Мы оставляем следы на гладкой поверхности воды, которая на самом деле всего лишь покрашенная в сине-зеленый цет фольга. Мы пытаемся жить так, будто ничего не происходит вокруг, смотреть на мир сквозь цветные стекла и видеть нечто, что невозможно описать, можно только почувствовать.
Мне кажется, что уже никакие слова не смогут поднять человека выше по лестнице мечты, сложенной из детских ценностей вроде старых оловянных солдатиков, цветных фантиков от жвачек, старых порваных бус и рисунков, где у людей нет носов и тела напоминают соединенные треугольники. Быть может, все эти глупости, составляющие жизнь каждого ребенка, и являются самыми ценными сокровищами этого, одновременно стремящегося к совершенству и деградирующего, мира?
Самое чистое и самое эгоистичное счастье может быть только когда ты видишь мир таким, каким он и является, когда тебе не нужно вешать фальшивую цветастую ширму, которая спасет душу от тоски и сделает блики на серых стенах живыми и яркими. Когда ты идешь по улице и тебе совершенно все равно что прохожие смотрят на тебе и умиляются «какая сипотичная маленькая куколка в голубом платье идет с родителями по улице», потому что ты полностью утоплена в мире, потому что к одной руке за веревочку привязан воздушный шарик, а в другой ты держишь палочку с сахарной ватой, и потому что папа пообещал что покатает тебя на шее на обратном пути…
И даже когда тебе грустно, то от того, что на улице дождь и пойти купаться на озеро не получится, или что ты снова пролила чай на свеже-выстиранную скатерть и теперь не получишь конфету перед сном.
И тебе совершенно не важно, что ты чумаза хуже трубочиста, и что коленки снова разбиты, ведь ты только что каталась на велосипеде и случайно врезалась в свою блондинистую подружку, а еще вы успели поиграть в «вышибалу» и поэтому синяки от мяча остались на руках и ногах, зато потом вы построили огромный замок из песка и поселили там двух улиток и трех лягушат….
Но все таки без этой ширмы от нас бы совсем ничего не осталось, у кого-то она тоньше и прозрачней, как тюль, а у кого-то она подобна тяжелым занавескам с пушистыми кисточками на тесемках