- Хочешь опять расспросить, что случилось?

  

  - Ты же знаешь, что меня интересует, почему ты так живешь?

  

  - Не только я. Так живут все. Да и разве назовешь ЭТО жизнью? - с грустью произнесла бредущая девушка.

  

  - А что тебе не нравится?

  

  - ЧТО? Ты меня спрашиваешь что? Да оглянись, как и где я ... - голос дрогнул, - где мы - люди, пребываем... Это же свалка! Все своё ничтожное существование, я помню этот мусор, и ничего больше, НИЧЕГО! - Девушка захлебнулась слезами. Проходя мимо старого колеса, она со злобой пнула его ногой.

  

  - Ничего? А родители? Как же они?

  

  Сердце плачущей сжалось.

  

  - Родители... Нет, те люди, которых я знала, не любили меня. Они мне никто! Они бросали меня на целый день одну.

  

  - Но они оставляли тебя, что бы найти еду.

  

  При слове "еда" боль в желудке стала невыносимой и девушка согнулась. Но она уже привыкла к вечному чувству голода, и поэтому двинулась дальше.

  

  - А почему они меня не брали с собою? - с обидой спросила она.

  

  - Искать еду тяжело, тебе было бы сложно.

  

  - Да, сложно, но я тогда знала бы где и как ее искать! Я бы знала куда идти ... когда осталась одна.

  

  - Почему ты к ним так жестока? Ведь знаешь, что они были больны.

  

  - Но откуда ты знаешь?

  

  - Сама мне рассказывала.

  

  - А мне рассказал Петрик. Он когда-то знал их.

  

  - Родители любили тебя.

  

  - Еще они очень любили друг друга. Я это знала, я видела, понимала, когда была еще совсем ребенком. У них так горели глаза, в них столько было тепла, ласки, любви... - с нежностью и грустью сказала девушка.

  

  - А что с ними случилось?

  

  - Они ушли и не вернулись. Я не знаю, что произошло...

  

  Она действительно не знала. Родители ушли утром как обычно, и больше не пришли.

  

  - А ты говорила, что не помнишь их. Ты соврала.

  

  - Мне так легче. Когда я убеждаю себя, что они не любили меня, то я не так скучаю по ним.

  

  - Жестоко...

  

  - Не я такая, а судьба у меня. Жаль, я не выбирала когда родиться... ведь была бы совершенно другая жизнь... А не эта...

  

  Худая, изголодавшаяся девушка, с темными кругами под глазами, и с красными обмороженными щеками, пробиралась среди гор техники. Разве она может что-то сделать? Что-то изменить? Разве у нее есть выход? Раз была рождена, так борись, выживай...

  

  - А ты знаешь, что было до этого ВСЕГО?

  

  - Мне рассказывал Петрик, что была ЖИЗНЬ! Люди жили в домах, а в холодильниках всегда была еда. На улицах росло много огромных зеленых кустов, вроде такого как за пару миль отсюда когда-то видели... Вот это называлось жизнью. Улыбки, смех, радость... - в каждом произнесенном слове была печаль, в каждой фразе - несбыточные мечтания.

  

  - А откуда Петрик знает?

  

  - Он рассказывал, что нашел когда-то альбом. И там было много цветных картинок, которые отражали солнце. Эх, жаль, потерялся альбом.

  

  - Жаль... А кстати, как ты познакомилась с Петриком?

  

  - Случайно. Я далеко отошла от места, где обычно искала пищу... - желудок при этих словах опять судорожно сжался, - и увидела его. Подошла, мы познакомились. Я рассказывала ему, где жила, а он рассказал, что когда-то знал девушку и парня с той местности, откуда я. Но потом влюбленная пара пропала.

  

  - Это были твои родители?

  

  Девушка, помедлив, кивнула.

  

  - Грустно... - подвел итог собеседник. - А ты знаешь, куда пропали все люди? Что случилось?

  

  - Технический прогресс, - с трудом выговорила девушка. - Люди делали все больше и больше техники, бесконечно совершенствуя её. Постепенно машины стали вытеснять своих создателей, заменяя их в быту, в производстве.

  

  Девушка зацепилась за телевизор и поранила колено. Закусив губу от боли, она вытерла кровь грязной рукой. Тут ее внимание несчастной привлек коробок, который лежал около разбитой микроволновки.

  

  - Кажется, это называется спички.

  

  Девушка подняла коробок и заглянула в него:

  

  - Последняя осталась.

  

  - Одна, все ж лучше, чем ничего, - подметил собеседник.

  

  Взяв около обломков кондиционера треснутую глиняную чашку и кусок бумаги, девушка подошла к холодильнику и залезла в него.

  

  Вытянув спичку, чиркнула ею по коробку и кинула все в чашку. Бумага загорелась, пошел дым.

  

  - Тепло... Запах... такой странный запах... А интересно, как пахнет еда. НАСТОЯЩАЯ, ВКУСНАЯ еда?

  

  - Бедная девочка. И чего добились люди?

  

  - Они хотели облегчить себе жизнь, а в результате... уничтожили саму жизнь. Раньше выбрасывали старую технику, а потом... А потом на свалке оказались люди... Ведь они уже не нужны технике, она сама живет, развивается, плодится... У нее свои планы, и в них нет такой ничтожной мелочи как человек...

  

  - А откуда ты знаешь?

  

  - Мне рассказывали другие, такие как я.

  

  - Другие? А они еще есть?

  

  - Были... - тяжело выдохнула девушка, разгоняя дым, а вместе с ним - чужой голос, голодный бред.

  

  - А что с ними случилось? - отозвалась пустота.

  

  - Они умерли ... все умерли...

  

  - А Петрик? Что с ним? Где он? Ты ведь его любишь?

  

  - Я его... любила.

  

  Девушка откинула чашку от себя.

  

  - А что с ним случилось?

  

  - Он... он... тоже умер, - еле слышно прошептала девушка сквозь слезы. - Его больше нет... Их всех нет... Они все умерли!

  

  - Но может, найдутся еще люди?.. Вдруг все когда-нибудь наладится?

  

  - Нет... - дрожа от холода и боли, тихо сказала она.

  

  - Но ведь главное верить и надеяться! Слышишь?! Ведь надежда умирает последней! - кричала пустота.

  

  - Значит, я умираю? Как хорошо... Я - Надя... умираю последней...

  

  Голод вцепился в измученное тело и вынул душу из бедняжки...

  

  И лишь птицы летают над свалкой. Кружатся над полем боя... Боя между техникой и людьми...