Сохрани тебя Бог... |
Сохрани тебя Бог. И не только, конечно, Бог – сохрани тебя всё, что может тебя хранить.
Этот грёбаный мир пока не настолько плох, чтоб совсем оборвать непрочную эту нить,
что связала меня с тобой; но ещё чуть-чуть – и окажемся мы на разных концах Земли.
Что-то станет опорой – дай Бог – твоему плечу, и останется мне скучать. А ещё – молить
тормоза машин – чтоб они не давали сбой, и замок – чтоб закрыл ворота в безлюдный парк,
и удачу, конечно, – чтоб вечно была с тобой, и носки – чтоб они не теряли фабричных пар,
маяки – чтобы ты никогда не бродил во ржи, фонари – чтоб светили даже в глухую ночь,
и ещё – чтоб тебе не осточертело жить. Помоги тебе всё, что может тебе помочь.
Я прошу для тебя огня, чтобы руки греть, я прошу, чтоб на все твои письма пришёл ответ,
я прошу все лампы в доме твоём гореть, чтобы ты возвращался с работы в тепло и свет,
чтобы чайник, вскипая, издал долгожданный вздох, чтоб она умела любить тебя и шарлотку печь.
Сбереги тебя Бог. И не только, конечно, Бог – сбереги тебя та, кто сможет тебя сберечь.
(Евгения Офимкина)
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
|
Без заголовка |

|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |


|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |

Господи, хранящий наши локоны
в трубочках желтеющих газет,
в лицах наших, временем простеганных,
видящий лишь детский первосвет -
с нашими нелепыми проказами
и смешной картавостью речей,
мы в тебе остались ясноглазыми,
с розочкой прививки на плече...
Все женаты, все немного холосты,
каждый безнадежно молодой -
Девочки бальзаковского возраста,
Мальчики с седою бородой,
мы растем - но как-то очень медленно,
и не выше горестей и лжи...
Где-то там постель уже постелена -
только не спеши нас уложить:
мы еще не все надули шарики,
и не пролистали лучших книг...
Ладно. Только ты держи нас за руки.
Только не гаси пока огни...
(Анна Полетаева)

Только не гаси пока огни...
Представь нашу встречу в остывшем саду,
На синей скамейке у желтого клена...
Я в черном плаще с капюшоном приду,
А ты в серой куртке и кепке с помпоном.
И будешь стесняться ты кепки своей –
То снимешь ее, то наденешь обратно,
И будешь себя ощущать, как в фойе
Во время антракта в театре заштатном.
А я улыбнусь тебе – жалко и вскользь,
И ногти на пальцах моих посинеют...
Так долго с тобою ходили мы врозь,
Что вместе нам странно, и губы немеют.
Но вот, наконец, и слова я найду,
Придвинешься ты – мы же близкие люди...
Представь нашу встречу в остывшем саду...
Представил? Отлично. Но встречи не будет.

|
|
Без заголовка |

Я так любила «Танго Соловья»,
Что заиграла бедную пластинку.
Вот вижу эту давнюю картинку
Как млею,
слёзы сладкие лия,
Под музыку, что вся – для нежных душ,
Для грёз туманных девочки-подростка,
С которой вскоре обошлись так жёстко,
Прикрикнув грозно:
«Боже! Что за чушь?
Неужто это нравится тебе?!
Ты в музыке совсем не знаешь толка».
Чужой рукой задетая иголка
Прошлась, как по пластинке,
по судьбе,
Внимать заставив музыке иной –
Отчаянной, счастливой, безнадёжной,
Как встреча
судьбоносная, тревожной
И горькой, как рыданье за стеной.

|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
|
Без заголовка |
|
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|