Левосторонний, зеркальный почерк в психологии получил название "почерка Леонардо". Леонардо да Винчи писал свои записки именно таким почерком, что делает очень трудной их расшифровку.   

 Наполеон менял почерк на протяжении жизни (их у него насчитывают около семи). С годами почерк Наполеона становился всё запутаннее и неразборчивее. Кстати, Наполеон написал роман. Он называется "Клиссон и Евгения", и над его расшифровкой специалистам тоже пришлось попотеть.

Почерк Пушкина принято называть "скорописью". Ею совершенно не восхищались ни учителя чистописания в лицее, ни современники Пушкина: иметь такой почерк считалось просто неприличным.

 Мелкий и крайне неразборчивый почерк был у Николая Гумилёва.

 Лермонтов часто менял почерк, но даже когда он старался писать ровно и красиво, строчки всегда загибались вверх, а буквы "выскакивали" то вниз, то вверх. В одной из книг по графологии почерк Лермонтова рассматривается как типичный образец почерка невротической личности.

 Рукопись Девятой симфонии Бетховена была напечатана только через два года после её написания. Дело в том, что любимый переписчик Бетховена умер, а его два преемника с большим трудом разбирали ужасный почерк гения. В одном месте, исправляя ошибку переписчика, Бетховен в порыве чувств написал "du verfluchter Kerl!" ("Ты проклятый дурак!").

Эпистолярные документы Черчилля почти нечитабельны для тех, кто не имеет привычки к его почерку – слишком мелкому и неразборчивому. Когда однажды Черчиллю сказали, что его почерк напоминает почерк Клеопатры, он пришел в неописуемый восторг.

 Читать некоторые документы Карла Маркса очень трудно, потому что он имел обыкновение писать многие слова слитно.

 Эйнштейн писал не только неразборчиво, но и крайне неряшливо. На многих его рукописях имеются кляксы, разного рода пятна и даже отпечатки пальцев Эйнштейна, испачканных чернилами.

 Почерк Льва Толстого был малопонятным с путаницей условных знаков и добавлений. Разобрать его могла только его жена, которой и приходилось бессчетное количество раз переписывать "Войну и мир". Психиатр Чезаре Ломброзо, посмотрев на почерк Льва Толстого, пришел к выводу, что он принадлежит женщине легкого поведения с психопатическими наклонностями.

"Мир человека".