сразу всплыло:

Гуттаперча (Лев Лосев)

Как осточертела ирония, блядь;

ax, снова бы детские книжки читать!

Сжимается сердце, как мячик,

прощай, гуттаперчевый мальчик.

“Каштанка”, “Слепой музыкант”, “Филиппок” —

кто их сочинитель — Толстой или Бог?

Податель Добра или Чехов?

Дадим обезьянке орехов!

Пусть крошечной ручкой она их берет,

кладет осторожно в свой крошечный рот.

Вдруг станет заглазье горячим,

не выдержим мы и заплачем.

Пусть нас попрекают сладчайшей слезой,

но зайчика жалко и волка с лисой.

Промчались враждебные смерчи,

и нету нигде гуттаперчи.