Дима! не расстраивайся. Я с со своими двумя высшими не прочитал ни Войну и мир. ни анну каренину. Я начинал - говно говном.
А у пушкина сразу приходит "Мороз и солнце. день чудесный" или тоже Анчар " в пустыне чахлой и скупой"
Но что перетягивает в воспоминаниях о пушкине, так это вот:
Мой дядя, самых честных правил,
Когда не в шутку занемог,
Кобыле так с утра заправил,
Что дворник вытащить не смог.

Его пример - другим наука.
Вот так вся жизнь - сплошная мука:
Всю жизнь работаешь, сопишь,
И не доешь, и не доспишь;
Уж, кажется, достиг всего ты,
Пора оставить прочь заботы,
Жить в удовольствие начать,
И прибалдеть, и приторчать...
Ан нет! Готовит снова рок
Последний жесткий свой урок.

Итак, пиздец подходит дяде.
Навек прощайте водка, бляди.
И в мысли мрачны погружен,
Лежит на смертном одре он.

А в этот столь печальный час
Летит в карете, весь трясясь,
Ртом жадным к горлышку приник,
Наследник всех его сберкниг

Племянник. Звать его Евгений.
Сам не имея сбережений
В какой-то должности служил
И не умней, чем дядя жил.

Евгения законный папа
Каким-то важным чином был.
Хоть осторожно, в меру хапал,
И тратить много не любил,

Но все же как-то раз увлекся,
И что там было, что там нет,
Как говориться, папа спекся
И загудел на десять лет.

А будучи в годах преклонных,
Не вынеся волнений оных,
В одну неделю захирел,
Пошел посрать и околел.

Мамаша долго не страдала -
Такой уж женщины народ.
- Я не стара еще, - сказала,
- Я жить хочу, ебись все в рот.
И с сим дала от сына ходу,
Уж он один живет два года.

Евгений был воспитан с детства,
Все, что осталось от наследства,
Не тратил он по пустякам.
Пятак слагая к пятакам,

Он был великий эконом,
Хоть любим мы судить о том,
За что все пьют и там и тут -
Ведь цены все у нас растут.

Любил он тулиться и в этом
Не знал ни меры, ни числа.
Друзья ему пеняли. Где там!
А член имел как у осла!

Бывало на балу танцуя
Срывал фигуру и бежать -
Его трико давленье хуя
Не в силах было удержать.

Дня у него не проходило
Без шума, драки иль беды.
Бывало получал мудило
За баб не раз уже пизды.

Но и того, что проку было,
Лишь оклемается едва,
И ну совать свой мотовило
Всем, будь то девка иль вдова.

Мы все ебемся понемногу,
И где-нибудь, и с кем-нибудь
Так что поебкой слава богу
У нас немудрено блеснуть,

Но поберечь не вредно семя!
Хуй к нам одним концом прирос,
Тем паче что в любое время
Так на него повышен спрос.

Но ша. Я кажется зарвался,
Прощения у Вас прошу
И к дяде, что один остался,
Явиться с Вами поспешу.

Ах! Опоздали мы немного -
Старик уже в бозе почил.
Так мир ему и слава богу,
Что завещанье настрочил.

Вот и наследник мчится лихо,
Как за блондинкою грузин.
Давайте же мы выйдем тихо,
Пускай останется один.

Ну, а пока у нас есть время,
Поговорим на злобу дня.
Так что я там пиздел про семя?
...Забыл...Ну, все это хуйня.

Не в этом, знаю, бед причина,
И так не только на Руси,
В любой стране о том спроси -
Где баба, там и быть беде.

Шерше ля фам - и мы в пизде.
От бабы ругань, пьянка, драка.
Но лишь ее поставишь раком,
Концом ее перекрестишь,

И все забудешь, все простишь.
Да только член прижмешь к ноге,
И то уже - бель монтоге.
А ежели еще миньет!

А ежели еще...Но нет.
Придет и этому черед,
А нас уже Евгений ждет.