, отваливающаяся кусками, и двери, стелетвшие с петель. В начале коридора, небольшой прихожке, сидела тетка, одетая в армейскую форму и следила, чтоб никто не проходил без бахил. Их можно было купить возле советского гардероба (надеюсь, не стоит описывать, как он выглядит, одним словом - ужасно). На стене в этой тесной прихожке висели плакаты: "У нас самые современные технологии! (перечисление их)", "Профилактика онкологии" (бла-бла-бла), и сидел и шевелил усами таракан. Стояли деревянные лавки... Тут же находилась маленькая лавочка с газетами и иконами.
А на одной лавке сидели мужчина и женщина... Она жалась к нему и плакала...
Мы шли по коридору к регистратуре. Толпы народу. Как в муравейнике, вперед-назад... В регистратуре нас встретили хамки-буфетчицы, который подняли ор из-за того, что мы с полисом, но без паспорта, пускать не хотели. А что мы блять два часа тащились до этой сраной больницы и еще отдали немыслимые деньги за такси (водитель мразь), это их ниипет. Ну так-то их можно понять - с работой в таком месте и с зарплатой четыре тыщи озвереть еще и не так можно.
Было страшно смотреть на пациентов. На костылях, на инвалидных колясках, в основном старики. Особенно запомнились женщина с ногами у слона и молодая девушка, у которой настолько распухли щека и подбородок, что она не могла двигать челюстью, и слюна стекала у нее прямо на футболку... Люди приезжают из всей области. На лестничной площадке пахло тухлятиной вперемешку с лекарствами. Когда поднялись на второй этаж (на прием не пустили, но зашли посмотреть), где врач-консультант, там было людей еще больше, чем внизу. Стулья рядами, как в кинотеатре, и все занято. В коридорчиках люди, в тупиках люди. Спросили, много ли народу к консультанту. Одна женщина хмыкнула и сказала: "Все".
Я выбежала оттуда с вытаращенными глазами, в полном ауте (там еще так воняло, что я чуть не блеванула), и сказала. что лучше сдохну, чем буду лечиться в такой больнице. Мама сказала, что тоже...
Это здание не вселяет надежды. От него веет неизбежностью, гниением и смертью... Раз ты там, ты обречена... Там не лечатся, там помирают.
Приехали в диагностический центр. А там - все сверкает, все выложено красивой плиткой, везде часы и большой телевизор, чисто, улыбчивые тетеньки в регистратуре желают здоровья... Деньги. Записалась к онкологу в субботу. Жаль, что это всего лишь диагностический центр. Если б еще и лечили, цены бы ему не было.
В колонках играет: Das Ich - Schone Jugend

LI 5.09.15