Черт прячет фонарь в мешок, перепутав с луной.
Сумасшедший идет домой. Где-то рок-н-ролл,
и вообще ощущение, что слепой и что слышишь только,
Так, что слух рассекает пространство вокруг на дольки.
Ты не знаешь, который час, говорят - седьмой.


А дома бардак, ты не мыл посуду, не запер дверь,
когда уходил поздно ночью, не знал, зачем,
почему и что дальше, не жди меня, мама, теперь
я иду на восток, там Адам, и Эдем, и еще
эти с крыльями, я ухожу насовсем.

И теперь ты опять открываешь, толкая, дверь.
И темно, и весна прямо в комнате, тихая музыка,
Нет никого, кто сказал бы "привет" или просто "эй"
Или "ну наконец то, всю зиму здесь жду тебя".
Да и в общем не надо, давай, доставай из мешка,
милый друг, и повесь вон туда, над окном, ведь темно, а там лестница.
И фонарь загорается, свет заполняет все, окромя зрачка,
Ты присел прямо на пол, на листья - качает слегка
От весны, от мелодии, от, и до завтра, пока
пусть приснится весенняя музыка или же пусть примерещится.