Цитата:
"К примеру, гонят тебя прикладами поработать на благо новой власти - а ты раз, послал подальше все расчеты пережить да переждать - и дернул нож из-за голенища: ведь печень врага в одном шаге, солдату на фронте о таком даже мечтать не приходится. Да, в результате ты валяешься рядом с лужей вражеской крови, и тебя злобно месят прикладами. Но ты - победил. Это главнее, чем жить. И это сделал ты. А враг - обломался. Он всерьез рассчитывал, что ты выберешь тупо сдохнуть, предварительно поработав на него - против своей страны, на "принудительных работах". Что ты дашь себя "преднамеренно истребить".

А ведь такое просто невозможно без твоего согласия.

Непонятно, как человека можно заставить работать на "принудительных работах", если человек того не хочет. Непонятно, как человека можно преднамеренно истребить, если человек в курсе за такие планы насчет его шкуры.

Ответ прост - все это можно только в том случае, когда человек согласен с хотелками своего убийцы.

Когда человек не согласен, он смотрит на вещи просто: вот моя страна, она в беде, ее враг прессует. Вот я, маленькая частичка моей страны. Вот враг, пришедший убивать меня и мою страну. Вот свинорез за голенищем. И сразу все кончается просто и естественно: враг получает ножа, и человек, частичка народа, обменивает смерть врага на жизнь своей страны. Ну и гибнет сам, ясное дело. О своей доле частица при этом сожалеет, но сдержанно и без фанатизма - "...эх, не увижу как мой Ванька женится... Да и ладно; видать, судьба мне такая. Все ж не как собака под забором сдох, а с пользой."

А когда человек согласен со всем плохим, что принес его Родине враг, он вспоминает про Неповторимость и Уникальность своей Личности. Ради сохранения которой годится все, без исключения. Вот такие и сами дохнут, и врагу от их все равно неотвратимой смерти никакого убытка, и Родине никакой пользы.

Это - самое главное, на что направлена ложь врага.

Нам успешно прививают индивидуализм. Это очень такой специфический подход к жизни, ставящий интересы отдельного человека выше интересов общества.

Если даже самые глобальные события, происходящие на другом конце страны и пока персонально тебя не касающиеся, просто астрономически далеки по степени твоего восприятия по сравнению с любой мелочью, но произошедшей с тобой лично - ты и есть индивидуалист. Мы все уже индивидуалисты, в той или иной мере. Отключенная горячая вода или переставшее показывать кабельное нас волнуют больше, чем события где-то на Кавказе или Дальнем Востоке нашей страны. И такому поведению всегда найдется куча оправданий.

Но как только каждый начинает ставить свой личный комфорт превыше всего остального, народ исчезает. Он превращается в сборище индивидуалистов, готовых стерпеть все что угодно, лишь бы их оставили в покое в своих квартирах.

То есть, враг УЖЕ сделал нас слабыми. Мы УЖЕ СЕГОДНЯ, БЕЗ ВСЯКОЙ УГРОЗЫ БЫТЬ НЕМЕДЛЕННО УБИТЫМИ, в первую голову считаем себя уникальными и неповторимыми Ванями, и только во вторую очередь - частицами огромного народа. Мы уже практически на полном сурьезе считаем себя какими-то пупами земли, вокруг которых должен крутиться весь мир и непрерывно предоставлять нам всякие удовольствия.

Таких, как мы - грех не согнать с невероятно богатой деляны, которую нам оставили предки, ведь получается, что мы не нужны даже сами себе. Реакция нашего благонамеренного стада на осетинскую проверку на вшивость вполне убедительно это показала: подавляющему большинству наших людей по барабану абсолютно все, "лишь бы не было войны" в их конкретно взятой частной жизни. Неприкосновенность которой, замечу, является "правом" всякой Личности. И не каким-нибудь, а "святым", во даже как.

Как будто каждый из нас не знает - не желающих стоять за свое ВСЕГДА запинывают в парашный угол, и заставляют делать нехорошее до самой смерти; иногда довольно скорой. И это правильно, если разобраться: нельзя отдавать свою жизнь в чужие руки, дураков бьют и в алтаре."

Вот так-то...