Дитя обид, расталкивая лица
Искал себя, круша, столпотворя,
И одного не мог никак добится,
Никто не нес его, благотворя.

Любить себя воистину не просто,
А без любви колючий непокой
Идет иной с рожденья до погоста,
Кусая всех, ругая все,
хотя войну ведет с самим собой.

Солнце выпростало руки из-под туч, дремуче-синих,
Ухватив меня за косу, окатило желтым жаром,
Прокатилась по долине, по оранжевым покосам,
Все горело и дымилось, разливалося пожаром,

Все под пеплом, во все щели забивался непослушный.
Озорной, лихой мальчишка, зачерпнул воды холодной,
Посмотрел, как все деревья обвисают благодушно.
И разбрасывая капли, вверх подбросил непокорно,

Осерчало солнце страшно, загремело, застучало,
Тучи сжало, залило, землю всю потоком горным.
Унесло волною сильной, то, что догорая, тлело,
и отмыло солванцу нос упрямый и задорный.

Капля за каплею с тихой любовью,
Я соскользала в волшебный сосуд,
Руки раскрыв, обняла, в непогодье,
Ласково-тихо, боясь перессуд.

Капли целуя иссохшую землю,
Жизнью питали, росток берегли,
Каждому зову и мысли я внемлю,
Этой теперь напоенной земли.

Вырос, окреп, распрямился и вышел,
На ноги встал и пошел по земле,
Стану я мыши невзрачнее, тише,
Жаждой томимый, вернешься ко мне,

Я оживу, разольюсь водопадом,
Каждая ветка напоена всласть,
Вышел росточком, но яблочным садом,
капля любви по тебе разлилась.

Чудесных лиц наполнен, чередою
Проходит день, нечаянный опять,
Вчера плетусь, однообразно воя,
Сегодня вся и всех хочу обнять.

То мертвый штиль, то хаос неуемный,
Столпотворит могучий Вавилон,
смешенье мыслей, дней и ощущений,
бессонна ночь, и бесконечен сон.

Жужжащий рой простых переживаний,
Снаружи быт, внутри гудит толпа,
Не разложить по полочкам сознанье,
Не подобрать столь нужные слова,

Возьму рукой свой мир мозгокипящий,
И развернув на скатерть положу,
найду концы, сложу в ненастоящий,
зато понятный, людям предложу.

Отдам, оставлю, брошу за ненужность,
Мне педантично-правильный, чужой,
Уйду тихонько, спрячусь за окружность,
С внутри лишь мне понятною душой.

Неужели человек будет брать, пока мир не скажет: "Меня больше нет и мне нечего дать тебе."

И кашель и насморк, лежать бы в постели,
Но мили несутся, судьбы круговерть,
Напоишь, накормишь, уроки проверишь,
Осталось прибрать, перемыть, протереть.

Как сладко в постели, не трогайте маму,
« Зачем? Почему? А когда? Мы идем?»
И нету конца неуемному гаму,
Нельзя ничего отложить напотом.

Мне чашечку кофе, кусок шоколадки,
Массажик, бассейн и испанца в постель,
и звездные ночи, мечтательно-сладки,
«О боже! Потише! Закройте же дверь!»

Уже пять минут подозрительно тихо,
Душе неспокойно, несладко внутри!
А ну эти ночи, испанца и кофе,
Где сопли и вопли? Давай, раз, два, три!

27.05.10

Не пришли ко мне, день и ночь.
Земля
сделав полный круг из-под ног ушла,
я хватаю воздух весь свет браня,
не пойму где есть, да и где была,

Катит шарик навозный трудяга-жук,
тихо тащит ко мне скарабей печаль,
ни земли, травы, только тихий звук,
да нескромная голь-прозрачна даль.

И закрыв глаза вдруг забудусь сном,
страхи скроются, обратясь в любовь,
одари меня скарабей добром,
и прозрачность в явь перельется вновь.

Я взмахну рукой, день поднимется,
опущу ладонь - ночь прохладная,
скарабей-печаль с сердца снимется,
превращусь в любовь, не ищи меня.

В полном смятении мысли и чувства,
в сердце томление, в горле комок,
тщетно желанье клубочком свернуться,
сброшен с коленей уютный клубок.

облик твой ласковый, милый, манящий,
руки почувствовав раз, не могу,
остановиться в движеньи скользящем,
в мыслях с тобой, без тебя наяву.

годы уходят, ты жизнею полной,
где-то живешь, верно счастлив впролне,
я же в себе уголочек укромный,
тихо лелею, доступный лишь мне.

ласки попросишь, да зло расстоянье,
и о любви говорить не резон,
мнимой надеждою, воспоминаньями,
сном и мечтой уголок окружен.

Стихотворение про бабушку

Руки – морщинки, спина под годами,
Очередь скоро, старушка, прийдет,
Ну подожди, посиди вместе с нами,
Столько ждала, не беги наперед.

Тихо сиди, жди звонок телефонный,
«Милая, здравствуй, сижу, все путем»
«Суп?-Да, сварила, а мясо в укромный,
я положу уголок, на потом?»

Тихо сидит, день прошел за часами,
Перемещенья в стенах четырех,
Малым вниманием, скромными днями,
И восхищеньем всеобщим, раз в год.

Долгим взглядом твоим истомленная,
И сама научилась томить.
Из ребра твоего сотворенная,
Как могу я тебя не любить?..
Аннa Ахматова. 25 сентября 1921

Едва дышу, усталость нервных клеток,
Заснувший мозг, покорный эмбрион,
Волною придут вопросы без ответа,
Отхлынут прочь, омыв со всех сторон.
И унесут воздушным пируэтом,
Всю тяжесть дня, навеяв тихий сон.

Блокада чувств, и умозаключений,
Позволит мне немного потянуть,
С принятием ненужных мне решений,
И грустью по тому, что не вернуть.
Все горсти неудачных подношений,
Иллюзиями смазанная суть.

В реальный мир лишь заглянув украдкой,
Позывов рвотных не могу сдержать,
Уйду в себя, в мой иллюзорно-сладкий,
Уютный сон, чудная благодать.
Места. Держи. Везде мохнатых лапки
Снуют, спешат, в желаньи обладать.
Ушла. Как хорошо!

В.Набоков

Ее душа, как свет необычайный


Ее душа, как свет необычайный,
как белый блеск за дивными дверьми,
меня влечет. Войди, художник тайный,
и кисть возьми.

Изобрази цветную вереницу
волшебных птиц, огнисто распиши
всю белую, безмолвную светлицу
ее души.

Возьми на кисть росинки с розы чайной
и красный сок раскрывшейся зари.
Войди, любовь, войди, художник тайный,
мечтай, твори.

ПОТЕРЯТЬ и НАЙТИ одинаково равно,
Поднимая-роняли в безбрежную суть,
Мы идем в середине, случайно-бесправно,
И ни вправо, ни влево с тропы не свернуть.

Я лечу белой птицей, и в небо врываюсь,
В пасти огненной рыбы спущусь до глубин,
От отчанья до радости самая малость,
как от смеха до слез, детских грез и седин.

И куда еще жизнь занесет развлекаясь,
Что подарит, любя, не считая щедрот,
я дойду с тобой милая, не пререкаясь,
через горе и радость до самых ворот.

Понимая, что нет без падения взлета,
Что сменяется радостью тихая грусть,
Отдавая - получим. А точка отчета
Потеряла свое назначенье и суть.

Факт - самая упрямая в мире вещь.

Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!

Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит.

Рукописи не горят.

Вопросы крови - самые сложные вопросы в мире!

Задумалась, смотря на ваши лица,
Чудной, неповторяемый узор,
За каждым жизнь, конечная страница,
За каждым след, затейлив перебор.

В глазах любовь, мольба, очарованье,
Тоска и грусть, безумие сует,
Глазам, улыбкам, мыслям ясным
дань я,
Отдам сполна, Одно-подобных нет.

И каждый взгляд единственно-прекрасен,
В любом сокрыта пониманья дверь,
Замочек, ключ - и ты открыт и ясен,
Засов, охрана - полюбив, поверь.