Вот информационная сводка одного дня. Четверг, 27 мая, обычное утро в России.

 1. Число жертв теракта в Ставрополе возросло до семи человек.

 2. Возбуждено дело о попытке подрыва милицейской машины в Нальчике.

 3. Направлено в суд дело об организации взрывов на территории Сочи в 2008 году.

 4. В Дагестане обезврежено взрывное устройство мощностью 30 кг тротила.

 5. В Ингушетии обезврежен заминированный автомобиль.

 6. В Кабардино-Балкарии подорван автомобиль ДПС: два милиционера ранены.

 7. Более 30 человек остаются в больницах после теракта в Ставрополе.

Граждане, это — война. Это война, которую ведет наша страна и, следовательно, мы с вами. Это война, на которую идут наши с вами деньги – огромные деньги. Это война с целями, о которых мы ничего не знаем. Ни в какой форме мы ни разу не голосовали за эту войну. Ни в какой форме нас ни разу не спрашивали, хотят ли русские этой войны. Всех людей, которые могли и хотели сообщить нам правду об этой войне, убили. На Северном Кавказе уже давно нет ни одного зарубежного корреспондента. Все, кто имеет доступ к истинному состоянию дел в регионе, цинично лгут. 

В центре Москвы на бронированных «мерседесах» с мигалками разъезжают люди, чьи образ жизни и образ мыслей чужды подавляющему большинству россиян. Вчера они были бандитами. Сегодня они депутаты, но по-прежнему стреляют друг в друга из автоматов, а нас безнаказанно давят пуленепробиваемыми колесами. Парламентской неприкосновенностью в нашей стране пользуются те, кто открыто признавался в пытках и бессудных расстрелах сограждан. Об истинной роли этих людей в этой войне мы ничего не знаем. О происхождении их вызывающих оторопь богатств – тем более.

Мы ничего не знаем и про мысли и чаяния простых чеченцев. Смогут и захотят ли они жить в России после такой войны? Смогут и захотят ли жить после войны в такой России? Если захотят, но не смогут, то сколько миллиардов рублей и долларов нужно для того, чтобы они захотели? А если смогут, но не захотят, то сколько тонн бомб и снарядов нужно сбросить на их головы, чтобы они смогли?

Ответы на эти и подлобные вопросы требуют глубокой и разнообразной исследовательской работы, но значение их не только познавательное. Если называть вещи своими именами, то страна наша нища, косна и отстала, а вослед за истощением фондов неумолимо следует дефицит бомб.

Наша армия плохо вооружена, она не хочет и не умеет воевать. Наши «органы» хвастливы, продажны и беспомощны. Наша дипломатия беспросветна. Наше высшее руководство ставит рекорды авантюризма. Впечатление такое, будто из всех интеллектуальных упражнений им доступно только «очко». Это ж надо так считать варианты, чтобы из чеченского огня – да в цхинвалское полымя. Чтобы из купленной, но все еще не оплаченной Олимпиады в Сочи – в беспросветную долговую яму мирового чемпионата по футболу, для которого у нас нет ни тренеров, ни гостиниц, ни даже приличной травы. Чтобы из безнадежного Тольятти тащить, со страшной скидкою, никому не нужную на Дальнем Востоке рухлядь.

 

В ежедневные, ни на час не утихающие бои этой войны нас ведут полководцы-самозванцы. Никогда и ничем не доказали они своего права возглавлять Россию. Нам не известен ни один убедительный пример их личной отваги, государственного ума, политической проницательности. Они самовлюбленны, косноязычны и серы. Они до сих пор не в состоянии рассчитаться на «первый-второй». Весь мир потешается над странным механизмом российской власти: никогда не знаешь, какая из кукушек высунется в окошке и что именно она прокукует.

Они возникли ниоткуда и, похоже, уйдут в никуда. Первая выборная должность В. Путина – президент России. Первая выборная должность Д. Медведева – тоже президент России. Хоть бы старостой в классе кого-нибудь из них избирали для приличия, так нет. Эти люди никогда и ни за что перед нами не отчитывались. Ни за Португалию, которую так и не перегнали. Ни за придурковатую «диктатуру закона». Ни за провальные нацпроекты с их целебными таблетками и доступным жильем, теперь уже навсегда канувшими в небытие. Ни за четыре «И», которые, как на миг показалось, сулят нечто новенькое, а на поверку обернулись просто монологами ишака, известного из кино про Хаджу Насреддина.

Свои маршальские жезлы оба тандемщика нашли не в солдатских ранцах, а под кремлевским ковром. Запах пороха они знают понаслышке. В принципе, ничего особенного. В любой демократической стране гражданские, избранные политики велят военным, куда и когда стрелять. Особенность кремлевского «ноу-хау» состоит в том, что нашим генералам велят, из каких автоматов стрелять, как надлежит прицеливаться и куда всовывать патрон. Впрочем, может, дело не в автоматах, а в генералах…

Война – тяжкое испытание для всей нации. Жестокой и неумолимой проверке подвергаются многие государственные конструкции. Уже ясно, что хваленая вертикаль не стала орудием победы. Не хочется вновь поминать столбовой сортир путинского возмездия, уж больно затрепана великая цитата. Но нельзя не подчеркнуть, что страна так и не получила более внятного объяснения стратегии и тактики, которых намерены придерживаться наши Вооруженные силы и правоохранительные органы для того, чтобы вернуть стране мир. Народ России отстранен от принятия решений, связанных не только с боевыми действиями, но и вообще с политикой на Кавказе. Нам разрешают только жертвовать сыновьями на поле боя, а также дочерьми и внуками – в московском метро или у дворца культуры в Ставрополе. А также платить из казны по счетам тех несчастных чеченцев, которые неизменно выигрывают все судебные процессы в Европейском суде. Впрочем, по сравнению с размахом коррупции, все это – мелочь.

Есть много причин, по которым группа Путина должна быть отстранена от власти. Наряду с провалами в экономике, ужасным нравственным состоянием нации, её международной репутацией, хуже которой просто трудно придумать, кавказская война представляет собою реальную угрозу самому существованию России. Семьи и отдельные люди теряют родных и близких. Народ теряет веру. Сначала он теряет веру в безопасность метро и областного дворца культуры. Потом – в справедливость суда и неприкосновенность собственности. Потом – в то, что правительство думает о нем, а не только само о себе. Потом народ теряет почву под ногами и, разворачивая утреннюю газету, недоуменно повторяет слова из старой солдатской песенки: где же наши деды, славные победы? И не находит ответа.