Представьте себе как выразился бы Черчилль в адрес России узнав, что наши кремлевцы уже переплюнули Сталина в управлении страной
https://www.kommersant.ru/doc/3511763
По данным опроса, проведённого в 2002 году вещательной компанией Би-би-си, Уинстон Черчилль назван величайшим британцем в истории.
18 февраля 1901 года он произнёс свою первую речь в Палате общин о послевоенном урегулировании в Южной Африке. Он призвал проявить милосердие к побеждённым бурам, «помочь им смириться с поражением». Речь произвела впечатление, а произнесённую фразу «будь я буром, надеюсь, что я сражался бы на поле брани», неоднократно впоследствии использовали, перефразировав, многие политики. (Кроме Путина, который после 2014-15гг застыл, оставив в подвешенном состоянии отношения с Западом из-за Крыма, Донбасса и Сирии, а также закоснелых националов)
Черчилль был убеждённым сторонником социальных реформ, проводившихся кабинетом Асквита, в 1908 году он стал инициатором закона о минимальной заработной плате. Закон, принятый подавляющим большинством, впервые в Англии устанавливал нормы продолжительности рабочего дня и оплаты труда.
В 1900 г. Черчилль издал своё художественное произведение, роман «Саврола», повествующий о вымышленной стране Лаурании, где народ свергает диктатора, но завоеваниям масс угрожает заговор коммунистов. В конечном счёте британский флот подавляет восстание в Лаурании.
В 1953 году Черчиллю была присуждена Нобелевская премия по литературе («За высокое мастерство произведений исторического и биографического характера, а также за блестящее ораторское искусство, с помощью которого отстаивались высшие человеческие ценности»). При этом интересен тот факт, что в этот год на рассмотрение Нобелевского комитета были представлены две кандидатуры — сам Уинстон Черчилль и Эрнест Хемингуэй
Черчилль прославился не только как центральная фигура одного из самых драматичных периодов в истории человечества, но и как автор остроумных комментариев, этот период сопровождавших.
Его личная медсестра Дорис Майлз (Doris Miles) в своей книге «Ухаживая за Черчиллем» (Nursing Churchill) перечисляет, что пил пациент в течение дня: шампанское десять унций (около 280 миллилитров), бренди — две унции, апельсиновый сок — восемь унций, виски — восемь унций. Он говорил ей, что не может жить без шампанского, потому что при победе он его заслуживал, а при поражении оно было бы ему необходимо. Неотъемлемой частью имиджа Уинстона Черчилля была сигара. Его биографы утверждали, что в день он выкуривал от 8 до 10 штук, притом что к сигаретам относился с презрением. Даже ограничения на публичное курение, имевшие место на светских и официальных приёмах, не распространялись на него. Черчилль курил до глубокой старости, не обращая внимания на рекомендации врачей.
У Черчилля было своё личное оружие: пистолет Mauser C96, который он использовал во время Англо-бурских войн.
Однако высказывания Черчилля, расходившиеся по всему миру и ставшие частью его наследия (куда попали кроме прочего литературные труды, отмеченные Нобелевской премией),— реакция на самые грозные события ХХ столетия, импульс которым сообщал сам Уинстон Черчилль.
Впервые Черчилль встречался со Сталиным в августе 1942 года и для начала тогда нарисовал советскому лидеру на листке бумаги крокодила. Обсуждался вопрос второго фронта; Черчилль говорил, что ситуацию здесь можно сравнить с крокодилом, нападающим на слона: сначала крокодил укусит «мягкий живот врага» (Средиземноморье), а затем «вцепится в хобот» (во Францию). (Макрон - весь внимание, должен мотать на ус)
В своих мемуарах Черчилль живописует роскошные условия на так называемой ближней даче Сталина, предоставленной в распоряжение высокого гостя. Однако в финальной версии отсутствует эпизод с предполагаемой прослушкой. Черчилль диктовал в своем кабинете на этой даче секретные телеграммы, и помощники доложили: помещение вроде бы слушают. Британский премьер тогда сказал, что этому не верит, но на всякий случай в полный голос выдал несколько неприятных замечаний относительно СССР и так же громко потребовал, чтобы гипотетические тайные операторы перевели его слова на русский и передали Сталину. (Бедный Трамп! Сколько ему еще жить, подвешенному на крючок разведок?)
Черчилль прилетел в советскую столицу 12 августа 1942 года поздно вечером. Первым в ходе визита Черчилля в Москву в 1942 году гостя встретил сталинский нарком иностранных дел Вячеслав Молотов, про которого Черчилль сказал: «Никогда не видел человека, являвшегося бы столь совершенным воплощением робота». Черчиллю сообщили, что встречу со Сталиным можно перенести на следующий день. «Не желаю ждать»,— ответил премьер.
Аудиенция длилась четыре часа, и говорил почти все время британский премьер — объяснял, почему западные союзники СССР не готовы войти во Францию в 1942 году и предпочитают как следует развернуться в Северной Африке. Черчилль решил, что Сталин его понял.
Однако 13 августа, на втором свидании, советский лидер обрушил на Черчилля град обвинений, заявив, что британцы просто боятся немцев и нарушили все свои обязательства. Черчилль вернулся на дачу потрясенный и даже хотел немедленно покинуть Москву. Но потом решил, что Сталин попал под влияние членов Совнаркома, которые, по его мнению, очень влиятельны и не очень искушены в оценке ситуаций на мировой арене,— такой вывод премьер и решил сообщить своему кабинету.
Зато третья встреча (поздно вечером 15 августа) прошла в теплой, дружественной атмосфере, сидели час, после чего Сталин предложил премьеру выпить. На что Черчилль ответил так: «Я принципиальный сторонник такой политики».
Смутные сомнения терзали премьера и в 1943 году на встрече в Тегеране. Черчилль считал, что Сталин и Рузвельт объединились против него. На завершающем банкете 26 ноября Сталин, будучи в приподнятом настроении, в шутку предложил для ликвидации военного потенциала Германии расстрелять 55 тыс. офицеров и инженеров. Рузвельт в тон ему возразил, что тут нужен компромисс и достаточно будет 49 тыс. Черчилль промолчал.
Фото: Николай Власик / Фотоархив журнала «Огонёк»
Зато он не смолчал на банкете в Ялте во время конференции в феврале 1945 года. Франклин Рузвельт произнес тогда тост: «Народ Великобритании в ходе войны проявил чудеса храбрости и стойкости. Поэтому предлагаю поднять бокалы за лидера этой страны, благодаря которому эти чудеса стали возможными,— за короля Георга VI». В этот момент в застольную процедуру вклинился Сталин: «Мы, коммунисты, признаем роль лидеров, но не считаем их главными. Главным в любом случае является народ. Поэтому предлагаю поднять бокалы за героический народ Великобритании».
Черчилль, оскорбленный тем, что тост за его короля переиначили, тут же взял слово: «Я не являюсь коммунистом и даже, как вы знаете, наоборот, всегда боролся с коммунистами. И полагаю, что при всей важности подвига народа не следует умалять роль лидера в истории.
Поэтому, будучи восхищенным беспримерным мужеством советского народа в войне, предлагаю поднять бокалы за лидера СССР, главу Верховного совета, президента Михаила Ивановича Калинина». Сталин выглядел потрясенным. (Наш бы и не поморщился -у нас Россия есть только если есть Путин)
Множество забавных историй с участием Черчилля относится к периоду Второй мировой войны. Британский премьер тогда прославился речами по радио, вдохновлявшими нацию на подвиги. (Чего уже не дождешься от нашего Недвижимого) Эти трансляции пользовались у слушателей грандиозной популярностью. Черчилль говорил в прямом эфире, поэтому важно было не опоздать, чтобы выступление началось в оговоренный и известный всем прильнувшим к радиоприемникам час — в восемь вечера.
Однажды Черчилль, как раз опаздывая на ВВС, решил ехать туда на такси. Выйдя из премьерской резиденции на Downing Street, 10, он попросил помощника поймать машину (сам премьер стоял в сторонке). Помощник остановил такси и показал водителю записку с адресом. «Извини, командир (gov, сокр. от governor.— С. М.),— сказал тот.— Не могу ехать — спешу домой, сейчас по радио будет военная речь мистера Черчилля». Польщенный премьер протянул помощнику банкноту £5 (весьма крупная сумма по тем временам) и попросил объяснить водителю, что ехать необходимо, и побыстрее. «Да за такие деньги я отвезу куда угодно. Пошел он, этот мистер Черчилль, со своими речами! Садись, командир. Какой там адрес?» — проявил сознательность таксист.
Европе и Америке остро не хватает умных, быстрых и решительных политиков типа Черчилля, де Голля, Штрауса, что им нынешие старослужащие типа Байдена, Меркель, дожидающегося назревающего бунта Макрона, что проку от этих слабых правителей во времена, напоминающие времена Мюнхенского сговора. То, что вчера было сказано в Мюнхене - мало и слабо!
"США вернулись на международную арену и более не оставят Европу наедине с угрозами со стороны Китая и России. Об этом заявил американский президент Джо Байден в ходе виртуальной сессии Мюнхенской конференции по безопасности. Его горячо поддержала канцлер ФРГ Ангела Меркель, объявившая о необходимости выработки общей трансатлантической стратегии отношений с Россией. В пользу диалога с Москвой высказался только президент Франции Эмманюэль Макрон. Представителей России на мероприятие не позвали.
Мюнхенская конференция — пожалуй, главный международный форум по безопасности после сессий Генассамблеи ООН. С 1963 года она по традиции проходила в столице Баварии в январе-феврале, но из-за пандемии организаторы решили на сей раз перенести ее (предварительно) на май. При этом ожидалось, что именно на этой площадке представитель новой администрации США — вице-президент или госсекретарь — заявит о восстановлении трансатлантического альянса в том виде, каким он был до прихода к власти предыдущего американского президента Дональда Трампа. Чтобы не откладывать столь долгожданное для европейских союзников США программное заявление, было решено провести специальную онлайн-сессию конференции. Выступить на ней согласился сам Джо Байден."
"Вечером 22 июня 1941 года Черчилль произнёс по радио речь, посвящённую нападению Германии на СССР. Он подчеркнул, что не отрекается от своей негативной оценки коммунизма, но считает Гитлера главным общим врагом, и потому от имени Великобритании пообещал СССР всемерную помощь и поддержку:
Нацистский режим неотличим от худших черт коммунизма. Он лишён каких-либо принципов и основ, кроме ненавистного аппетита к расовому доминированию. Он изощрён во всех формах человеческой злобы, в эффективной жестокости и свирепой агрессии. За последние 25 лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нём. Но всё бледнеет перед развёртывающимся сейчас зрелищем."
"Любой человек или государство, которые борются против нацизма, получат нашу помощь. Любой человек или государство, которые идут с Гитлером — наши враги. (…) Нападение на Россию — только прелюдия к попытке завоевания Британских островов. Без сомнения, он надеется завершить его до наступления зимы, чтобы сокрушить Великобританию до того, как флот и военно-воздушные силы Соединённых Штатов смогут вмешаться. (…) Поэтому опасность, угрожающая России, — это опасность, грозящая нам и Соединённым Штатам, точно так же как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и дом, — это дело свободных людей и свободных народов во всех уголках земного шара."
Британский премьер во время войны прославился речами по радио, вдохновлявшими нацию на подвиги (чего никак не может сделать нынешний лидер России, да у него уже ничего уже и не получится). Эти трансляции пользовались у слушателей грандиозной популярностью. Черчилль говорил в прямом эфире, поэтому важно было не опоздать, чтобы выступление началось в оговоренный и известный всем прильнувшим к радиоприемникам час — в восемь вечера.
Широкую известность получила Фултонская речь (Sinews of Peace), произнесённая 5 марта 1946 года в Вестминстерском колледже Фултона (Миссури). Речь посвящена обоснованию необходимости союза англосаксонских стран для борьбы с советско-коммунистической экспансией. Ключевым в этой речи является пассаж о «железном занавесе», характеризующий сложившуюся после войны ситуацию (а существование железного занавеса для поездок в Европу и Америку, а также распространения информации безусловно существует) :
Тень упала на сцену, ещё недавно освещённую победой Альянса. Никто не знает, что Советская Россия и её международная коммунистическая организация намерены делать в ближайшем будущем и есть ли какие-то границы их экспансии. (…) От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике, через весь континент, был опущен «железный занавес». За этой линией располагаются все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София, все эти знаменитые города с населением вокруг них находятся в том, что я должен назвать советской сферой, и все они, в той или иной форме, объекты не только советского влияния, но и очень высокого, а в некоторых случаях и растущего контроля со стороны Москвы… Коммунистические партии, которые были очень маленькими во всех этих восточноевропейских государствах, были выращены до положения и силы, значительно превосходящих их численность, и они стараются достичь во всём тоталитарного контроля.
В своих мемуарах Черчилль пишет:
Сейчас нам предстоит вскрыть ошибочность и тщетность хладнокровных расчётов Советского правительства и колоссальной коммунистической машины и их поразительное незнание собственного положения. Они проявили полное безразличие к участи западных держав, хотя это означало уничтожение того самого второго фронта, открытия которого им суждено было вскоре требовать. Они, казалось, и не подозревали, что Гитлер уже более шести месяцев назад принял решение уничтожить их. Если же их разведка поставила их в известность о переброске на Восток огромных германских сил, усиливавшейся с каждым днём, то они упустили многие необходимые шаги, которые следовало предпринять при этих обстоятельствах…
…Война — это по преимуществу список ошибок, но история вряд ли знает ошибку, равную той, которую допустили Сталин и коммунистические вожди, когда они отбросили все возможности на Балканах и лениво выжидали надвигавшегося на Россию нападения или были неспособны понять что их ждёт. До тех пор мы считали их расчётливыми эгоистами. В этот период они оказались к тому же простаками. Сила, масса, мужество и выносливость матушки России ещё должны были быть брошены на весы. Но если брать за критерий стратегию, политику, прозорливость и компетентность, то Сталин и его комиссары показали себя в тот момент Второй мировой войны совершенно недальновидными.
Серия сообщений "Деятели":
Часть 1 - Марки США. Общественные и государственные деятели 1
Часть 2 - Марки США. Общественные и государственные деятели 2
...
Часть 14 - Новый год и Сингл Белл. Колокольчики
Часть 15 - Волшебник Уолт Дисней
Часть 16 - Представьте себе как выразился бы Черчилль в адрес России узнав, что наши кремлевцы уже переплюнули Сталина в управлении страной
Серия сообщений "Нобелевские лауреаты":
Часть 1 - Лауреаты Нобелевских премий. 1
Часть 2 - Первые Нобелевские и первые нобелевцы
...
Часть 18 - Давайте почитаем Герцберга, чтобы посмотреть не касался ли он коронавируса в своих работах
Часть 19 - Созвездия Проксима Центавра находятся всего в 4.6 световых года от Солнца и народ начал гадать как бы туда добраться
Часть 20 - Представьте себе как выразился бы Черчилль в адрес России узнав, что наши кремлевцы уже переплюнули Сталина в управлении страной
Серия сообщений "Воспоминания":
Часть 1 - Супостаты разведок-Лоуренс Аравийский и Алоиз Мусил. Столетие боев за Дамаск.
Часть 2 - Катастрофа в Чернобыле, Ликвидаторы: сплав науки и интеллекта
...
Часть 35 - Автора...!!! Уютные рассказы
Часть 36 - Паустовский: воспоминания о Куприне, порте и Одессе. Гамбринус
Часть 37 - Представьте себе как выразился бы Черчилль в адрес России узнав, что наши кремлевцы уже переплюнули Сталина в управлении страной
Олесунн
Подлинная речь Ленина очевидцам не запомнилась. Журналист-революционер Константин Еремеев вспоминал: "Я стоял вблизи, у самого броневика. Я хорошо видел оратора и отчетливо слышал его слова. Но в памяти у меня нет его слов. Я их забыл - я помню многое из позднейших речей Ильича, помню дословно ряд выражений, слышанных в другой обстановке. Но этой первой речи я не помню - думаю, что и никто не помнит".
Художники Осиповы.
