Синдарин был основным языком эльфов Средиземья, живым местным диалектом Серых эльфов или Синдар. Его можно назвать самым выдающимся потомком языка известного как «общий телерин» (Common Telerin), который, в свою очередь, был ветвью «общего эльдарин» (Common Eldarin) – прародителя для квенья, телерин, синдарин и нандорин. "Изначально сероэльфийский был родственен квенья", – поясняет Толкин, – ибо это был язык тех Эльдар, кто, направившись к морским границам Средиземья, не уплыли, но осели на берегах в районе Белерианда.
Их королем был Тингол Серый Плащ из Дориата, и за долгое время сумерек их язык ... далеко отошел от речи Эльдар, живших за Морем" (LotR Appendix F). О синдарин сказано, что из эльфийских языков Средиземья он сохранился лучше всех (PM:305); несмотря на самые радикальные, по сравнению с другими эльфийскими языками, изменения – о нем мы имеем наиболее обширные сведения: "Язык Синдар активно изменялся, постепенно и незаметно вырастая, как неуловимо меняется дерево: речь Смертных, не имеющая письменности, вполне вероятно, смогла бы настолько же измениться лет за пятьсот, и даже больше. Ещё до Восхода Солнца звук этой речи стал весьма отличен [от квенья], а после Восхода изменения ускорились, с приходом Второй Весны Арды – стали стремительными" (WJ:20). Путь от общего эльдарин до синдарин подразумевает более серьезные изменения, нежели путь от общего эльдарин до квенья, или аманского диалекта телерин. Толкин полагал, что синдарин "изменился из-за изменчивых смертных земель" (LotR Appendix F). Это не говорит о том, что изменения были хаотическими и неопределенными – они, как раз, имеют четкую систему, но эти метаморфозы поразительным образом повлияли на общий строй и «музыку» языка. Наиболее фундаментальные из них – это выпадение конечных гласных, переход глухих взрывных p, t, k в звонкие b, d, g в позиции после гласного, переход звонких взрывных в этой же позиции в щелевые (за исключением g, который вообще исчез) и многочисленные изменения гласных, часто путем ассимиляции (уподобления) другим гласным. В PM:401 читаем: "развитие синдарин задолго до прихода изгнанников-Нолдор стало результатом постепенных изменений, подобно языкам Людей". Говоря о значительных изменениях, Толкин здесь же отмечает, что "тем не менее, это был красивый язык, под стать тем лесам, холмам и побережьям, где он обрел свою форму".
Ко времени возвращения Нолдор в Средиземье Синдар развивались независимо уже около трех с половиной тысячелетий, и классический синдарин к этому моменту сформировался окончательно (его развитие, несомненно, вошло в более или менее стабильную фазу, несмотря на утверждение Толкина, что после Восхода Солнца все стало меняться очень быстро, изменения, происходившие в течение следующих семи тысяч лет, до самых дней Фродо, были весьма незначительны по сравнению со стремительным развитием в предшествующие три тысячелетия).
В Первую Эпоху в синдарин существовали различные диалекты: архаичный язык Дориата, западный диалект «фалатрим» (Falathrim) или речь "Народа Побережья" и северный диалект «митрим» (Mithrim). Нельзя сказать с уверенностью, какой из них послужил основой для синдарин, на котором говорили в поздние эпохи, но очень возможно, что это – язык фалатрим, поскольку Дориат был разорен, а то немногое, что мы знаем о северном синдарин, позволяет предположить, что он отличался от языка, на котором говорили во времена Фродо (к этому диалекту принадлежит название Hithlum, см. WJ:400.).
Сначала Нолдор и Синдар не понимали друг друга: слишком далеко разошлись их языки за время долгой разлуки. Нолдор быстро освоили синдарин и даже начали переводить свои квенийские имена на наречие Серых эльфов, ибо "им казалось абсурдным и даже отвратительным в повседневной жизни звать тех, кто говорит на синдарин, именами, построенными по совершенно иным лингвистическим принципам" (PM:341). Иногда имена переводились очень тщательно, как, например, имя Алтариэль (Altariel), историю которого Нолдор, должно быть, проследили до его гипотетической общеэльдаринской формы *Ñalatârigellê, а затем восстановили ту его форму, которая могла бы развиться естественным путем из этого древнего имени в синдарин, и получилось имя Галадриэль.
Не всегда к именам подходили с такой дотошностью. Такое знаменитое имя, как Феанор (Fëanor), на самом деле всего лишь компромисс между чисто квенийским Fëanáro и "правильной" синдаринской формой Faenor ("правильной" потому, что так звучало бы на синдарин древнее *Phayanâro, если бы такое имя действительно существовало в общем эльдарин). Некоторые имена, например, Turukáno или Aikanáro были просто "синдаризованы" по звучанию, невзирая на то, что получившиеся формы Тургон (Turgon) и Аэгнор (Aegnor) в сероэльфийском не имеют никакого смысла (PM:345). Многие имена переводились в самый ранний период, когда Нолдор ещё не разобрались во всех тонкостях синдарин, – так что переводы "часто были неточными, то есть не всегда соответствовали друг другу в смысловом отношении, и эквивалентные элементы не всегда были ближайшими квенийским синдаринскими формами (PM:342).
Однако Нолдор, всегда готовые к лингвистическим изысканиям, вскоре в совершенстве овладели знанием синдарин и точно проследили его родство с квенья. Через 20 лет после прихода Нолдор в Средиземье, во время Mereth Aderthad или Пира Воссоединения, "даже Нолдор говорили в основном на языке Серых эльфов, ибо они быстро выучили наречие Белерианда, в то время как Синдар овладевали языком Валинора медленно" (Silmarillion, гл.13). Как разговорный язык rвенья в конце концов запретил Тингол, когда узнал о том, что Нолдор убили многих Тэлери и захватили их корабли, чтобы вернуться в Средиземье: "Да не услышу я боле наречия тех, от чьей руки погибли мои родичи в Альквалондэ! И да не будет оно звучать открыто в моем королевстве". И в результате "Изгнанники стали использовать в своей повседневной жизни cиндарин" (Silmarillion, гл.15). Похоже, указ Тингола только ускорил процесс: уже отмечалось, что многие Нолдор к тому времени говорили на cиндарин.
Прошло время, и в Белерианде появились смертные Люди. Приложение Е к ВК (LotR, Appendix F), а также UT:216, сообщает нам, что "из всех людских племен только Дунэдайн (Dúnedain) знали эльфийский и говорили на нем, ибо синдарин выучили их праотцы и передавали его своим детям как сокровенное знание, так что он мало изменился за прошедшие годы". Возможно, именно Дунэдайн привели синдарин в стабильную фазу, по крайней мере, тот синдарин, на котором они говорили между собой (в UT:216 утверждается, что синдарин, на котором говорили Люди, "постепенно отдалялся от эльфийской нормы, превращаясь в диалект"). Но чем бы ни стал "людской" синдарин в более поздние годы, в Первую Эпоху "многие [Эдайн] быстро овладевали речью Серых эльфов не только потому, что желали постичь мудрость Эльфов, но и чтобы использовать этот язык как разговорный" (Silmarillion, гл. 17). В конечном итоге, некоторые Люди знали синдарин не хуже Эльфов. Знаменитая лэ (т.е «баллада» – от англ. “lay”) Narn i Chîn Húrin (именно так это правильно произносится) была создана поэтом из Людей по имени Диравэль (Dírhavel), "но Эльдар высоко ценили её, ибо Диравэль сложил её на языке Серых эльфов, в котором достиг большого мастерства" (UT:146, с другой стороны, люди Халет учили синдарин без особого рвения или вообще не учили, см. UT:378). Турин выучил синдарин в Дориате, некая Неллас (Nellas) "научила его говорить на синдарин на старинный лад, как было принято в древнем королевстве, речь эта была учтива и насыщена красивыми словами и выражениями" (UT:76).
Сами Эльфы на протяжении Первой Эпохи говорили на синдарин. Можно подумать, что в отдаленных поселениях Нолдор, таких, как Гондолин, Нолдор могли возродить квенья в качестве разговорного языка, но, за исключением королевского дома, это не так: "Ибо для большинства жителей Гондолина [квенья] стал языком книг, и в повседневной речи они, как и другие Нолдор, испльзовали синдарин (UT:55). Туор слышал, как Стражи Гондолина сначала говорили на квенья, а затем "на языке Белерианда [на синдарин], хотя звучал он несколько странно на его слух, как будто те, кто говорил на нем, долгое время жили отдельно от своего народа" (UT:44). Даже квенийское название города Ondolindë встречается только в синдаризованной форме Гондолин (Gondolin) (а ведь это просто адаптация, а не настоящий синдарин, протоэльфийское *Gondolindê дало бы **Gonglin).
В войнах Белерианда погибли многие носители синдарин, но, наконец, в Войне Гнева, с помощью Валар, Моргот был повержен. В конце Первой Эпохи многие Эльфы ушли на Эрессеа, и по всей видимости с тех пор синдарин стал разговорным языком не только в Средиземье, но и в Благословенных Землях (отрывок из «Акаллабет» (Akallabêth), цитируемый ниже, сообщает, что нуменорцы разговаривали с Эльфами Эрессеа на синдарин). Желая вознаградить Эдайн за все их страдания и беды во время войн против Моргота, Валар возвели для них остров посреди моря, и Люди пришли в свой новый дом, следуя Звезде Эарендиля, и основали королевство Нуменор.
В Нуменоре синдарин был широко распространен: "Эти люди продолжали говорить на своем родном языке, но их короли и князья знали также и эльфийскую речь, которой научились в дни союза с Эльфами, и они по-прежнему поддерживали отношения с Эльдар: как с теми, кто приплывал с Эрессеа, так и с эльфами западного побережья Средиземья" (Akallabêth). Потомки дома Беора (Bëor) использовали синдарин даже в разговорной речи (UT:215). И хотя для большинства нумнорцев родным был адунаик (Adûnaic), синдарин "так или иначе знали почти все" (UT:216). Но времена изменились. Нуменорцы начали завидовать бессмертию Эльфов, и в конце концов отвернулись от Амана и Валар, с которыми издревле поддерживали дружеские отношения. Когда Ар-Гимилзор (Ar-Gimilzôr) "полностью запретил языки Эльдар" в 3100-ых годах Второй Эпохи, мы должны заключить, что даже потомки Беора отказались от синдарин и взамен начали использовать адунаик (UT:223). История о глупости Ар-Фаразона (Ar-Pharazôn), коварстве Саурона, окончательном обращении ко злу нуменорцев и Падении Нуменора хорошо известна из «Акаллабет». После Падения те Друзья Эльфов, которым удалось спастись, основали Королевства в Изгнании, Арнор и Гондор, в Средиземье. PM:315 утверждает: "Верные [после Падения] использовали синдарин и на этом языке давали все новые названия в Средиземье. Адунаик же был обречен постепенно меняться и искажаться, как и всякий разговорный, и к тому же единственный, язык неграмотных людей. Люди высокого происхождения и все, кто умел читать и писать, использовали синдарин, даже общаясь между собой в повседневной жизни. Говорили, что в некоторых семьях синдарин стал родным языком, Адунаик же, язык простого народа, изучался по случаю, если было необходимо. Инородцев же в синдарин не посвящали, и не только потому, что знание это было признаком нуменорского происхождения, но ещё и потому, что он оказался отнюдь не прост для изучения, гораздо сложнее, нежели "простонародный язык". Так что синдарин также можно считать и "разговорным языком народа Элендиля" (UT:282).
Что до самих Эльфов, то в течение Второй и Третьей Эпохи синдарин распространялся на Восток и, в конце концов, заменил некоторые сильванские (Silvan) языки (т.е. нандорин и даниан – "Nandorin, Danian"). "К концу Третьей Эпохи в эльфийских землях, сохранивших свое значение ко времени Войны Кольца – в Лориэне (Lórien) и королевстве Трандуила (Thranduil) в северном Мирквуде – на сильванских языках, вероятно, уже никто не говорил" (UT:257). Синдарин сменил cильванский. На самом деле, в ВК1/II гл. 6 создается впечатление, будто язык, на котором говорили в Лориэне, – это какое-то странное Лесное наречие, но Фродо, автор Алой Книги, понял это неправильно. Примечание в Приложении Е (LotR Appendix F) ясно объясняет, что во времена Фродо в Лориэне говорили именно на синдарин, "хотя и с некоторым акцентом, ибо большинство эльфов Лориэна были Сильванами по происхождению. Этот акцент, а также собственное ограниченное знакомство с синдарин и сбили Фродо с толку (как отмечает гондорский комментатор «Книги Тана» – The Thain's Book)". В UT:257 об этом говорится подробнее: "Многие обитатели Лориэна были Синдар или Нолдор, бежавшие из Эрегиона, и синдарин стал языком всех жителей этой земли. Чем именно их синдарин отличался от синдарин Белерианда (см. [ВК1] кн.II, гл.6, где Фродо говорит о том, что язык Лесных эльфов, на котором они общались между собой, был не похож на язык Эльфов Запада) – ныне это, конечно же, уже неизвестно. Вероятно, различие было несколько более значительным, нежели то, чтобы сейчас его назвали бы просто "акцентом": главным образом это была разница в произношении гласных и интонации, достаточные, чтобы спутать того, кто, подобно Фродо, плохо знаком с более чистым синдарин. Помимо этого там, конечно, могли употребляться и некоторые особые местные слова, могли быть и другие особенности, связанные с влиянием Лесного наречия". На чистом синдарин без "акцента", видимо, говорили в Ривенделле и среди народа Кирдана (Círdan) в Гаванях.
Но к концу Третьей Эпохи все Эльфы в Средиземье вступили в пору своего заката независимо от того, на каком языке они говорили. Близилось начало эпохи Смертных Людей, Пришедших Следом Детей Илуватара (Ilúvatar). Толкин замечает, что в конце Третьей Эпохи Людей, говорящих на синдарин или знающих квенья, было больше, чем Эльфов (Letters, 425). Люди Фарамира, которых Фродо и Сэм встретили в Итилиэне (Ithilien), сначала говорили на Всеобщем языке (Вестроне – Westron), но потом перешли на "какой-то другой язык. И чем дольше Фродо слушал их, тем больше к своему изумлению убеждался, что говорили они по-эльфийски, или на языке, очень незначительно отичающемся от эльфийского. И он смотрел на них и дивился, ибо осознал, что перед ним, должно быть, Дунэдайн Юга, люди из рода Повелителей Запада". (LotR2/IV ch. 4). В Гондоре "синдарин считался возвышенным языком, его учили особо, и говорили на нем чистокровные потомки Н[уменорцев]" (Letters, 425). Словоохотливый травник из Палат Исцеления говорит о Синдарин, как о "благородном языке" (LotR3/V ch. 8: "Ваша Светлость спрашивали о королевском листе (kingsfoil), как именуют траву эту простолюдины, он же – ацелас (athelas) на благородном наречии, или для тех, кто знает по-валинорски [=квенья]…").
Как сложилась судьба синдарин в Четвертую Эпоху, мы никогда не узнаем. Но можно предположить, что, как и квенья, его помнили, пока существовало королевство Гондор.


Различные именования языка.

"Синдарин" – это квенийское название этого наречия, произошедшее от «Синдар» (Sindar), что означает *"Серые" = Серые эльфы. И переводится это слово как "сероэльфийский". Как назывался синдарин собственно по-синдарски, в точности не известно. Об Эльфах Белерианда говорили, что других языков, кроме своего, они никогда не слышали, и им не нужно было специального слова для его обозначения" (WJ:376). Вероятно, Синдар говорили о своем языке просто как об Edhellen, "эльфийском". Как было отмечено выше, травник из Палат Исцеления называл синдарин "благородным наречием" (хотя "наиблагороднейшим языком мира" оставался квенья (UT:218)). В ВК обычно просто используется термин "эльфийский язык", потому что синдарин был живым родным языком эльфов.



ВНЕШНЯЯ ИСТОРИЯ.


В 1954г. (Letters, 176) Толкин говорит, что "[в ВК], особенно в именах и названиях, обычно встречается живой язык Эльфов Запада (синдарин или сероэльфийский). Язык этот восходит к тому же истоку, что и квенья, но он был умышленно изменен и получил лингвистический облик, очень напоминающий (но все же не копирующий) валлийский. Причины этого в том, что в некоторых лингвистических аспектах я нахожу именно такой облик языка весьма привлекательным, а также в том, что он хорошо соотносится с несколько "кельтским" обликом легенд и преданий, которые рассказывают о его носителях". Позже Толкин обнаружил, что "этот элемент в сказаниях, возможно, доставляет изрядному числу читателей большее удовольствие, чем все остальное" (MC:197).
Язык, напоминающий валлийский или кельтский, присутствует в мифологии Толкина с самого начала. Изначально он назывался гномским (Gnomish) или I•Lam na•Ngoldathon – "язык Гномов (Нолдор)" ("the tongue of the Gnomes (Noldor)"). Первый гномский словарь Толкина, датируемый примерно 1917-м годом, был опубликован в "Parma Eldalamberon" № 11 и оказался очень основательным документом, включающим тысячи слов. Многие гномские слова также можно найти в приложениях к обоим томам "Утраченных сказаний" (LT1 и LT2). В "Parma" была также напечатана (так и не завершенная) гномскую грамматика. Но, несмотря на огромный труд, который Толкин вложил в этот язык, позднее он отказался от него. В более позднем документе (PM:379) Толкин говорит о гномском, как об "эльфийском языке, который в конце концов стал тем, что называют синдарин" и замечает, что этот язык "существовал в примитивной и неорганизованной форме". Некоторые основополагающие особенности гномской грамматики, в частности, мутации согласных, позже возродились в синдарин. Некоторые гномийские слова также перешли в синдарин в неизменной или легко узнаваемой форме. Но все-таки гномский был совсем другим языком, хотя фонетически он тоже напоминал синдарин (часто встречались ch и th, большинство слов оканчивались на согласный). Важная особенность синдарин, умляут, встречается в грамматиках Толкина ешё в 20-е годы. Но только в 30-е среди записей Толкина появились «Этимологии» (Etymologies), приблизившие этот язык к синдарин ВК-стиля. Однако назывался язык пока ещё «нолдорин», поскольку, как и его предшественник гномский, он был задуман не как язык Синдар, но как язык Нолдор, развивавшийся в Валиноре. На этой стадии квенья был языком исключительно "Линдар" (позже ставших "Ваньяр"). И только много позже, работая над приложениями к ВК, Толкин отбросил эту идею и превратил "нолдорин" в синдарин. Квенья же теперь стал первоначальным языком и Ваньяр, и Нолдор – последние просто переняли синдарин, вернувшись в Средиземье. "Выяснилось", что кельтообразный язык преданий Толкина не был собственным языком Нолдор (хотя в летописях Средиземья они, без сомнения, стали наиболее знаменитыми из всех, кто говорил на нем). Язык этот не возник в Благословенных Землях Валинора, но был местным языком Средиземья.
В соответствии с первоначальной концепцией, Эльфы Белерианда говорили на языке, звавшемся «илькорин» (Ilkorin), который впоследствии, когда Толкин пересмотрел эту концепцию, был заменен на синдарин (Эдвард Клочко (Edward Kloczko) утвержает, правда, что некоторые элементы илькорин сохранились в северном диалекте синдарин, его статья прилагается к моей работе, посвященной илькорин – размещенной на сайте "Ardalambion"). Решение Толкина в корне пересмотреть историю кельтообразного языка своих преданий было верным, потому что благодаря этому сценарий развития языков стал более правдоподобным. Конечно, трудно было представить, чтобы языки Ваньяр и Нолдор стали такими различными, как квенья и "нолдорин", ведь эти народы жили бок о бок в Валиноре. Превращение "нолдорин" в синдарин разрешило эту проблему: теперь два ответвления эльфийского могли развиваться абсолютно независимо на протяжении долгих веков, в течение которых их носители жили абсолютно изолировано друг от друга.
"Нолдорин" из «Этимологий» не совсем соответствует синдарин ВК-стиля, поскольку Толкин никогда не уставал совершенствовать и изменять свои языки. Но, к счастью, многие различия между "нолдорин" и синдарин в ВК достаточно упорядочены, Толкин в некоторой степени систематизировал эволюцию языков из прото-эльфийского. Поэтому нолдоринский материал, в основном, легко согласовать с лингвистическим сценарием ВК. Многие слова изменились совсем незначительно, например, "нолдоринский" дифтонг ое в синдарин должен звучать скорее как ае. Один из примеров этому – Belegoer, название Великого Океана (LR:349, 352), эту форму Толкин позднее заменил на Belegaer, и в таком виде она встречатся на карте вышедшего в свет "Сильмариллиона". Другое изменение затронуло согласные lh- и rh-. Множество примеров показывает, что в синдарин вместо них были просто l- и r-. Таким образом, мы можем сделать вывод, что "нолдоринские" слова, подобные rhoeg ("неправильный"-"wrong", LR:383) в синдарин скорее всего становились похожими на raeg, хотя последняя форма нигде в таком виде не зафиксирована. Существует предположение, что "нолдорин" из «Этимологий» со всеми его особенностями мог быть "несколько странным" диалектом синдарин, на котором Нолдор говорили в Гондолине (UT:44). В таком случае, мы можем быть уверенными, что его так и называли – «нолдорин», а не «синдарин». Но возможно также, что Толкин считал "нолдорин" полностью устаревшим: слишком уж этот язык отличался от его более позднего видения синдарин.

Источник