Решили с приятелями отдохнуть пару-тройку деньков от городской суеты. Отправились на дачу. И ведь договорились отдохнуть чисто мужской компанией – пиво, бильярд, банька, но хозяин дачи приехал с женой, сказав, что она уедет вечером. А с женой увязалась к нам её подруга Жанна. День прошёл незаметно, с вечерней зарёй Ольга, супруга хозяина дачи, собралась в город, но сердце Жанны требовало продолжения банкета, тем более, что, изрядно захмелев ещё днём, она не давала прохода Димке (одному из пяти представителей мужского населения дачи). И она осталась. Дабы прелестница не смущала нас своей несвязной речью, её, обездвижив контрольным коктейлем в печень, отнесли спать, а сами продолжили веселье. Глубокой ночью разошлись по кроватям, а Димка отправился в город зачем-то.
И вот, середь ночи, меня будят недвусмысленные звуки парного удовольствия. Зарылся поглубже в подушку, спросонья думая: «Добралась-таки Жанка до Димки…», вновь задремал, тем более, что апофеоз шума прошёл и в темноте едва слышалось бормотание «влюблённых». Но, не тут-то было… Спину обожгло холодом приподнятого одеяла и тут же бросило в жар от распалённого женского тела. Пламя дыхания скользнуло по уху и…
- Как же хорошо, Дима - промурлыкала Жанна, приходя в себя от безумства близости.
- Хорошо, - признался я, - только я не Дима…
- Что? И ты не Дима?... (и растеряно), а где Дима?
Тут до меня доходит вся нелепость ситуации. Дима-то уехал, но тот, кто был с Жанной до меня не признался в этом… Дальше говорил уже не я, а вылезшая из-под камня в душе, мужская «солидарность»:
- Не знаю, может наверху… Я рано лёг…
- Прости, и… не рассказывай никому о нас, пожалуйста.
- Конечно не расскажу.
Она ушла… Наверху ещё дважды слышалась возня – заклинивший на Диме пьяный мозг женщины делал своё чёрное дело…
А утром мы были обкиданы посудой, двое исцарапаны и все покрыты таким восьмиэтажным..., потом Ольга закатила скандал мужу, а ведь договаривались: «В чисто мужской компании».